Читаем без скачивания Нано (СИ) - chromewitch

Бумажный Веер рассказала тебе, что была не единственной, кому Дракон лично поставил модификации. Второй его главный помощник тоже не обошелся без операции. И раз первым делом у Веера отняли именно руки... существует нехилый шанс, что и за модом Красного Шеста Дракон будет охотиться в первую очередь. Не говоря уж о том, что в руках Бумажного Веера скрывалась часть ее памяти. Ты объясняешь это, пропуская рассказ о том, как именно ты связался с бывшим менеджером Триады, но Амелию эти пробелы в истории совсем не волнуют. Выслушав, она резво бросается тебе на шею и крепко обнимает.

Что трудно, учитывая, что ты по-прежнему сидишь на диване.

Там, в гостиной Гектора.

А тут Амелия пролетает сквозь твое ненастоящее тело и бьется лбом о спинку зеленого кресла, но это ее ни капли не смущает.

— Потрясающе!

Закончив с «объятиями», Амелия снова вскакивает на ноги и сцепляет руки в замок, словно удерживая себя от более бурной реакции.

— Великолепно! О боже, Джинн, ты действительно самый лучший! — Она резко наклоняется и заглядывает тебе в глаза. Ее руки подозрительно дергаются, как будто она хочет обхватить ладонями твое лицо. — И самое лучшее, что с нами случалось за последние годы!

Ты рассчитывал на что-то подобное, но все равно не знаешь, как справиться с такой искрящейся радостью. Ты не из тех людей, которым радуются. Поэтому и спрашиваешь, быстро снижая градус счастья до средней отметки:

— А что там насчет Триала?

Сама это «встреча с Триалом» звучит слишком мутно. Ты даже не уверен, кто сейчас представляет Триал и с кем вы будете говорить. С алгоритмом? С отделом техподдержки? С официальным представителем?

И что вы скажете? Триал никогда не подставляет нанимателей, даже если эти наниматели — мафиози. Что такое может предложить Амелия, что заставит Триал пойти против собственных правил?

И хорошо ли это?

Если выяснится, что Триал все же способен кого-то предать, то ты просто потеряешь всякое доверие к нему.

— С ним тоже все очень хорошо, — Амелия вздыхает, не прекращая, впрочем, улыбаться, и выпрямляется. — Я вроде как надеялась узнать у Триала, где находится Дракон, но, скажем честно, после всех моих неудач с поисками вряд ли даже они там что-то знают. Но теперь! — Она поднимает указательный палец и подмигивает тебе. — Теперь я могу спросить у них не где сидит Дракон, а где сидит его Красный Шест. Что-то мне подсказывает, что это будет гораздо проще.

Амелия хлопает в ладоши, ее улыбка гаснет до самодовольной ухмылки.

— И ты как раз вовремя, Джинн, — с наслаждением тянет она. — Тебе выпадет шанс лично проверить, насколько глубока кроличья нора.

Ее слова тебе совсем не нравятся, но... Знакомый азарт уже подхватывает тебя.

И кто ты такой, чтобы сопротивляться?

22. Продавцы честности

Как будто температура падает на десять градусов разом. Ты не сразу понимаешь, что это не впечатление, а изменения вирта. Кто-то уже здесь и отрегулировал климат-систему по своему вкусу.

— Надеюсь, вы успели поболтать, — голос Светы звучит взволнованно.

Спустя секунду появляется она сама — невысокая стройная фигура, живое лицо в обрамлении взъерошенных светлых волос. Света какое-то время бесполезно пытается поправить и без того идеально лежащий галстук на груди, потом поворачивается к Амелии и с мольбой спрашивает:

— Мне надо надеть маску? Мне надо надеть маску.

Маска появляется на ее лице, но тут же исчезает.

— А, нет, — бормочет Света, — это бессмысленно, да? Совершенно бессмысленно.

— Расслабься, — Амелия небрежно машет рукой, — это всего лишь...

— О, нет, — нежно прерывает ее кто-то, — не расслабляйся, это выглядит очень мило.

