там народов. Мы в особенности поддерживаем героическую борьбу народов Вьетнама и Камбоджи (манифест был написан в разгар американской агрессии против Вьетнама, Лаоса и Камбоджи – примечание автора). Мы отвергаем право США или любой другой великой державы контролировать экономику и жизнь людей других стран. Мы в полностью поддерживаем героическую освободительную борьбу за самоопределение наших Африканских Братьев в Южной Африке, Юго-Западной Африке[214], Родезии[215], Мозамбика, Анголы и Гвинеи-Биссау[216]»[217].
Однако придя к власти в 1979 году, революционное правительство формулировало свою внешнюю политику гораздо более умеренно.
Чтобы сохранить добрые отношения с Великобританией марксистко-ленинская партия НДД оставила страну в составе Британского Содружества Наций и главой Гренады по-прежнему являлась королева Елизавета Вторая, представленная на острове генерал-губернатором.
Правительство Бишопа разорвало дипломатические отношения с друзьями Гейри – ЮАР, Чили и Южной Кореей, но ничего особенно радикального в этом шаге не было.
Что касается расистского режима ЮАР, то Генеральная Ассамблея ООН по инициативе африканских и социалистических стран еще в 1973 году приняла конвенцию, объявлявшую апартеид преступлением (вступила в силу в 1976 году). Согласно конвенции все страны ООН должны были разорвать с ЮАР дипломатические отношения (что сделали даже США) и применить против этого режима всеобъемлющие санкции (вплоть до разрыва спортивных и культурных контактов). Чернокожий Гейри дружил с расистской ЮАР в основном потому, что с ним самим никто особо дружить не хотел.
Военно-фашистский режим Пиночета в Чили, убивший тысячи своих же граждан, считался одиозным и «нерукопожатным» даже среди многих стран Запада. Ярым критиком Пиночета (как и ЮАР), был например, глава правительства Швеции Улоф Пальме. Дипломатические отношения с Пиночетом разорвали не только социалистические страны, но и, например, Мексика. Так что подобный шаг Гренады не вызвал в мире никаких вопросов.
Южная Корея в то время управлялась военной диктатурой генерала Пак Чон Хи (во время Второй мировой войны служил в японской армии, оккупировавшей Корею) и оказывала американцам помощь в агрессии против народов Индокитая. В самой Южной Корее господствовало чрезвычайное положение, и граждане были лишены основных прав и свобод. Характерно, что 26 октября 1979 года Пак Чон Хи был убит не кем иным как директором южнокорейского ЦРУ Ким Джэ Гю. Причем глава южнокорейской разведки объяснил свой шаг тем, что Пак является препятствием на пути установления в Южной Корее демократии.
В перечень стран, с которым революционное правительство Гренады не хотело развивать отношения (такой список реально существовал) входили помимо трех, упомянутых выше, Израиль (Гренада поддерживала права палестинцев на свое государство), Китай (из-за плохих отношений Пекина с остальными соцстранами), Заир (там правил кровавый прозападный диктатор Мобуту), Боливия, Гондурас, Сальвадор, Гаити, Гватемала, Парагвай, Уругвай (военные репрессивные диктатуры крайне правого толка) и Египет Анвара Садата[218].
В 1981 году у крошечной Гренады было всего семь посольств за границей: на Кубе, в Венесуэле, Великобритании, Бельгии (представительство при ЕЭС), Канаде и в США (там дипмиссия одновременно выполняла функции представительства при Организации Американских государств (ОАГ) и ООН)[219].
В 1981 году министр иностранных дел народного революционного правительства Гренады Юнисон Уайтмен сформулировал пять основных принципов внешней политики страны:
– антиимпериализм и неприсоединение
– борьба за новый экономический порядок
– борьба за мир и сотрудничество во всем мире
– развитие регионального сотрудничества в Карибском бассейне
– поддержка национально-освободительной борьбы порабощенных народов[220].
Все эти принципы абсолютно не отличались от внешнеполитической повестки подавляющего числа развивающихся стран, например, Индии.
Движение неприсоединения, к которому революционная Гренада присоединилась в 1979 году, было официально создано 25 государствами на Белградской конференции в сентябре 1961 года. Созданию Движения предшествовали Бандунгская конференция 1955 года и трёхсторонние консультации югославского лидера Иосипа Броз Тито, президента Египта Гамаля Абдель Насера и премьер-министра Индии Джавахарлала Неру в 1956 году.
В движение вошли развивающиеся страны, не желавшие участвовать в военно-политических блоках великих держав (отсюда и название). Но с самого начала это движение вызвало резкое недовольство именно со стороны США, ибо американцы (в отличие от СССР) в то время как раз пытались создать своего рода разные мини-НАТО во всем развивающемся мире. Например, на Ближнем Востоке американцы в 50-е года стремились сколотить антисоветский Багдадский пакт (или СЕНТО, The Central Treaty Organization) в составе Ирака, Турции, Ирана, Пакистана и Великобритании. В Юго-Восточной Азии, в том же 1955 году США создали из своих марионеток и партнеров по НАТО – Пакистана, Филиппин, Франции, Великобритании, Австралии, Новой Зеландии Таиланда – военный блок СЕАТО (South-East Asia Treaty Organization).
В этих условиях внеблоковый статус стремительно набиравшего вес Движения неприсоединения (ДН) США не устраивал. К тому же входившие в это движение страны волей-неволей становились друзьями СССР, хотя бы потому, что Москва в отличие от Вашингтона поддерживала это движение и занимала сходную с ним позицию по большинству международных проблем.
Например, ДН (как и Организация ООН по торговле и развитию, ЮНКТАД) выступала за новый экономический порядок, подразумевавший льготные условия для бедных стран в мировой торговле. Социалистические страны были безоговорочно «за», США и их западные союзники – «против», так как боялись ослабления влияния своих ТНК в недавно освободившихся колониях. ДН и социалистический лагерь поддерживали борьбу португальских колоний в Африке за независимость, а США оказывали своему партнеру по НАТО – фашистскому режиму Салазара-Каэтану в Португалии – военную помощь с целью подавления этого движения.
Наконец, в сентябре 1979 года Движение неприсоединения совершило, по мнению Вашингтона, капитальное преступление – саммит ДН состоялся в Гаване, и лидер Кубы Фидель Кастро как глава страны-хозяйки встречи был избран председателем Движения на следующие четыре года.
Естественно, что в Вашингтоне с неудовольствием отметили, что Гренада присоединилась к ДН именно в Гаване. Но формально протестовать против такого шага Бишопа было бы просто глупо – на тот момент в ДН состояло около ста стран.
Что касается отношений с англоязычными соседями в Карибском море (один из приоритетов внешней политики революционной Гренады), то американцы всячески старались их испортить, используя свое положение главного финансового донора региона. Соседям Гренады все время внушалась мысль, что Сент-Джорджес является очагом революционной заразы и будет стремиться экспортировать свою революцию к консервативным соседям типа Барбадоса или Тринидада.
Понимая это, революционное правительство вело себя крайне осторожно и подтвердило членство Гренады в КАРИКОМ и Организации Восточнокарибских государств. От соседей Бишоп и его правительство просили лишь уважать право Гренады на выбор собственного пути развития. Министр иностранных дел Уйатмен сформулировал свое видение отношений с соседями следующим образом: «…в отношениях Гренады с ее карибскими соседями мы настаиваем на уважении
