Читаем без скачивания Демон тринадцатого месяца (СИ) - Cofe

Но Ся Гэ услышала то, что хотела и не смогла скрыть радости и облегчения.

— Это значит, брачной ночи не будет? Но если так, то кто наследует клан после вас?

Он понял ее тревогу, потому что это тревожило и его.

— Я ведь говорил об этом не раз. Хранители внимательно смотрят на проявление способности и человеческих качеств каждого адепта нашего клана.

— Но учитель, — приблизилась к нему Ся Гэ, недопустимо близко по мнению дафу, и понизила голос до интимного… только для них двоих. — Почему бы вам на самом деле не сделать меня своей наложницей. Тогда я позабочусь о появлении на свет вашего наследника.

Оба смотрели друг на друга.

— Вы же знаете, как я отношусь к вам… — умоляюще прошептала Третий мастер.

Глава жестом прервал ее, отступив на шаг.

— Ни к чему такие ухищрений, просто покажи свои способности и докажи всем и Хранителям в том числе, что из тебя выйдет достойный Глава. А насчет остального, — он помолчал немного, выводя Третью из терпения. — Боюсь разочаровать тебя, ибо не способен быть мужчиной из-за своей хвори.

— Я в это не верю… — начала было Ся Гэ, но в дверях появился Хао.

— Господин, дозорные доложили о подъезжающем кортеже.

— Идем, — с готовностью повернулся к выходу Глава, но был удержан Третьим мастером за широкий рукав парадного одеяния.

— Прошу вас, уделите мне еще немного вашего драгоценного внимания, — взмолилась она. — Умоляю об этом. Кортеж ведь только подъезжает.

Дафу строго взглянул на свою руку, которую Ся Гэ тут же отпустила.

— Учитель, — умоляюще проговорила она, подступив к нему почти вплотную. — Поверьте, для меня ваша хворь не имеет значения, лишь бы быть рядом. Поверьте же моим чувствам к вам.

Оглянувшись на дверь, Глава увидел, что слуга уже исчез и повернулся к Третьему мастеру.

— Ся Гэ, как вы себя ведете? — выговорил он и, отвернувшись, вышел.

Кортеж, состоящий из крытого возка и сопровождавшего его отряда всадников, был встречен со всем почестями и полагающимися церемониями. Глава с гостем, человеком исключительно приятным и спокойным, прошли в павильон Торжеств с накрытыми яствами столами. Когда чарки пирующих наполнили тонким вином из Лимунджи, перед Главой поставили чашу с родниковой водой из источника питаемого горной водой со снежных вершин горы Доуфань. Пока Хранители степенно угождали гостю и развлекали вежливыми разговорами, к Главе подошел Хао.

— Пришла ученица лекаря. Велеть ей явиться позже?

— Нет, — поднялся с места Глава. — Простите, господин Фу, не хочу омрачать вашего отдыха и трапезы своими заботами, потому ненадолго покину вас.

— Конечно, конечно, — вежливо закивал гость, что был увлечен занимательной беседой со Вторым Хранителем.

Выходя из зала, Глава прижал платок к губам, глухо закашлявшись. Этот кашель не унимался до самых покоев. Так он и вошел к себе, с платком у лица.

— Остаться с вами? — обеспокоенно спросил слуга не понижая голоса, настороженно поглядывая на ученицу лекаря, но Глава покачав головой, жестом отослал его.

Ли Мин, разглядывавшая напольный светильник в виде журавля, поклонилась вошедшему Главе. Он прошел мимо и сел на кан, не отнимая платок от губ.

— Простите, — проговорила, вновь поклонившись, ученица лекаря. — Мне нужно было прийти пораньше, чтобы не отрывать вас от дел.

— Очень сильно донимает кашель, — сухо проговорил Глава и велел: — Прослушай-ка меня.

Держа в руках громоздкий медицинский ящик, Ли Мин оглянувшись на закрытую дверь, неуверенно произнесла:

— Но у меня нет с собой стетоскопа.

— Разве нельзя послушать без этой… штуки, — проговорил он, через прижатый к губам платок.

— Я не умею слушать без этой штуки, — буркнула Ли Мин.

