коалиции во главе с Пейсли из Демократической юнионистской партии и Мартином МакГиннессом из «Шинн Фейн». Теперь, когда в правительстве совместно заседали две самые крайние партии провинции, это давало больше поводов для надежды, чем когда-либо раньше.
В апреле 2008 года Пейсли ушел с поста лидера Демократической юнионистской партии, и его сменил Питер Робинсон, ставший первым министром Северной Ирландии. Робинсон и МакГиннесс отнеслись к управлению Северной Ирландией со всей серьезностью. В то время, пока шел мирный процесс, некоторые околополитические издания Британии и Ирландии утверждали, что как только североирландские политики столкнутся с практическими обязанностями обыденного повседневного управления, идеологические разногласия между юнионистами и националистами (по крайней мере, в самой Ассамблее Северной Ирландии) отойдут на второй план и, можно надеяться, со временем утратят актуальность. Действительно, не испытывая трудностей, мешавших ей предыдущие десять лет, когда циклы взаимной враждебности и недоверия лишь изредка прерывались краткими периодами сотрудничества, Ассамблея начала работать как обычное правительство.
Проблема межконфессионального насилия по-прежнему сохранялась, хотя теперь за ним чаще стояли маргинальные группировки и отдельные лица, нередко заинтересованные в личной мести террористам, отказавшимся от насилия и присоединившимся к мирному процессу. Самым вопиющим случаем стало убийство в апреле 2011 года Ронана Керра, констебля-католика из новой Полицейской службы Северной Ирландии. В убийстве обвинили диссидентов-республиканцев, вероятно, бывших членов Временной ИРА. Во всей Северной Ирландии и Республике этот случай был встречен почти единодушным осуждением. В Белфасте прошел мирный митинг, примечательный тем, что в нем приняли участие самые разные слои североирландского общества – националисты, юнионисты и лидеры различных политических партий.
Экономика и общество в xxi веке
Сосредоточившись исключительно на мирном процессе конца 1990-х годов – начала XXI века, мы рискуем оставить без внимания другие важные события, происходившие в Ирландии. В Северной Ирландии с 1998 года наблюдалось значительное повышение уровня жизни. Некоторые утверждают, что причиной этого стал приток иностранных инвестиций (особенно от британского правительства), подкрепленный наступлением, по-видимому, вполне прочного мира. Но представляется более правдоподобным, что Северная Ирландия наконец смогла почувствовать накопительный эффект тех средств, которые британское правительство вливало в провинцию на протяжении десятилетий.
Усиление безопасности требовало улучшения инфраструктуры, в первую очередь качественных дорог, совершенствования сети электроснабжения и других коммунальных служб. Во многих отношениях эти аспекты в Северной Ирландии были более развитыми, чем в некоторых областях самой Британии. Это сделало Северную Ирландию привлекательным регионом для инвестиций, и в нее довольно быстро начали стекаться деньги межнациональных корпораций.
Судя по некоторым данным, межконфессиональные разногласия в сфере государственного образования в Северной Ирландии идут на убыль. Очевидно, положения Белфастского соглашения о равенстве и справедливости незаметно проникли в сознание жителей Северной Ирландии. Сейчас редко можно столкнуться с религиозной дискриминацией со стороны государственных чиновников в сферах здравоохранения или распределения государственного жилья, что всего несколько десятилетий назад было обычным явлением. Большое международное внимание привлекают североирландские деятели искусства и культуры, такие как писатели Шеймус Хини (в 1995 году получивший Нобелевскую премию по литературе) и Анна Бернс. Непревзойденная красота сельских пейзажей радует все больше приезжающих туристов.
В истории Республики в XXI веке можно выделить четыре наиболее заметные темы: непрекращающиеся тревожные разоблачения физического и сексуального насилия в учреждениях, связанных с католической церковью; нестабильность экономических отношений Республики с Евросоюзом; крах «Кельтского тигра» и начавшийся в 2008 году серьезный финансовый кризис; социальная либерализация страны.
