Так Генеральный секретарь продолжал дурачить не только свою партию, но и всех советских людей.
Главные его усилия в тот момент были направлены на то, чтобы «разработать концепцию преобразования партаппарата, и в первую очередь - самого Центрального Комитета» [1370]. В результате на свет появилась записка от 24 августа 1988 г. «К вопросу о реорганизации партийного аппарата». В ней «передача функций по оперативному управлению экономикой от соответствующих отделов ЦК правительству» связывалась с сокращением партийного аппарата [1371]. Речь шла об увольнении «700–800 тыс. человек» [1372], в том числе половины работников аппарата ЦК [1373], которых к осени 1988 г. насчитывалось 3215 человек: 1940 «ответственных» и 1275 технических сотрудников [1374].
5 сентября М.С. Горбачёв вернулся в Москву [1375], 8 сентября его записка была рассмотрена и одобрена на заседании Политбюро [1376].
Характеризуя эволюцию М.С. Горбачёва, В.И. Воротников пишет: «...считаю, что именно в 1988 г. он окончательно встал на путь переориентации перестройки» [1377]. К этим словам следует сделать только одно уточнение: не окончательно, а открыто. Одновременно, по словам В.И. Воротникова, М.С. Горбачёв начал менять отношение к своей прежней команде и избавляться от прежних соратников.
«Это, - подчёркивает В.И. Воротников, - стало особенно явно проявляться после марта 1988 г., когда уже складывается новая команда «единомышленников». Эту ситуацию почувствовал и я. Отношение ко мне стало меняться. От былых откровенных, дружеских бесед, советов не осталось и следа... Так Генеральный секретарь предал всех до одного, с кем начинал в марте 1985 г. Так реализовал «новое мышление» в кадровой политике Политбюро ЦК его генсек» [1378].
Своё новое отношение к бывшим соратникам по перестройке М.С. Горбачёв продемонстрировал 30 сентября, когда состоялся новый Пленум ЦК КПСС. По одним сведениям, «Пленум прошёл за час» [1379], по другим, «длился не более получаса» [1380]. За это время без всякого обсуждения были приняты очень важные решения [1381].
Прежде всего были отправлены в отставку А.А. Громыко, П.Н. Демичев, В.И. Долгих, М.С. Соломенцев, А.Ф. Добрынин. Кандидатами в члены Политбюро стали А.В. Власов и А.П. Бирюкова. В.М. Чебриков был переведён в Секретариат. В.А. Медведев стал членом Политбюро, Б.К. Пуго рекомендован на пост председателя КПК, В.И. Воротников - на пост председателя Президиума Верховного Совета РСФСР, А.В. Власов - на должность председателя Совета министров РСФСР. М.С. Горбачёва Пленум рекомендовал на пост председатели Президиума Верховного Совета СССР, А.И. Лукьянова - на пост его заместителя [1382].
Пленум ликвидировал большинство отраслевых отделов ЦК КПСС. Было создано несколько Комиссий: Е.К. Лигачёв и В.П. Никонов возглавили комиссию по сельскому хозяйству, В.А. Медведев - идеологическую комиссию, А.Н. Яковлев - международную, В.М. Чебриков - правовую, Н.Н. Слюньков - социально - экономическую, Г.П. Разумовскии - комиссию партийного строительства [1383].
М.С. Горбачёв избавился от двух своих недавних союзников (А.А. Громыко и М.С. Соломенцева), благодаря которым получил возможность занять пост генсека, а ещё двух союзников (Е.К. Лигачёва и В.М. Чебрикова) отодвинул в сторону.
Перестройка подходила к своей решающей черте. На первый план выдвигались новые задачи. Для их решения требовались новые люди.
Вместо М.В. Чебрикова «по рекомендации А.Н. Яковлева на пост председателя Комитета государственной безопасности был выдвинут В.А. Крючков» [1384].
«Моё мнение по кандидатуре Крючкова, - пишет М.С. Горбачёв, - поддержали Чебриков и особенно активно Яковлев. Они давнишние знакомые и в тот момент особенно сблизились» [1385]. Однако А.Н. Яковлев утверждал, что В.М. Чебриков был против кандидатуры В.А. Крючкова [1386]. Сожалел позднее по поводу своих рекомендаций и сам Александр Николаевич [1387].
Указ о назначении нового председателя КГБ СССР появился 1 октября 1988 г. [1388].