Подойдя к столу, она поставила ящичек и открыв его, приготовила все необходимое для забора крови. Ее начала беспокоить подозрение, что он намерен отыграться он за недавнее унижение на последнем осмотре, уж очень вид у него стервозный. Нет такой необходимости прослушивать его грудную клетку, по кашлю и так все ясно, но когда повернулась, то чуть не подскочила от неожиданности. Глава уже распахнул на себе парадные одежды, обнажив твердую грудь. Ой! Так что же… придется слушать без стетоскопа? Тогда пусть не возмущается ее непристойным поведением, когда ей придется прикоснуться к нему. Потерев враз взмокшие ладони о линялые штаны, Ли Мин подошла и присела рядом с ним.

— Где болит? — спросила она.

— Здесь, — тихо произнес он, приложив ладонь к сердцу.

— Вы позволите? — спросила ученица лекаря, вынужденно придвинувшись к нему еще ближе, ожидая, что вот сейчас раздадутся его возмущенные вопли. Но наклонившись, что бы прижаться ухом к его груди, заметила, что Глава подался ей навстречу.

— Вдохните поглубже, — попросила девушка, прижавшись ухом к его телу с бьющимся гулко и часто сердцем. — Теперь медленно выдохните.

— Вы что-нибудь услышали? — спросил он, когда она, выпрямившись, отодвинулась.

— Из-за сильного сердцебиения нельзя что-то уверенно сказать, — покачала она головой. — Я дам вам успокаивающие капли.

Вскочив с кана, она подошла к своему медицинскому ящичку, испытывая невероятное облегчение. Сегодняшний осмотр, без лекаря Бина, невероятно напрягал ее. Вернувшись, она дала Главе пилюлю и, махом поклонившись, торопливо попрощалась:

— Я пойду.

— Разве я отпускал тебя, ученица лекаря? — остановил ее Глава и напомнил: — Ты же хотела взять мою кровь.

— Э-м… да… конечно… — чуть не хлопнула себя по лбу Ли Мин и, вернув ящичек на стол и вновь раскрыв его, взялась за глиняный пузырек и иглу.

Дафу сидел в распахнутых одеждах и не думая приводить их в порядок, так что Ли Мин вынуждена была напомнить:

— Вам лучше поправить одежды, иначе ваш кашель усилится.

— Господин, — позвали за дверью, словно уловив ее беспокойство. — Гость и Хранители спрашивают о вас.

Во время этого короткого сообщения, Глава успел одним махом запахнуться, завязать и расправить на себе одежды. По его скупым, точным движениям и не скажешь, что он не способен был одеваться самостоятельно.

— Сейчас буду, — громко объявил он и протянул Ли Мин руку.

Пока она обтирала иглу специальным раствором и нагнетала кровь к подушечке пальца, он спросил:

— Как собираешься лечить меня?

Ли Мин ответила так, что бы вызвать у пациента доверие и ослабить его подозрительность.

— Я отказалась от преступного метода лечения за который меня ругает лекарь и не подведу учителя, — сказала она и точным выверенным ударом иглы, проколола ему палец.

— Верно, больше ты не подведешь учителя Бина. Ты подведешь лишь меня, но я не только разрешу применять к себе твои преступные методы, я настаиваю на этом. Твой метод, пусть и рискованный, превосходит традиционный, может потому что он преступный. Это понимает не только лекарь Бин, но и я.

Сказать, что Ли Мин была удивлена, не сказать ничего. Закупорив глиняный пузырек со взятой пробой крови, аккуратно пристроив в ящик и закрыв его, она лишь сказала:

— Да, Глава.

— Гость и советники беспокоятся о самочувствии Главы, — вновь обозначился за дверью слуга.

— Я пойду, — схватилась за свой чемоданчик Ли Мин, не чая поскорее выбраться отсюда.

— Подожди, — остановил ее Глава. Ну, что опять⁈ — Посмотри, все ли в порядке с моей одеждой.

Поднявшись с кана, он встал перед ней, преградив путь к дверям так, что ей пришлось бы обходить его, чтобы уйти, а это было бы проявлением неуважения.

— Почему одеваешься в мужские одежды? — спросил он, пока она придирчиво осматривала и оправляла его ханьфу.

— Ну, мне в них удобно и не жалко испачкать, когда готовлю лекарства. Не сковывают, когда бегу к больному и ухаживаю за ним. Да и по горам в юбке не полазаешь, когда учитель посылает искать нужные травы, — говорила она, разглаживая на нем пояс.

— Но это опасно!

— Ну да, — согласилась Ли Мин, — потому и не ношу юбок.

— Господин, — нетерпеливо напомнили из-за двери.