поднялась на второй этаж, в свою комнату, чтобы поговорить без свидетелей. У самой прямо внутри все дергалось и рвалось на части. Было та-ак страшно – что же там скажет Дмитрий. Все позади? Можно расслабиться? Или, наоборот, еще ничего не закончилось?
Пока шла, Медведев меня расспрашивал. Как я, все ли в порядке. Как будто сам не расстался со мной недавно.
Я плотно закрыла свою дверь и спросила:
– Ну что там? Говори, уже, Дима! Не томи!
Он мягко усмехнулся в трубку.
– Торопыжка. Все хорошо, рыжуля.
Так он меня еще не называл. Во всяком случае, не вслух и почему-то прозвище показалось таким домашним, таким теплым и ласковым, что у меня засосало под ложечкой.
– В общем. Бандиты всех выдали. Ну там, конечно, Знаменский постарался на славу. Не зря Беркут его рекомендовал и привязал к этому делу. Мужик знает толк в расследованиях и в том, как расколоть преступников. Плюс наш знакомец из полиции, продажный следак паниковал, что окажется в камере с преступниками. А там полицейских особенно любят… Ну ты понимаешь. Надька твоя в больнице, я тебе в вотсап скинул где и в какой палате. По последним данным очнулась и вполне себе ничего. Можешь навестить вечером, если ничего не изменится.
– Но ведь банда большая и всех не поймали…
– Все так. Но мы уже знаем всех в лицо, нашли в картотеках. Ребята бывалые, новичков нет. Каждый где-то да числится. Все объявлены в розыск.
– А я… я могу не бояться…
Договорить не получилось. Перед глазами встала сцена.
…Избитая Надька обмякла без сознания и я, рядом, привязанная к стулу. Продажный полицейский и пистолет, дулом в лицо. Смотрит одним глазом, любуется…
– Все хорошо! – весело произнес Медведев. – Не бойся! Больше ты в любом случае не помеха преступникам.
– Почему? Я же свидетель…
Я все еще не могла поверить. Пережить столько страха, столько дней прятаться. После этого ни один не сможет быстро перестроиться. Я все еще не могла решиться, не могла позволить себе принять реальность.
Было так страшно вдруг оказаться на облаках надежды, в неге спокойствия и рухнуть оттуда в пропасть ужаса за свою жизнь и здоровье.
Я вся напряглась, подобралась.
Тук-тук-тук… Отбивало сердце в ушах быстрый ритм.
– Теперь у следствия есть другие надежные свидетели. Ты не нужна. Поэтому бандиты, даже те, что еще в розыске, но на свободе, не станут тобой заниматься.
– Правда?
Нет, я все понимала, услышала. Но по-прежнему страшилась окончательно расслабиться.
– Правда.
Медведев сказал твердо, чуть помолчал, словно обдумывал что-то и добавил:
– Разве я когда-то тебя обманывал? Хоть раз? Хоть в чем-то?
– Нет, – радостно ответила я. И Дмитрий быстро произнес:
– Ну вот видишь! Все хорошо…
Настал мой черед выдержать паузу. Я не знала, как сказать, что планировала, а Дмитрий не торопил, не педалировал. Думаю, он все понял, заранее представлял – о чем пойдет речь и диалог не пришпоривал. Это было сложно, ужасно неприятно говорить с Медведевым о моем муже и о том, что с ним связано. Но куда деваться? Вадим – часть моей жизни. Его нельзя вот так просто отрезать и выкинуть, как кусок заплесневшей части хлеба.
Его нельзя просто так забыть, как старый носок в углу дачного домика.
С ним нужно что-то решать.
У меня столько мыслей роилось в голове, столько эмоций рвали на части грудь. Я словно вернулась на десять лет назад или больше, когда была еще юной девушкой. Все чувствовала на острие, на грани, на какой-то невозможной точке пика.
Каждый поворот личной жизни вызывал бурю эмоций и фонтан гормонов.
И почему-то вдруг все вернулось.
Дмитрий… Он будто оживил меня, пробудил от многолетнего сна. Заставить опять чувствовать и ощущать себя… женщиной. Желанной, красивой, той самой принцессой из сказки, за которую варвары вырывают друг другу конечности…
– Дмитрий… – после некоторого молчания произнесла я.
– Да, я слушаю.
Его голос звучал слишком нейтрально. Именно так обычно звучал голос Медведева, когда он запирал эмоции на замок самообладания и временно выбрасывал ключ подальше.
Но у меня просто не оставалось выбора.
– Мне нужно поехать поговорить с мужем…
– Я знаю.
В нейтральном тоне Дмитрия появились звенящие нотки.
– Могу я взять машину и временно оставить Максима тут? Или это наглость? Просить о таком…
– Нет.
– Что нет?
– Не наглость. Проси, что хочешь.
Последняя фраза прозвучала так мило, что у меня защемило в груди и захотелось обнять его, чмокнуть в щеку. Но какие чмоки, когда мужчина далеко и на работе?
– Меня бы только довезти…
– Ждать не надо? – казалось, в этом вопрос содержится куда больше, чем можно услышать. Медведев произнес быстро, сминая слова так, что часть букв едва угадывались.
– А можно?
– Я же сказал. Проси, что хочешь.
Он говорил таким тоном… Не знаю, у меня просто не хватало сил пережить все это, заставить себя переосмыслить. Он словно прощался, давал карт-бланш напоследок.
Но я решила пока не заморачиваться. Начнем с Вадима, а к Медведеву вернемся потом. Я… вернусь… К Медведеву.
– Так я поеду?
– Хорошо. Скажи охранникам. Они отвезут. Удачи.
Он сбросил вызов, словно больше не мог или не хотел обсуждать то, о чем мы беседовали. Я понимала, даже лучше, чем думал Медведев.
Сама не хотела…
Внезапно телефон затрезвонил снова, и я уже думала – Дмитрий. Хочет получить от меня обещание, спросить о своем признании…
…Взглянула на экран смартфона и тяжело вздохнула. Наверное, такое разочарование испытывает ребенок, что весь год намекал родителям купить велосипед, рассказывал, как хочет заняться спортом, а не просто сидеть за компьютером и виртуальными игрушками. Говорил, как полезно движение в его возрасте и прочее. Родители кивали, соглашались, подмигивали и… подарили кеды.
Пару мгновений я глазела на экран, не веря глазам.
– Да? – спросила, приняв вызов.
– Дорогая! Поздравляю тебя! Нас! Мне сообщили из полиции! Преступники пойманы, ты больше не нужна как свидетель и в безопасности! Возвращайся! Я организую праздничный ужин! Вези Максима! Будем гулять втроем!
Его энтузиазм и полная убежденность, что теперь я вернусь и все будет как прежде скрипели на зубах песком в ветреный день на пляже. Так и хотелось сказать что-то резкое, грубое. Задвинуть обвинительную речь! Вместо этого я сцепила зубы и тихо ответила:
– Вначале нам нужно поговорить. Я приеду прямо сейчас, без Максима. Ты сможешь подъехать домой?
Я думала – скажет «нет». Мол, работы по горло! Какая там жена, едва спасшаяся из лап бандитов! Есть ведь компьютеры, мышки, провода. Чем там еще занимаются системные администраторы?
Однако внезапно на меня посыпались согласия.
– Конечно! Я
