Точнее в пятом… В пятом?
Или уже сегодня? Или это уже было совсем утро?
Я устал. Как же я устал.
Спать. Всем спать.
Маша тихонько прокралась за своими вещами в комод. Квартира в Марфино не настолько велика, чтобы иметь отдельную жилплощадь для всякого нижнего белья.
Маша, конечно же, меня окончательно разбудила. Я пытался делать вид, что это не так, но было это сугубо ради того, чтобы она не беспокоилась.
Ведь она меня не разбудила, не так ли?
Тем более, было ведь на что посмотреть.
* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
PROPPER NEWS . 17 марта 1937 года.
Неофициальная встреча в столице Нейтрального Мореснета.
Наши корреспонденты в Брюсселе сообщают о состоявшейся вчера в Ла-Каламине (Кельмисе) встрече президента Исполнительного совета Ирландского свободного государства Имона де Валера при посредничестве представителей МИД Франции и Германии с Доноу Эдвардом Фостером О’Брайеном, 16–м бароном Инчиквином и его братом Федригом Люциусом Эмброузом О’Брайеном.
Старший брат, капитан Доноу О’Брайен, в ноябре тридцать шестого года был освобождён французскими войсками из тюрьмы его величества Дана в Шрусбери что в английском Шропшире. В тюрьму его заточили вчерашние соратники по оружию-англичане, которые полагали что не могут более полагаться на потерявшего семью от «дружественной» бомбежки ирландца. Младший брат, Федриг О’Брайен, с 1922 года жил в Кении. Будучи призванным во 2-й батальон 95-й стрелковой бригады, попал в плен к немецким войскам адмирала Хорти в Уганде в январе 1937 года после битвы под Кампалой.
Нам не известно, чему была посвящена встреча. Но будучи в начале ноября в САСШ президент Имон де Валера высказывался за восстановление в Ирландии собственной династии. А братья О’Брайен являются старшими прямыми наследниками Верховного короля Ирландии Брайана Бору. Ирландские фении сейчас борются против фактической оккупации страны англичанами и американцами. Возможно, власти страны нашли союзников, которые, как недавно Шотландии, могут помочь вернуть реальную независимость Изумрудному королевству.
* * *
UNITED PRESS ASSOCIATION, САСШ , Ф . О . КОЛУМБИЯ , ВАШИНГТОН . 17 марта 1937 года
Наш корреспондент в Венесуэле сообщает о массовых волнениях в Маракайбо, вспыхнувших после столкновений сил национальной гвардии с моряками военного флота. Моряки и младшие офицеры флота создали позавчера «Комитет моряцких делегатов» и потребовали от руководства улучшения снабжения и содержания флота.Нацгвардейцы попробовали арестовать лидеров «Комитета» лейтенантов Вольфганга Энрике Ларрасабаль Угуэто и Карлоса Романа Дельгадо Чальбо Гóмеса, но сопровождавшие их моряки смогли разоружить жандармов. После этого моряки забаррикадировались на судах и в районе казарм и разослали агитаторов в рабочие кварталы и учебные заведения города. Прибывшие сегодня утром национальные гвардейцы не решились атаковать, так как стали получать сообщения о многочисленных митингах в разных районах города. К середине дня гвардейцы отступили к своим казармам, оставив без защиты даже мэрию и дом губернатора провинции Сулия. По последним известиям эти здания заняты манифестантами. Сообщается так же о подходе к порту флагмана Венесуэльского флота защищенного крейсера «Марискаль Сукре», успевшего послужить старой Испании и САСШ. Последнее полученное сообщение говорит о занятии телеграфно-телефонной станции восставшими.
Мы будем следить за развитием событий.
* * *
ТЕКСТ ВАЛЕРИИ БАБКИНОЙ (О. Лерр)
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ЗВЁЗДНЫЙ. ЗВЁЗДНЫЙ ЛИЦЕЙ. 17 марта 1937 года.
