и уверял меня генерал, который уже навёл справки. Скорее всего, его строили ещё американцы, а потом уже кубинское правительство его национализировало.
Нас пустили зарегистрироваться первыми, учитывая маленьких детей. Вежливая симпатичная кубинка, выписав что-то из наших паспортов, выдала нам ключи от номера на одиннадцатом этаже.
— С видом на море? — по-русски спросил я.
— Си, синьор. — ответила она.
Не факт, правда, что поняла, возможно, просто старается быть вежливой… Ну что же, учитывая, как тут экономят электричество, не уверен, что мы сейчас из окна разглядим, есть ли у нас вид на море вообще…
Впрочем, когда поднялись на лифте, и зашли в свой номер, то море все же смогли увидеть. Оно загадочно мерцало под лунным светом. Облака, наконец, разошлись, и дали вылезти луне…
— Шикарный вид! — сказал я жене, обняв ее за плечи.
Номер у нас тоже однозначно оказался неплохим. Две большие комнаты, каждая по метров двадцать — двадцать пять квадратных, и очень неплохо обустроенная ванная комната. Около входной двери даже какой-то бюст бронзовый обнаружился на тумбочке, скорее всего, какой-то местный герой. Сразу проверил его на устойчивость, опасаясь, что пацаны его на себя могут обрушить. Вроде порядок. Крепко стоит.
В дверь кто-то постучался. Открыв, обнаружил на пороге одного из майоров, что с нами летел.
— Генерал Балдин просил передать, что там сейчас в ресторане на первом этаже для нас стол накроют. Спускайтесь на ужин. Ну или на завтрак, если смотреть по московскому времени.
Поблагодарил майора за приглашение, закрыл дверь.
— Как считаешь, дети сейчас спать улягутся? — спросил я жену, подойдя к ней. — А то нас Балдин только что на ужин пригласил в ресторан на первом этаже.
— Нет, они перевозбуждённые из-за новой обстановки, — покачала головой жена, — не будут они сейчас спать. Пошли покушаем, дело хорошее.
Конечно, мы взяли с собой в самолёт и собойки для себя и для детей, и термос с горячим чаем, и все это захомячили, пока летели, но, когда путешествуешь, у тебя всегда аппетит повышенный.
* * *
Москва, проспект Мира
Старший лейтенант Сурков и младший лейтенант Дегтярёв встретились в пять утра, когда ещё на улице было совсем темно, на проспекте Мира. Для задуманного дела решили использовать «Москвич» Суркова, у Дегтярёва своей машины еще не было.
— Котелок не забыл? — спросил Сурков товарища.
— И бабкин котелок не забыл, и новый для нас прихватил, чтобы уху было в чем сварить после рыбалки, больше не одалживаясь, — ответил Дегтярёв.
— Это хорошо, — одобрил старший товарищ. — Я прихватил и луку, и перцу, остальное, думаю, у той же самой бабки купим, только в котелок надо еще трёшку обязательно положить за неудобство.
— Ну да, уехали тогда вместе с ним, до сих пор неудобно перед старушкой… Решила, небось, что мы такие городские похитители котелков… — добавил Дегтярёв.
— Ага, — хмыкнул Сурков, — ну а что было делать, раз работа у нас такая, Так… Червяков на месте накопаем. Червяки там жирные, хорошие.
— Мне вот интересно, — сказал Дегтярёв, — мы сейчас по науке будем на рассвете ловить. А что будет с уловом? Так же хорошо, как в прошлый раз, когда в час дня ловили? Или ещё больше рыбы удастся наловить?
— Может быть, правда, нам надо было ехать к часу дня снова? — предположил Сурков.
— Ну, сам понимаешь, никто никакие гарантии нам дать по этому поводу не может, — ответил Дегтярев. — Ты, главное, жену предупредил, что на весь день уезжаешь? — продолжил он. — Потому как я свою предупредил: если с утра клёва не будет, то ничего страшного, посидим за жизнь, поболтаем, книжки почитаем и дождёмся снова этого странного дневного поклёва. Так что моя вечером меня только ждет. И я в любом случае рассчитываю на хорошую рыбалку. Без такого же богатого улова, как в прошлый раз, я от этой речки не отступлюсь…
— Предупредил. Ну, авось всё нормально с уловом и сложится, не сейчас, так днем, — кивнул Сурков.
* * *
Куба, Варадеро
Стол для нас в ресторане собрали богатый и очень неплохо сервированный. Через каждый метр были установлены на позолоченных блюдах кокосы — большие такие, на пару килограммов каждый.
Было много блюд с самыми разнообразными кушаньями, но я обратил внимание, что в основном тут всякая нарезка. Видимо, ужин был значительно раньше. И блюда с него разогревать не стали, быстро настругали всяких колбас и копчёностей.
Естественно, полно было и бутылок со спиртным. Пригляделся — ром в основном, да водка, но нам сейчас с Галией после бессонной ночи крепкий алкоголь пить точно не стоит, срубит моментально.
Вот офицеры, конечно, не имея маленьких детей, по этому поводу не переживали — тут же всем было налито, и раздался первый тост, произнесённый не Балдиным, а вторым генералом. Не очень длинный, все по делу, и собравшиеся дружно приступили к ужину.
Дети, пока мы сидели за столом, вполне себе комфортно играли на ковре неподалёку от стола. Игрушки мы с собой им прихватили, само собой. Время от времени, правда, у них вспыхивал исследовательский интерес, и они пытались отправиться за пределы столовой, но поскольку мы с Галией за ними постоянно присматривали, один из нас вставал и возвращал беглецов обратно.
Генерал Балдин, правда, один раз попытался нас с Галией уговорить рому бахнуть. Мол, спать потом будете лучше. Но мы все же отказались. Успеем ещё все попробовать, когда будем в лучшем состоянии…
За столом посидели очень даже неплохо, несмотря на бессонную ночь. Общая атмосфера была очень весёлая и оживляла. Конечно, все радовались — столько лететь, так, конечно, обрадуешься, когда доберёшься до места. А учитывая, что впереди нас ждет пляж, когда в Москве все кутаются в куртки… Ну так это же вообще сказка!
Но минут через пятьдесят дети всё же начали клевать носом, и мы тут же откланялись.
Дети заснули у нас на руках уже в лифте, мы ещё даже не успели к номеру подойти…
Честно говоря, мы тоже моментально вырубились, едва, уложив их, добрались до огромной кровати… Помню, как ложился в неё, а вот про стадию засыпания сказать ничего не могу. Она, наверное, за пару секунд промелькнула…
Глава 17
Куба, Гавана
Свой рабочий день Вильма Эспин всегда начинала очень рано, с восьми утра.
Почти
