– Нужно его в стаю, – авторитетно сообщила миленькая брюнетка, помогавшая ведьме накрывать на стол, – а то кто-нибудь уведет.
– А другого способа давать клятву нет? – Я вспомнил, как оборотни лизали мне ногу, и поморщился.
– Да ему достаточно руку лизнуть, – ответила она.
– Ну пусть идет лижет, – мрачнея, сдался я. – Аган, Март, потом проследите за этим домом, когда мы уедем.
– А разве мы не с вами? – встревожился Аган.
– Я сам пока ничего не знаю.
Надо же, какое рвение, все хотят ехать со мной! Может, мне всю стаю взять? И еще стражников с гувернанткой в придачу. А то, что ни Мэлин, ни я сам вовсе не горим желанием никуда ехать, кажется, никого не волнует.
Когти начали самовольно подрастать, и мне поневоле пришлось бросать на себя очередную порцию невозмутимости. И как раз вовремя.
Ведьма ухватила малыша за шиворот, отдернула от меня и сунула в угол.
– Ничего он лизать не будет. Мал еще в стаю вступать! Может, и не захочет после, зачем на себя ошейник надевать!
– Аган, мне нужно уйти по делам, ты остаешься за старшего, – не выдержал я, вскочил и ринулся к двери. – Обедайте без меня и отдыхайте.
Глава 19
Пробежав в сторону центра города почти двести шагов, я окончательно успокоился и постепенно начал понимать, чем так бесит меня эта ведьма.
Своей воинственной самостоятельностью, недоверием к моим словам и упрямым желанием сделать все по-своему даже после того, как я практически добровольно засунул собственную голову в невыгоднейший контракт. Невыгодный не деньгами, а тем, что он нарушает так тщательно продуманные планы королевы и делает меня ее врагом.
Но еще больше меня злило то, что проклятая ведьма упорно искала в моих действиях какой-то подвох или выгоду, и мне приходилось всеми силами доказывать свою честность. И чем больше я ей предлагал, тем сильнее ощущал себя просителем, а не спасителем.
Вот оно что! – вспыхнуло в мозгу ясное понимание. Своим недоверием она оскорбляла мое чувство собственной значимости, резко выросшее за последние дни. Все верно, начала доходить до меня простая вещь: с того момента, как я неожиданно для себя стал вожаком стаи и единоличным командиром своей маленькой команды, мое чувство ответственности поднялось на новый уровень, и угнетало это меня только в первые часы. Потом я как-то привык. Или так действует магия пояса вожака?
Сейчас у меня нет ни времени, ни настроения разбираться с этим вопросом, но вот проверить, как ведет себя ведьма, когда меня нет, очень любопытно. Да и вообще, всегда лучше знать, что говорят о тебе за спиной и какие вынашивают замыслы.
Вдумчиво оглядевшись, я выбрал среди нескольких птичек, попавшихся мне на глаза, серого голубя и притянул к себе воздушной петлей, не забыв закрыться отводом глаз. Заложил в голову маленького шпиона заклинание памяти и место, откуда нужно следить, добавил чуткости слуха и отпустил. Вот теперь по возвращении я буду знать все, что он услышит.
Настроение сразу улучшилось, и пока я добрался до центральной площади, стало почти благодушным. Особенно когда я привычно выделил среди толпы уныло-гордую физиономию продающего зелья маглора в неизменной мантии. Судя по состоянию этой самой мантии, он был явно не избалован заказами, и мне вдруг нестерпимо захотелось хоть немного помочь сородичу.
Я шагнул к нему почти одновременно с полноватым господином со знаком лекаря на плече и не дал тому даже рта раскрыть.
– Зелье от желудочных болей есть? А ранозаживляющие? По два серебряных отдашь?
– Но у маглора Бетнеса они всегда по два на серебрушку! – возмутился лекарь.
– Не может быть! Я всегда покупаю по два. И раз так, заберу весь товар. – Я ухватился одной рукой за простую деревянную шкатулку, а второй полез за кошелем.
– Но я тоже хотел взять от ран и желудка! И от мигрени… да и от бессонницы.
– Могу уступить по три серебрушки. – Я уже пересчитал флаконы и теперь отсчитывал деньги.
– Но вы же купили по две! – возмутился покупатель.
– Но я покупал чужие. А продаю вам свои. Согласитесь, что это не одно и то же.
– У меня есть еще, дома, – потяжелевший кошель явно приободрил коллегу. – Я вам могу продать… по два с половиной серебряных.
– Идемте, – метнув в меня возмущенный взгляд, вцепился в его локоть лекарь, явно приехавший на ярмарку издалека именно с целью пополнить свои запасы.
Я проводил их взглядом и, чувствуя, как теплеет на душе, направился в сторону гостиницы, в которой мы договаривались встретиться с Сагоном. Вокруг бурлила ярмарка, и по пути я присмотрел несколько лавок, которые намеревался посетить позже. Мне вдруг вспомнилось, что из-за нехватки средств я давно не устраивал себе маленьких праздников, скрашивающих жизнь на чужбине. Не покупал привезенных с родины лакомств, не бродил по магическим лавкам в поисках того, что бы нравилось мне, а не подходило по цене, не ходил в ряды, где продавали диковинки из диких земель. И я твердо решил, что сегодня выделю на эти развлечения не меньше часа.
Только сначала посмотрю, прибыл ли Сагон и в каком он настроении.
Сагон был в довольно мрачном состоянии духа, зато совершенно здоров и цел. Это я сразу увидел, войдя в обеденный зал гостиницы из просторной прихожей. По пути я купил для маскировки удобную недорогую продолговатую корзинку, в которую складывал попадавшиеся по дороге истинно ярмарочные товары. Ярко расписанные туески с сотами и калеными ядрами орехов, длинные коробочки с конфетами, обсыпанными подкрашенной сахарной пудрой, печатные пряники в промасленной бумаге и облитые яркой глазурью шарики с секретом. Все это должно было послужить одной цели: завоевать сердце малыша, изображавшего ученого кота.
Мне уже стало к этому времени ясно, что Март был совершенно прав. Маленького оборотня нужно брать в стаю, под защиту Каха. Иначе возьмут другие вожаки, выгнавшие на ярмарочную площадь целую толпу «дрессированных» медвежат, волчат и даже тигренка.
Обострившимся чутьем я теперь мгновенно угадывал под иллюзорной шкуркой коконов худых и голодных мальчишек и видел на них метки чужих стай. Как минимум трех, потому и прошел мимо, стиснув зубы. Но зато составил целый план по переубеждению Орисьи.
И теперь, входя в зал, чувствовал себя вполне довольным и собой и жизнью, и, едва рассмотрев Сагона и Косиллу, направился было к ним, по пути привычно проверяя поисковичком, нет ли ловушек.
Острое чувство опасности на миг скользнуло по спине холодной змейкой, заставило сбиться дыхание и собраться. Вокруг стола, за которым сидели мои бывшие спутники, обвивалась незримая лента сторожки. Очень тонкой, мощной и абсолютно чужой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
