во время интима. Валерка не проникся и распрощался с одной из бывших любовниц, однозначно ответив, что не намерен возобновлять с ней отношения. Расстроенная Лиза всё-таки решила в следующий свой приезд обязательно позвонить Валере.
Лишь одна из бывших подруг Лаврова — практичная и проницательная Женька убеждена в том, что Валерка останется теперь только её клиентом. Причёсывая к свадьбе счастливых жениха с невестой, Женька сразу же заметила, каким взглядом Валерка смотрит на Алёну и со вздохом сожаления распрощалась с мечтой не только сочетаться браком с Лавровым, но и когда-либо увидеть его в своей постели.
* * *
Воскресное утро двадцать пятого февраля, накануне дня рождения Алёны, ознаменовалось неожиданно выпавшим ночью снегом, обелившим землю и увенчавшим деревья кружевом инея. Десятиградусный мороз прихватил всю эту красоту, сберегая её для утренних людских взоров. Валерка давно расправился со своим завтраком и задумчиво стоял перед окном, оглядывая заснеженную площадь и ожидая Алёну, которая в самом начале утреннего чаепития удалилась в ванную и не появлялась оттуда уже довольно продолжительное время. Лавров подошёл к двери и позвал жену.
— Алёна, у тебя всё в порядке?
— Валера, я здесь, — откликнулась Алёнка, незаметно для мужа уже покинувшая ванную комнату и появившаяся перед ним одетая в спортивный костюм, в котором обычно отправлялась на прогулку. — Надо собираться.
— Куда собираться? — оторопел Валера.
— Валер, — замялась Алёна, — ну пора, понимаешь…
— Что пора? — от охватившего его внезапного волнения продолжал бестолково переспрашивать Валерка.
— Ехать пора, потому что, скорее всего сегодня, ты станешь папой.
— Алёнушка, — он с такой нежностью обнял её, что у Алёнки ухнуло сердце.
Но вслед за проявлением ласки Валерка засуетился, начав метаться по квартире. С удивлением смотревшая на него Алёнка попыталась успокоить мужа.
— Валера, не волнуйся, пожалуйста! Давай собираться и поедем. Только надо сначала врачу позвонить.
— Врачу… — опомнился Валерка, хватая свой сотовый, — конечно, надо… Как же он у меня записан?! — судорожно листал Лавров список номеров. — Врач… доктор… А, Кривовяз Андрей, вот нашёл!
— Валера, успокойся, я уже звоню, — с участием посмотрела на него Алёна, прижимая к уху мобильник и повернувшись к мужу таким образом, чтобы он не видел, как она поглаживает ладонью живот с левой стороны, который начинало тянуть досадливой болью. — Алло! Здравствуйте, Андрей Евгеньевич! Это Алёна Лаврова. Да, полчаса назад. На схватки пока не похоже, но болит уже ощутимо. Приедете на роды, да? Я? Скорее всего, на машине. Думаете, надо скорую? — она снова настороженно глянула на застывшего рядом побледневшего Валерку. — Мне кажется, он вполне сможет сесть за руль. Скорую вызывать не будем. Спасибо, Андрей Евгеньевич! До встречи! Мы выезжаем.
Она отключилась. Валерка приблизился и, взяв в обе ладони её голову, проговорил:
— Алёнушка, девочка моя дорогая, ты только не бойся! Я буду с тобой всё время.
— Валера, я и не боюсь, только давай уже поедем.
— Конечно, — отпустив жену, растерянно огляделся по сторонам Валера.
— Сумка в прихожей. Посмотри, пожалуйста, там сверху документы должны лежать.
— Всё есть, — удостоверился Лавров, вновь с тревогой вглядываясь в лицо Алёны. — Когда же ты успела собрать?
— Валера, — напомнила Алёнка, — она уже две недели как возле порога стоит.
— Так, — проверив наличие ключей от автомобиля в кармане куртки, которую он между делом успел натянуть, Валерка проворно и бережно надел на Алёну пуховик и угги, — значит, можем отправляться.
Заперев дверь, Валерка повесил на руку сумку, которую Алёна собрала в роддом, и, подхватив жену на руки, устремился с ней вниз по лестнице.
— Валера, зачем ты? — воспротивилась Алёнка. — Тебе же тяжело!
— Так будет быстрее, — улыбнулся Лавров.
Несмотря на замешательство, охватившее его при известии о начале родов, Валерка не забыл включить дистанционный разогрев двигателя и подогрев передних сидений в автомобиле. Усадив Алёну в тёплую машину, бережно пристегнул её ремень и, заняв своё место за рулём, сразу же тронулся с места. До роддома было не особенно далеко, но Валерка поехал другим маршрутом, в объезд транспортного кольца на проспекте, где часто образовывались пробки. Он ехал осторожно, время от времени бросая на жену тревожные взгляды. Она отворачивала от него лицо, по-прежнему держась за живот с другой стороны, чтобы не было видно Лаврову.
— Валер, — не выдержала, наконец, Алёнка, — у меня такое ощущение, будто это не я рожаю, а ты!
— Лучше бы уж я родил, — стукнул обеими ладонями по рулю Валерка, глядя прямо перед собой на дорогу, — чем так волноваться!
— Валерочка, — пожалела его Алёна, — перестань так на меня смотреть, пожалуйста! А то я при тебе даже поохать боюсь.
— Алёнка, — сильнее побледнел Валера, — тебе что, очень плохо? Больно?
— Валер, — рассердилась Алёнка, — мне действительно больно! Но пойми ты, наконец, что это не плохо! Всё так и должно быть! Плохо — это когда не больно!
— Как это?
— Да очень просто! Когда боли нет, вот это плохо! А мне нормально, Валера!
Увещевания мужа немного отвлекли саму Алёну от неприятных ощущений, и в результате ей показалось, что до роддома они добрались быстро. Прибывший немного пораньше доктор Кривовяз с улыбкой встретил супругов в вестибюле.
— Ну что, поднимаемся на третий этаж? — обратился он к Алёне.
Не успела она ответить, как Валерка выпалил:
— Я с вами, — он внезапно умолк, растерявшись, и добавил: — Сумку донесу.
— Давай мне сумку, — улыбаясь его волнению, протянул руку доктор.
— А можно я с вами, — дрожащей рукой отдал сумку Валера, — туда?
Лавров не исключал для себя присутствия на родах жены и даже предварительно сдал все необходимые для этого анализы. Алёнка скептически отнеслась к его идее, однако порыву мужа не противилась, полагая, что в самый ответственный момент он всё-таки передумает. Врач проницательно догадался, что Лавров не будет жене хорошим помощником во время родов и заговорщицки подмигнул Алёне.
— Ну что, Алёна Александровна, возьмём мужа на роды?
Исподлобья посмотрев своими ясными глазами на доктора, Алёнка покачала головой из стороны в сторону.
— Извини, — улыбнулся Кривовяз Лаврову, — большинством голосов тебе отказано в присутствии на родах.
Валерке ничего не оставалось, кроме как, нежно обняв в очередной раз жену, распрощаться с ней.
— Не переживай, — протянул ему руку доктор, — обещаю тебе: всё будет хорошо. И не обижайся, что мы тебя не берём. Видишь ли, изо всех мужчин я знаю только одного, который не теряет присутствия духа на родах собственной жены. И должен заметить, что я сам не вхожу в это число. Езжай домой, Валера, и жди благоприятных известий.
* * *
Алёнка ходила от двери к окну вдоль предродовой палаты на трёх человек. Две