Его — или ее? — улыбка это улыбка Чеширского кота. Она появляется раньше человека, его — или ее — загорелого лица, темных глаз, коротко стриженых черных волос. Фигура, проступившая следом в вашей маленькой Стране Чудес, внушает уважение. Ты по-прежнему не способен понять, мужчина перед тобой или женщина, но можешь оценить мускулистые руки, которые не скрывает яркая мешковатая майка, и ноги ниже обрезанных до колен джинсов. Ростом он-она выше тебя, и в лице со странной гармонией мешается женское изящество и мужская твердость — лисьи глаза с длинными ресницами и тяжелая челюсть, пухлые губы и резкий угол между носом и лбом. На шнурках, спускающихся из карманов джинсов, на груди и запястьях позвякивают горсти медальонов или талисманов. Некоторые из них выглядят этнически, другие просто глупо — связки стеклянных бусин и сверкающего золота, крестов и пентаграмм, костяных клыков и пластиковых значков с яркими эмблемами. Последние... кажется, такие выпускает какой-то цех, поддерживающий течение виджиланте? Черт.

Он... они держатся уверенно, с величественной осанкой и той отстраненностью, которая знакома тебе по встречам с заказчиками с верхушки корпоративной иерархии. Впрочем, почти ощутимая атмосфера превосходства мигом исчезает, стоит только Свете восторженно выдохнуть:

— Ох черт, мне жарко!

Света тут же зажимает рот ладонями, но все так же таращится на них.

— Спасибо! — Они радостно улыбаются, отчего на их щеках проступают ямочки, а глаза сужаются, как у довольной кошки. — Мы очень привязаны к этому образу.

— Он настоящий? — спрашивает Амелия с восхищением. — Вы были такими раньше?

Они гордо подбочениваются и раскрывают рот, но не успевают ответить. Дверь в кабинет распахивается, и на пороге появляется еще один незнакомец. Мужчина, по крайней мере, внешне. Он ниже ростом, сложен не так спортивно, да и одет попроще, в классический серый деловой костюм. Не без лоска, впрочем, — борода аккуратно подстрижена, одежда сидит идеально, запонки сияют и на лоб надвинут старомодный котелок, который удивительным образом даже не кажется нелепым.

— Ради всего святого, Алисон, — говорит чужак, поправляя ярко-красный галстук и смахивая с золотого зажима несуществующую пылинку, — пользуйся дверью, раз уж она здесь есть. Это простая вежливость.

Мужчина опирается на трость, хотя двигается явно легко и свободно. Ладони в темно-серых перчатках застывают на набалдашнике в форме львиной головы.

У тебя не сразу получается отвести от него взгляд, произнесенное имя все еще звучит в голове.

Алисон.

Алисон...

Тот Алисон? Или, теперь, когда вы встретились, те Алисон?

Вы... действительно встречаетесь с Триалом.

— Алексей? — произносишь ты, поднимая взгляд на мужчину с тростью.

Первый «Ал» из трех.

Мужчина степенно кивает, пока Алисон продолжают улыбаться во все зубы.

Ты не видел их раньше. Никто не видел. Само собой, распространившись на всю Аркадию, троица вымарала любые данные о себе, стерла, скрыла, перепутала так, что теперь по Сети ходят самые разные изображения легендарного трио.

Все претендуют на истинность.

Никакие не оказываются правдивыми.

Может, и эти образы фейк, конечно. Но все равно... Никто. Никогда. Не встречался с ними лицом к лицу.

— А вы Джинн. — Алексей тем временем протягивает тебе руку. Ты пожимаешь ее. — Да, мы получили ваш заказ чуть раньше. Примечательный заказ.

Ты не успеваешь испугаться, Алексей отворачивается от тебя с едва заметной усмешкой и, разумеется, не раскрывает деталей.

Хоть что-то в этом мире остается неизменным.

По крайней мере, пока.

— Интересное пополнение, — Алексей обращается к Амелии с легкой угрозой в голосе, хотя улыбка остается спокойной и вежливой. — Вы не предупреждали о нем.

— Джинн это третья сторона, о которой никто никогда не имеет ни малейшего понятия, — отвечает Амелия. — Но я подумала, что так будет проще. Вас трое и нас трое, нам будет легче говорить.

— Имеет смысл, — после недолгой паузы соглашается Алексей. — Тогда мы оставим его запаздывающему представителю.

— Девушки, — усмехаются Алисон, закатывая глаза с преувеличенной усталостью. Потом обводят взглядом Амелию и Свету и, внезапно широко ухмыльнувшись, подмигивают последней, отчего та заметно вздрагивает и стремительно краснеет.