— Если на втором флейте примерно тоже самое, то на бригантину столько не влезет! — Огорошил Макаров. — Хорошо если десятую часть возьмем — эти «купцы» в пять раз больше по водоизмещению нашей «Авроры»!
— Можно сделать несколько ходок — отсюда до Пуэрто-Вьехо два дня пути! — Предложил Артём.
— Два дня туда, два дня обратно — а у нас не больше недели! — Возразил Макаров. — Фрегат явно на Ямайку ушел, туда четыре-пять дней ходу…
— Да, не успеем… Не успеем, — огорчённо сказал дон Северино. — Впрочем, нам ведь совсем не обязательно вывозить всю добычу в Пуэрто-Вьехо!
— Предлагаешь перевезти груз на остров? — Задумчиво сказал Артём. — Неплохая идея, но с непредсказуемыми последствиями. Чтобы хорошо спрятать такое количество сундуков, надо огромный схрон соорудить! Если просто в штабель сложим и ветками закидаем — обязательно найдут! Не дураки же у англичан военные — сообразят остров прочесать! И будет нас ждать вместо клада — засада!
— Да, хрен там что спрячешь! — согласился Макаров. — Только время зря потеряем.
— А если… Если… — подал голос старшина негритянского отряда и, дождавшись кивка Артёма, продолжил: — А если мы эти сундуки в воду бросим? Здесь мелко! Мы вчера ныряли, глубина посреди бухты не превышает три человеческих роста!
Офицеры посмотрели на Тубе с уважением.
— Одна голова хорошо, а две — лучше! — Сказал по-русски Макаров.
— Действуем без спешки и суеты, сундуки с серебром затапливаем не общей кучей, а отдельными партиями. — Скомандовал Артём. — Берите все уцелевшие на «купцах» шлюпки! Дон Северино, отправь на скалу парочку самых ответственных солдат в качестве наблюдателей. И чтобы в четыре глаза смотрели за морем на случай появления кого угодно — англичан, испанцев, французов, чёрта лысого! Если повторится вчерашний проёб и кто-то появится здесь неожиданно — я таких горе-сторожей просто расстреляю!
Работа на разбитых судах закипела — на втором флейте обнаружили аналогичный груз. Пока подчиненные занимались перевозкой сундуков на шлюпках в бухту, где стояла бригантина, Артём прошелся по «Изабелле». В первую очередь парень сгрёб в капитанской каюте весь навигационный и штурманский инструмент, свернул все карты в один большой рулон. Затем занялся сундучками и ящиками — в них он нашел судовые документы и множество договоров на перевозку товаров, заключенных между судовладельцем и двумя десятками частных лиц. Это показалось ему странным — ведь генеральный официальный груз был единым, да и контрабанда не радовала разнообразием. А из договоров явствовало, что на «Изабелле» находятся партии каких-то товаров от двух десятков торговцев. Что это такое может быть?
Артём, раздумывая над этим вопросом, несколько раз бесцельно прошёлся по каюте и снова остановился. От кровати до шкафа было всего четыре шага! Как-то маловато — даже в капитанской каюте гораздо меньшей по размеру «Авроры» капитанская каюта было больше в полтора раза — там от кровати до шкафа можно было шагнуть шесть раз!
Сдерживая желание немедленно проверить свою догадку, Артём отошёл чуть в сторонку. Так и есть, переборка, у которой стоял шкаф имела едва заметные следы новодела — потемневшие от времени доски явно снимали, а потом ставили на место — на темном фоне виднелись свежие царапины! Сделано это было аккуратно, с первого взгляда и не заметишь. Да и со второго взгляда тоже — очень тонкая работа, её следы можно увидеть только если специально приглядываться.
В два приёма раскромсав топором платяной шкаф вместе с вещами капитана, Артём проломал фальшивую переборку, вытащил из тайника несколько предметов, обалдел от увиденного и выбежал на палубу:
— Дон Северино! Где он? Срочно найдите мне сеньора де Вильденья!
Встревоженный лейтенант нашёл своего командира в капитанской каюте среди лакированных или инкрустированных шкатулок и сундучков. Заглянув в одну из них, дон Северино ахнул и сел рядом. Весь груз серебра можно заменить одной такой безделицей: в золотой оправе очень тонкой работы сиял цветок из гигантского, примерно в сто каратов, сапфира, в обрамлении золотых листиков с большими жемчужинами в виде капелек росы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Там нашёл? — указывая на пролом в переборке, шёпотом спросил лейтенант.
