— Ты решил вернуть меня домой?
Женя хмыкает.
— Документы забрать нужно. — Точно. Максим за своим состоянием как-то выпустил этот момент из внимания. — Тебе не обязательно подниматься, скажи, где они и…
Договорить Женя не успевает, Макс уже открывает дверцу и тянется за костылями. Да. Можно было и не начинать. Они поднимаются на нужный этаж и когда двери лифта разъезжаются перед ними, первое, на что натыкается взглядом Максим — это какой-то мужик, сидящий на корточках и меняющий замок на входной двери. Ничего особенного, за исключением того, что это его входная дверь! Стальная хватка смыкается на его локте за секунду до того, как мозг осознает происходящее и посылает в нервную систему новый эмоциональный всплеск. Макс ошарашено оборачивается к Жене, у него просто не осталось слов, кроме:
— Я не понял, чо за хрень?! — Растерянность напополам с яростью.
— Здравствуйте, — не отвечая Максу и отпуская его руку, подходит к мужчине Женя, — могу я узнать, в чем дело?
Тот с искренним удивлением поднимает на него глаза.
— А вы кто?
— Кто?! Я тут живу, блядь, это ты кто?! — Дар речи постепенно начинает возвращаться к Максу в характерной для него манере.
— В смысле жили? — Поднимается мужчина среднего роста и абсолютно обычной внешности.
— В смысле живу!
— Макс! — Пытается осадить его Женя и уже спокойнее. — Все нормально. Сейчас разберемся.
— Мы купили эту квартиру около месяца назад. — Глядя на Женю, рассеянно произносит мужчина и это звучит будто оправдание. — Ну, нам сказали, что через месяц жильцы освободят ее и тогда мы сможем въехать… А вы еще не успели выехать? Я звонил чуть больше недели назад, предупреждал, что приеду. Разговаривал с… Виталием, кажется… это вы? — Поворачивается мужчина к Максу, у которого побелели костяшки на руках от той силы, с которой он вцепился в костыли.
— Я думаю, нам стоит продолжить разговор внутри, а не на лестничной клетке. — Замечает Евгений, указывая кивком головы в сторону квартиры.
Мужчина растерянно кивает и заходит, Женя пропускает Макса и входит сам, прикрывая дверь. В ходе не долгого разговора выясняется, что они с женой решили переехать из провинции и искали себе не дорогое жилье, а тут им предложили самый подходящий вариант, даже квартиру показали. Невысокую цену обосновали тем, что квартира нуждается в капитальном ремонте, но им это подходило и они заключили договор, заверили у нотариуса. В общем, все, как положено.
Мужчина показывает документы на квартиру, после чего Макс, успевший немного прийти в себя, достает паспорт и показывает страницу прописки. Жене становится очевидно, что здесь произошло. Обычное квартирное мошенничество. Наверняка сильно напрягаться, чтобы провернуть его, не пришлось. Зная ситуацию с отцом Макса, достаточно было того просто хорошенько «угостить» и он без сомнения подписал все, что от него требовалось, а осознав, что сделал, решил эту проблему по своему — оставил Макса одного разбираться, покончив с собой. Женя, сложив руки на груди и опираясь о разделочный стол, чуть сужает глаза, пока мозг трезво обрабатывает поступившую информацию. Прошедшего месяца с головой хватило, чтобы тот, кто это все сделал, успел испариться, но предпринять что-то нужно.
В кухне повисает тишина. За столом сидит Данила — «новый владелец» — с полностью отсутствующим выражением лица, для которого это стало не меньшим шоком, чем для Макса, выкурившего уже несколько сигарет подряд. Правда, в отличие от Максима, он пострадал намного больше, лишившись не только новообретенного жилья, но и денег.
Понятно, что на штрафстоянку сегодня уже никто не едет, вместо нее их ждет отделение милиции и прокуратура. Женя бросает взгляд на наручные часы, его «свободное» время благополучно истекает, а у него еще масса своей работы. Собрав все документы, он отвозит Макса с Данилой в отделение и возвращается на работу, договорившись созвониться. Там Женю ждет новость о поломке печки, в связи с чем весь рабочий коллектив ждал его приезда буквально как явления Христа народу. Учитывая то, что пару дней назад это был ледогенератор, а неделю назад кофе-машина, Евгений вспоминает отцовские слова о том, что никогда и ничего не ломается так быстро и в таком количестве, как в первый месяц работы и мужественно вызванивает специалиста по ремонту оборудования, без которого нормальный рабочий ритм начинает приостанавливаться. Кроме этого на очереди бумаги, звонки поставщикам продуктов, утверждение меню на завтра и еще куча мелких, но не менее важных рабочих нюансов.