Пожалуй, самой драматической переменой в жизни Ирландии с середины 1990-х годов стала утрата уважения к католической церкви и ослабление ее власти и влияния в политике и общественной жизни. О резком отходе католической церкви на второй план в жизни Ирландии лучше всего говорит статистика. Согласно переписи 2011 года, 84 % жителей Республики называли себя католиками. Но, по мнению большинства аналитиков, эти люди не столько на самом деле соблюдали религиозные обряды или были истинно верующими, сколько ощущали себя католиками скорее в культурном или историческом смысле. В 1974 году еженедельные мессы в Республике посещали 91 % населения. В 2008 году этот показатель составил 43 %. Количество людей, принимающих святое причастие не реже одного раза в месяц, снизилось с 66 % в 1974 году до 43 %. А количество приходящих на ежемесячную исповедь упало с 66 % в 1974 году до 9 % в 2008 году. Вероятно, самыми красноречивыми можно считать данные Европейского опроса о ценностях за 2008 год, показавшего у ирландцев самый низкий уровень доверия к церкви среди европейских народов.
С начала 1990-х годов и до настоящего времени разоблачения преступных и безнравственных действий католического духовенства следовали одно за другим. В 1992–1994 годах стало известно, что у епископа Имонна Кейси и популярного телепроповедника, ведущего собственного ток-шоу, отца Майкла Клири есть незаконнорожденные дети. Но эти инциденты выглядят старомодным пустяком по сравнению с более поздними разоблачениями. В XXI веке эффект разорвавшейся бомбы произвели гораздо более серьезные новости о сексуальном и других видах насилия над детьми со стороны священников. В епархии Фернс (на юго-востоке Ирландии) было проведено расследование, и 21 священнику предъявлены обвинения в более чем ста случаях сексуального насилия над детьми в период с 1962 по 2002 год. В 2005 году был опубликован следственный отчет, утверждавший, что многие священники были виновны в совершении насилия, а сменявшие друг друга епископы игнорировали или скрывали эти факты. Свою долю критики получила также Гарда Шихана (полиция Ирландии) за недобросовестный подход к расследованию этих обвинений.
Для изучения случаев жестокого обращения с детьми в исправительных школах, ремесленных училищах для беспризорных и в сиротских приютах, находившихся в ведении церкви и под надзором государственных органов, была создана специальная комиссия (также известная как Комиссия Райана). В 2005 году комиссия выпустила разгромный доклад. Было установлено, что «физическое насилие, сексуальное насилие, небрежное исполнение обязанностей по уходу и воспитанию, а также эмоциональное насилие являлись широко распространенными особенностями этих заведений». Комиссия также пришла к выводу, что полиция скрывала доказательства имевшего место насилия и что Гарда Шихана как учреждение стремилась не столько провести полноценное расследование случаев насилия, сколько избежать связанного с этим скандала.
Следующей пала (по крайней мере, в глазах общественности) Дублинская архиепархия: Комиссия Мерфи по сексуальному насилию над детьми в приходах Дублина начала свое расследование в 2006 году и в 2009 году опубликовала выводы, поколебавшие веру многих людей. Картина преступлений оказалась очень похожей: священники совершали сексуальные действия с детьми, церковные чиновники скрывали информацию об этом, а полиция умышленно затягивала расследования. Поскольку речь шла о Дублинской архиепархии, крупнейшей и самой известной в стране, из всех подобных расследований это расследование привлекло самое пристальное внимание публики и нанесло репутации церкви самый серьезный ущерб. Папа Бенедикт XI осудил действия виновных. Епископы, включая тех, кто впоследствии возглавил другие епархии, подали в отставку. Негодование общества в адрес церкви и государственных органов, которые так долго игнорировали и замалчивали эти вопиющие случаи, достигло апогея. Вдобавок в конце 2010 года в деле возникли дополнительные осложнения после того, как портал