— Да! Тайник битком набит ювелирными изделиями из Китая и Индии. — Так же шёпотом ответил Артём.
Оба ещё долго перекладывали великолепные украшения с сапфирами Цейлона, жемчугом с китайской реки Чжуцзян, любовались индийскими и тайскими рубинами.
— Я проверю все укромные места, а ты постой на шухере! — По-русски сказал Артём, но де Вильденья удивительным образом понял его и кивнул.
На судне оказалось четыре тайника, спрятанные в которых украшения принадлежали разным людям, о чем свидетельствовали бирочки с именами купцов. В укромных местах обнаружились не только ювелирные изделия или полупудовые слитки золота. Там прятались рулоны дорогих тканей, катушки с золотой или серебряной канителью, нашлось даже изумительной красоты оружие и конская сбруя. Но самой потрясающей вещью оказался украшенный бриллиантами шёлковый ковёр.
— Деньги тоже есть? — предвкушая положительный ответ, спросил лейтенант.
— А как же! Дюжина сундучков с золотыми монетами! — Усмехнулся Артём.
— Монеты чеканки вице-королевства Перу? — Зачем-то уточнил лейтенант.
— На золоте метка казначейства Новой Гранады! — Ответил Артём, и добавил: — Удивительные времена — в колониях штампуют собственные монеты, а в Европе перетягивают запасы друг у друга!
Огромный поток драгметаллов из Южной Америки вынудил испанскую казну открыть монетные дворы в Новом Свете, а в метрополии деньги теперь чеканились только для европейских государств. Сейчас в Испании практически ничего не производилось, всё необходимое покупалось за границей, испанцы азартно гробили собственную экономику, не понимая, куда их ведет эта дорога.
— Что будем делать с этим богатством, дружище? — Спросил Артём дона Северино. Лейтенант задумчиво почесал лоб и затылок, и только после такого непрямого массажа мозга, ответил:
— Полагаю, что надо держать твою находку в секрете! Наши солдаты — неплохие парни, но даже я не знаю, что они могут устроить, узнав о таком огромном куше! Они и находку серебра с трудом «переварили», а тут ценности на сумму раз в сто большую, чем стоимость всего груза серебра! Как бы не случился бунт! А ведь еще и негры… Что в их головах творится — даже Господь Бог не знает! Я могу быть уверен только в русских офицерах — они явно благородные люди и, к тому же, нейтралы. Даю слово идальго, что буду твоим верным помощником!
Артём заметил, что сеньор де Вильденья очень четко обозначил свою позицию, предпочитая остаться в формальном и номинальном подчинении, никак не претендуя на равную долю.
— Хорошо, дон Северино, принимаю твое предложение! Мы с тобой вдвоем, не привлекая внимания санитаров… ой, то есть — не привлекая помощников из экипажа, тайком перенесем сокровища на «Аврору». А как только доберемся до Пуэрто-Вьехо, поставим в известность нашего товарища дона Огастина. Думаю, что эта часть добычи будет нашим общим финансовым резервом при создании полноценной армии.
— Боюсь тебя разочаровать, дон Артемос, но мне кажется, что армию мы набрать не успеем — здесь не Европа, где избыток наемников. Здесь и простых-то людей мало, что уж говорить о военных. Даже теперешнюю численность нашего отряда мы собрали за счет того, что выгребли вообще всех свободных охранников и даже погонщиков! — Ответил лейтенант.
— А в других городах Новой Гранады? В столице вице-королевства? На Кубе и Эспаньоле? — уточнил Артём.
— Со всех городов наберем максимум сто-сто пятьдесят человек. Просто время потратим… Нет, не успеем… — Лейтенант снова начал чесать лоб и затылок.
— До чего не успеем? — Спросил Артём.
— До того, как о нашей добыче узнают все окружающие и захотят отнять, тем или иным способом — от юридических заморочек до открытого грабежа! — Веско сказал дон Северино.
— Слушай, дружище, я просто уточню: но почему ты считаешь, что все узнают о добыче? — Спросил Артём. — Ведь мало кто знал о перевозке этого же груза контрабандистами!