Спустя несколько часов набирает Макса, но тот еще не освободился и уверяет, что сам доберется домой. Только после того, как в трубке раздаются короткие гудки, Женя понимает, что не поинтересовался какое конкретно «домой» имел в виду Максим. Но задуматься над этим более глубоко ему не дают все те же дела. Уже когда за окном темнеет окончательно, Евгений вспоминает, что хотел позвонить Косте, который пообещал оказать ему еще одну услугу.
— Привет передовикам отечественного общепита. — Раздается из динамика вперемешку с сербающим звуком. Женя непроизвольно улыбается.
— Привет, Кость. Ты еще не смотрел, что можно сделать?
— Смотрел и даже кое-чего набросал в обеденный перерыв. Но ты ж понимаешь, нужно, чтоб ты посмотрел и поруководил чего куда и как.
Женя делает глубокий вдох и машинально бросает взгляд на перекидной календарь на столе.
— Сегодня у нас что? Пятница?
— Угу… — еще один сербающий звук.
— Давай завтра. Я постараюсь подъехать. Ты дома будешь?
— Буду. Я буду. И не забудь фотографии.
— Не забуду. Спасибо, Кость и до завтра.
Макс так больше и не перезванивал и когда около часа ночи Женя открывает входную дверь к себе домой, машинально бросает взгляд на кроссовки Максима в прихожей. Какое-то необъяснимое облегчение вдруг вспыхивает внутри. Сняв обувь и пальто, заходит на кухню. За столом сидит Макс с огромной чашкой чая и что-то сосредоточено читает.
— Привет.
Максим поднимает на него глаза.
— Я бля в шоке просто! Ты знаешь, сколько времени это займет? Мы пока сегодня понаписывали миллион каких-то заявлений, я думал, у меня рука нахрен отвалится. Сроду столько не писал. Там народу до х*я и немножко и могу тебя заверить никакая блядская валерьянка мне уже не помогает…
Женя ставит чайник, пряча улыбку. Ему до сих пор кажется, что Макс иногда разговаривает не на русском, но почему-то вернуться домой и застать его на кухне с чашкой чая до ужаса теплое и уютное ощущение.
— И что там сказали?
— А ни хрена не сказали. — Опираясь локтями на стол и запуская пальцы в волосы. — Заявление приняли, ждите. Почти четыре часа только в отделении провтыкали. В понедельник в прокуратуру поедем. Данила попросился переночевать на выходные, не выгоню ж его на вокзал. Тоже мужика жалко, наодалживался, кредитов набрал и в итоге лоханулся по страшному. И блин нормальный мужик же. И где теперь ту тварь искать?
— Макс, квартира по закону твоя. Ты в ней прописан. Отец наверняка был не в трезвом уме и здравой памяти, когда подписывал документы. Я не думаю, что будет сложно решить этот вопрос. Возможно, действительно достаточно много времени уйдет, но…
— Это все из-за меня, понимаешь? — Со вздохом отчаяния перебивает его Макс. — Если бы я не попал в аварию, ничего бы этого не было. И отец был бы жив, и с квартирой все было бы в порядке, и… — Макс не договаривает, но мысленно добавляет «…и у меня не съехала бы крыша по поводу тебя».
Он прячет лицо в ладонях и ощущает руку на своем плече. Макс едва заметно напрягается, но не дергается, пытаясь избежать прикосновения. Сейчас оно приносит поддержку, а она ему действительно нужна.
— Все будет нормально. Ты все равно не смог бы всю жизнь его контролировать. Кстати, — вдруг задумчиво произносит Женя и Макс поворачивает к нему голову, — кто его привозил к тебе в больницу? Это же было примерно месяц назад.
— А я знаю? Сёма вроде какой-то. Я ж его в глаза не видел.