Холодное мартовское солнце едва поднялось над горизонтом, но я уже давно не сплю, а вместе со всей командой из десяти человек готовлюсь к соревнованиям по проведению специальных операций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Розовые облака парят над головой, птицы щебечут и должны радовать меня на пробежке тем, что уже наступает весна. Но радует меня только ледяная грязь распутицы, узкие лазы, в которые я должна пробираться, и скользкие от утреннего мороза препятствия.
И все это в полном боевом снаряжении и с оружием. А потом меня ждет еще пару часов скалодрома и стрельбы. И если повезет, я доберусь до завтрака без сорванных ногтей.
Как же сильно я устала… Легкие горят огнем, каждое движение дается с трудом. А я мечтаю о том как намажу печенья двойной порцией сливочного масла, положу между ними шоколадку из своего усиленного «военного пайка» и буду смаковать их запивая сладким-присладким какао.
— Лиза, беги быстрее! — подгоняет меня наш командир отряда Сашка «Бык». — Тебя так прикончат быстрее, чем ты дойдешь до цели!
Вот такая сказочно-прекрасная моя королевская жизнь.
На что я только не готова пойти, чтобы выиграть время на дела моего королевства. После завтрака привезут подробные отчеты по состоянию каждой верфи и мне нужна каждая секунда, чтобы во все вникнуть и хорошенько подумать над предложениями министров, как нам поправить финансовое положение страны за счет строительства кораблей Единству.
А тут еще и такой лакомый кусочек маячит за океаном.
Новая Шотландия.
Там есть золото, и такие необходимые моей стране ресурсы. Надо бы их вернуть в лоно родины, потому что передел мира не за горами, а финансовое положение страны мне так просто не исправить. К тому же, моим гордым и упрямым шотландцам с такими ресурсами дома будет значительно лучше. Ну, то есть под крылом своей родной королевы.
Потому что я как и мой народ тоже хочу быть независимой и жить в сильной стране.
Вернувшись в спортивный комплекс, после такой «бодрящей пробежки» я спешно снимала снаряжение немного в стороне от команды, когда рядом со мной как обычно оказался Риден.
— Как вы, Элизабет? Устали? — шепотом спросил он меня по-английски, тяжело дыша.— Не поранились?
Устала? Поранилась? У Королевы нет таких слов в словарном запасе.
— Благодарю, все в порядке, — говорю ему с вымученной улыбкой, хотя парочку синяков и ссадин я под формой точно заработала.
Машинально поворачиваю к нему голову, в очередной раз рассматривая как же удивительно хорошо на нем сидит военная форма. Как будто он всегда должен был ее носить.
Мы уже две недели тренируемся вместе по утрам и постепенно я привыкла к тому, что мы можем переброситься парой слов на тренировке или что он может мне улыбнуться случайно встретив в столовой.
— Если честно, мне кажется это ужасно несправедливо, что вам приходится преодолевать такие испытания… — еле слышно шепчет он мне. — Я как и все восхищаюсь стойкостью и трудолюбием девушек Единства, но в моей душе вы как прекрасные цветы… По-моему вы должны быть окружены бОльшим вниманием и заботой.
Угу… И судя по моему отражению в стекле — я чертополох.
Вот что за дурацкая у него пластинка «девушки нежные и хрупкие создания»? Уже злиться хочется… Как будто я могу себе это позволить⁈
Иногда так и хочется похлопать Ридена по щекам, чтобы он очнулся, и рассказать во всех кровавых красках истории, что с такими «цветами» случается на троне.
Я же не консорт как он, я — Королева.
П-Р-А-В-И-Т-Е-Л-Ь.
А я и так тихоня, и правит сейчас страной кто угодно, но не я… Неужели он и правда думает, что для Шотландии это хорошо⁈
Заметив, что я ему не отвечаю, Риден сменил тему.
— Кстати, Элизабет, я все подготовил для музыкального конкурса со стрельбой. Я передам вам ноты и план выступления после тренировки?
О, а вот тут, Риден, вы молодец. Хвалю. Привыкайте как будущий принц-консорт освобождать мое драгоценное время от всякой ерунды.