Понимали ли он и его коллеги, какую роль отводит им главный стратег перестройки? Частично ответ на этот вопрос дают воспоминания В.А. Медведева. Когда 15 июля в Варшаве Михаил Сергеевич предложил ему взять в свои руки идеологию, Вадим Андреевич понял это так: «Принять предложение Горбачёва означало обречь себя на роль идеологического камикадзе» [1389].
Как же отреагировал он на это? Принял сделанное ему предложение.
Есть основания подозревать, что подобным образом вели себя и некоторые другие руководители партии, уже начавшие понимать, куда ведёт политика М.С. Горбачёва, но не пожелавшие уходить от кормила власти.
Существует мнение, что 30 сентября произошёл мини coup d'Etat [1390].
Как уже отмечалось, с начала 1988 г. М.С. Горбачёв стал ограничивать роль Секретариата ЦК КПСС в руководстве партией. После сентябрьского 1988 г. Пленума ЦК КПСС на этом пути был сделан ещё более радикальный шаг.
На протяжении десятилетий Секретариат являлся рабочим органом ЦК КПСС. Он собирался регулярно раз в неделю по вторникам и коллегиально решал все текущие вопросы. Заседания Секретариата обычно проводил секретарь ЦК, занимавший в партийной иерархии второе после генсека место.
3 октября на первом же после Пленума заседании М.С. Горбачёв заявил: «Необходимость проведения Секретариата будет определять генсек. Вести заседания Секретариата по очереди - ежемесячно». «Так, - отмечает В.И. Воротников, - Горбачёв свёл функции Секретариата на нет. Провёл пару заседаний, несколько Медведев. И всё» [1391].
«После создания комиссий, - вспоминает Е.К. Лигачёв, - заседания Секретариата прекратились сами собой. Партия оказалась лишена оперативного штаба руководства... Секретариат не собирался около года» [1392]. В 1989 г. заседания Секретариата возобновились, но они уже не имели регулярного характера [1393].
В результате Е.К. Лигачёв как человек, который до этого не только курировал идеологию и кадры, но и вёл заседания Секретариата, фактически играя роль второго секретаря, утратил своё прежнее положение в центральном аппарате партии.
1988 г. характеризовался кадровыми переменами и на уровне отдельных союзных республик.
Ещё в ноябре 1987 г. умер первый секретарь ЦК КП Литвы П.П. Гришкявичус [1394], преемником которого стал Р. Сангайло [1395]. В начале 1988 г. К.М. Багирова на посту первого секретаря ЦК КП Азербайджана заменил А.Х. Везиров [1396], К.С. Демирчяна на посту первого секретаря ЦК КП Армении - С.Г. Арутюнян [1397], Б.И. Усманходжаева на посту первого секретаря ЦК КП Узбекистана - Р. Нишанов [1398]. Накануне партийной конференции первый секретарь КП Эстонии К.Г. Вайно уступил своё место В.И. Вялясу [1399], в сентябре первый секретарь ЦК КП Латвии Б.К. Пуго - Янасу Вагрису [1400], в октябре первый секретарь ЦК Компартии Литвы Р. Сангайло - А. М. К. Бразаускасу [1401].
Как уже отмечалось в 1986–1989 гг. сменилось 90 процентов секретарей обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик. Первоначально это обновление производилось путём выборов, в 1988–1989 гг. каждый второй «новоизбранный» был кооптирован [1402].
Подобным же образом обстояло дело и на других уровнях. «Из числа вновь избранных работников» «партийных комитетов» в 1988 г. было кооптировано «более четверти», в 1989 г. - ещё 20 процентов. «Это значит, что почти половина секретарей райкомов, горкомов и окружкомов не получила предварительный мандат доверия своих товарищей на партийных конференциях» [1403].
И это называлось расширением демократии.
Едва только завершился сентябрьский Пленум, как возглавляемая А.И. Лукьяновым и Г.Х. Шахназаровым комиссия представила поправки к Конституции. 5 октября 1988 г. они направили М.С. Горбачёву свои предложения о порядке обсуждения проекта политической реформы [1404].
22 октября на страницах печати появился проект закона «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) СССР» [1405]. 23 - го - проект «О выборах народных депутатов СССР» [1406].
25 ноября, в пятницу, «общенародное» обсуждение законопроектов, направленных на реформирование советской политической системы, завершилось. Теперь ЦК КПСС и Верховному Совету СССР необходимо было собрать поступившие предложения и замечания, подвергнуть их рассмотрению и внести соответствующие коррективы в обсуждавшиеся законопроекты.
