Читаем без скачивания Кладбище домашних животных - Стивен Кинг

Вдруг он решил, что настало время покончить с прошлым. Он не мог больше ждать и выносить груз всех этих банальностей.

— Ирвин, Дори, — пробормотал он, — Спасибо, что приехали.

Он протянул вперед руки, как бы желая одновременно пожать руки отца и матери Рэчел или даже заключить их в объятия. Сразу за этим он почувствовал, что слезы готовы хлынуть у него из глаз, в абсурдном предвкушении примирения, к которому могла привести смерть Гэджа, как в сентиментальных дамских романах с объятиями над гробом, а примирение могло как-то утихомирить его собственную головную боль, нараставшую и нараставшую.

Дори отпрянула, попытавшись как бы убрать от него руки. Она только сказала «О, Луис..». или что-то вроде того, когда Голдмэн потянул ее назад. Какое-то время они все трое стояли в странных позах, но этого не заметил никто (кроме, может быть, директора, занимавшего скромное место в углу зала — Луис вспомнил, как так же любил стоять дядя Карл) — Луис с протянутыми руками, и неподвижные, как истуканы, Ирвин и Дори Голдмэн, похожие на пару со свадебного торта.

Луис увидел, что в глазах тестя не было слез; они были сухими и горели ненавистью. «Уж не думает ли он, что я убил Гэджа назло ему?» — подумал Луис. Глаза, Ирвина Голдмэна, казалось, измеряли Луиса, обнаружив в нем, наконец, мелкого, ничтожного человека, похитившего его дочь и ввергшего ее в пучину несчастий. Затем взгляд переместился с Луиса на гроб Гэджа, и лишь после этого смягчился.

Но Луис еще сделал последнее усилие.

— Ирвин, — сказал он. — Дори. Ну пожалуйста. Нам нужно держаться вместе.

— Луис, — сказала Дори довольно мягко, и они отошли, возможно, Ирвин снова потянул жену за собой, не глядя по сторонам, и не глядя на Луиса Крида. Они подошли к гробу, и Голдмэн вынул из кармана маленькую черную шапочку.

«Вы забыли расписаться в книге», — мелькнуло в голове у Луиса, и тут на него обрушился такой жесточайший приступ головной боли, что лицо его скривилось.

Наконец, утреннее прощание окончилось. Луис позвонил домой. Джуд спросил, как все прошло. Нормально, ответил Луис. Он попросил позвать к телефону Стива.

— Если она уже может одеться, я думаю, ей стоит сходить туда днем, — сказал Стив, — Как тебе?

— Да-да, — сказал Луис.

— Как ты, Лу? Говори прямо — как ты?

— Нормально, — кратко ответил Луис. — Держусь. Вce они расписались в книге. «Все, кроме Дори и Ирвина».

— Ну ладно, — сказал Стив. — Может, пойдем пообедаем?

Обед. Пойти пообедать. эта идея казалась настолько странной, что Луису вспомнились фантастические романы, которыми он зачитывался в детстве, — Роберт Хайнлайн, Меррей Ленстер, Гордон Р. Диксон. «У туземцев на этой планете есть странный обычай: когда кто-нибудь из их детей умирает, они «идут пообедать». Я заню, что это звучит дико, но не забывайте, что эта планета еще совсем нецивилизована».

— Конечно, — сказал Луис, — почему бы не посидеть в ресторане между церемониями?

— Успокойся, Лу, — сказал Стив, но он не очень расстроился. В нынешнем состоянии безумного спокойствия Луис разбирался в людях лучше, чем во всю прошлую жизнь. Может быть, это была иллюзия, но в ту минуту он понял, что для Стива даже этот его сарказм был лучше, чем настораживающее спокойствие.

— Что, если нам сходить к «Бенджамину»?

— Ну что ж, прекрасно, — ответил Луис.

Он звонил из офиса директора. Сейчас, когда Луис проходил мимо Восточного зала, он был почти пуст, только Ирвин и Дорис Голдмэн сидели в переднем ряду с опущенными головами. Луису показалось, что они собираются остаться там навсегда.

Они не зря выбрали «Бенджамин». В Бангоре обедали рано, и в час ресторан был почти пуст. Джуд и Стив пришли вместе с Рэчел, и все четверо заказали цыплят. Рэчел сразу отлучилась в дамскую комнату и оставалась там так долго, что Стив забеспокоился. Он уже хотел попросить официантку сходить за ней, но тут она вернулась к столу с красными глазами.

Луис поковырял цыпленка и выпил немного пива. Джуд молча потягивал из своей бутылки.

Их блюда унесли почти нетронутыми, и Луис при помощи необъяснимого, только что проснувшегося чутья уловил, как официантка, пухлая девица с простым лицом, думает, стоит ли осведомиться у клиентов, все ли в порядке, а потом, посмотрев на заплаканное лицо Рэчел, решает, что, пожалуй, не стоит. За кофе Рэчел произнесла нечто неожиданное и шокировавшее всех, особенно Луиса, которого от пива повело ко сну.

— Я хочу отдать его вещи армии спасения.

— Да? — через какое-то время спросил Стив.

—  Да, — ответила она. — От них еще может быть польза. Все его джемперы... штаны... рубашки... Может, кто-то будет рад получить их. Они еще почти новые. Конечно, кроме тех, что были на нем. Те... порвались.

Последние слова потонули в гробовом молчании. Она попыталась отхлебнуть кофе, но ничего не вышло, и, уткнув лицо в ладони, она разрыдалась.

Это был тяжелый момент. Казалось, все взгляды обратились на улицу. Он все с тем же обостренным чутьем уловил, что все чего-то ждут от него. Даже официантка, кажется, глядела на него из-за соседнего столика, где расставляла приборы. Луис понял: они хотели, чтобы он успокоил свою жену.

Он не мог этого сделать. Он хотел. Он знал, что-то обязан что-то предпринять. Но не мог. Ему мешал кот. Кот. Внезапная мысль, без причины и смысла. Проклятый кот. Черч с его задушенными мышами и птицами. Луис, когда находил их, выбрасывал прочь, без комментариев и почти безропотно. Он ведь «купил» их. Но... «купить» ЭТО?

Он видел свои пальцы. Луис видел свои пальцы, цеплявшиеся за край курточки Гэджа.

Он смотрел в чашку, а жена его плакала рядом, никто ее так и не успокоил.

Через какое-то время — может быть, несколько минут, хотя всем им показалось, что прошла вечность, — Стив протянул руку и бережно обнял Рэчел. Взгляд его, устремленный на Луиса, был сердитым. Луис поглядел на Джуда, ища поддержки, но тот сидел, потупясь, словно в смущении. Помощи ждать было неоткуда.

37

— Я знал, что что-нибудь вроде этого случится, — сказал Ирвин Голдмэн. С этого все и началось. — Я знал это, еще когда вы только поженились. Я сказал ей, что ее ждут все возможные беды и еще большие. И вот смотри. Смотри, что получилось.

Луис медленно оглядел своего тестя, неожиданно возникшего перед ним, как чертик из коробочки, а потом оглянулся, надеясь увидеть Рэчел возле книги на подставке, но Рэчел там не было.

Дневная церемония была менее многолюдной, и уже через полчаса Луис опустился на стул, почти ничего не соображая. Он устал и хочел спать. Частично виной тому было пиво, но сознание его было готово отключиться. Может быть, поспав десять-двенадцать часов, он смог бы хоть немного успокоить Рэчел.