Это воспоминание погнало его по опасной тропе. Он сильно притиснул свои бедра к ее телу. Вместо того чтобы отпрянуть, она потерлась о него, словно котенок, который хочет, чтобы его почесали. Ее пальцы впились в его плечи, изо рта полились странные звуки, зарождавшиеся где-то в глубине ее горла. Каждый мускул его тела напрягся, сердце бешено колотило в ребра. В паху шевельнулось с такой силой, что он перепугался уже за себя.
Он смутно сообразил, что подгулявшие парни ушли, и перестал сдерживаться. Ухватившись за руки Грейси, он отодвинул ее от себя и бросил взгляд вниз. Ее маленькие груди поблескивали в отсветах фонаря, а соски были твердыми и коричневыми, как кусочки пробки. Он коснулся их большими пальцами рук. Она откинулась на стену здания и закрыла глаза.
Он полуприсел, опершись о капот чьей-то машины. Ее соски поочередно толкались в его язык — маленькие, тугие комочки плоти, яростно требовавшие внимания. Он втягивал их в себя, теребил зубами, перекатывал из стороны в сторону. Одновременно его руки обрабатывали каждый дюйм ее бедер. Он делал это грубо, очень грубо, но не мог уже остановиться, и ее стоны только подстегивали его.
Его пальцы судорожно мяли рубец шва, рассекающий ягодицы. Он злился, что не может одолеть этой жалкой преграды, и намеренно причинял ей боль. Ему казалось, что он вот-вот взорвется.
Потом он сжал кулаки на поясе ее джинсов. Дернул изо всей силы.
— Бобби Том…
Она прорыдала его имя, и руки его замерли. Он понял, что напугал ее.
— Быстрее, — взмолилась она. — Быстрее, пожалуйста!..
Она совсем не была напугана, она поощряла его. Господи, что происходит?! Он не может взять ее здесь, на заднем дворе… Он, должно быть, совсем рехнулся, позволив делу зайти так далеко. Боже праведный, что же творится с ним?!
Руки его дрожали, когда он застегивал полы ее жилета. Глаза Грейси потемнели от гнева, но она ничего не сказала и, дернув плечом, занялась своей прической. Он подобрал закатившийся под машину стетсон и щегольским движением надвинул его на глаза. Новобранец никогда не увидит слез на лице капрала.
— Что ж, мы сейчас поняли, что у нас все получится, не так ли? — Неловкость не исчезла, и ему пришлось сделать усилие, чтобы добавить: — Мы будем подходить к главному поэтапно.
Она вопросительно посмотрела на него.
— Ты еще не совсем готова, Грейси, и тебя надо как следует разогреть.
Она не понимала.
— Я не собираюсь тянуть с этим, но постарайся понять сама. Этот момент очень важен в жизни каждой женщины, если она собирается таковой быть.
— Значит ли это, что на сегодня занятия отменены?
Он широко улыбнулся:
— Черт возьми, конечно же, нет. Мы просто сделаем короткую передышку и, вернувшись домой, начнем все сначала. Возможно, мы проедемся до реки и выясним, сколько времени потребуется на то, чтобы запотели окошки в моем пикапе.
Грейси вздрогнула. Задняя дверь кабачка распахнулась, и Джонни Петтибоун высунул голову во двор:
— Бобби Том, сюда только что звонила твоя матушка. Она просит тебя приехать к ней прямо сейчас. Говорит, что у нее мышь засела под раковиной и не дает ей войти в кухню.
Голова Джонни исчезла.
Бобби Том вздохнул. Пожалуй, он несколько поторопился с окошками пикапа. Если Сузи захомутает его сегодня, он вряд ли сумеет попасть домой даже к утру.
Грейси одарила его сочувственной, но несколько напряженной улыбкой:
— Все в порядке, Бобби Том. Поезжай к матери. Меня проводит кто-нибудь из киногруппы. — Она поколебалась. — Возможно, это и к лучшему. Мне нужно какое-то время, чтобы как следует поразмыслить над всем этим. — Она вновь закусила нижнюю губу. — Ты сказал, что хочешь полностью завладеть моим телом. И я… Мне кажется… В общем, конечно, ты прав, но…
— Время летит, Грейси. Не стоит его упускать.
— Я хочу того же! — горячо сказала она.
— Чего того же? — не сразу врубился он.
— Того же самого. Владеть телом. Твоим.
Он чуть было не расхохотался, но тут же напустил на себя строгий вид:
— Не ожидал от тебя такого, Грейси. Кажется, ты потеряла способность рассуждать логично. Если мы пойдем по предложенному тобой пути, наступит анархия. Ученик не должен подавать советы учителю и тем более его экзаменовать.
Она посмотрела на него с искренним изумлением:
— Я уверена, мы могли бы найти какой-нибудь компромисс.
— Не думаю, крошка.
Она упрямо стиснула зубы.
— Извини, Бобби Том, но я все-таки прикину, что можно тут сделать.
Прежде чем он успел открыть рот, она повернулась и зашагала к двери. Взявшись за ручку, Грейси остановилась и бросила на него сердитый взгляд.
— Благодарю за весьма приятное общение. Оно было в высшей степени познавательным.
Дверь за ней затворилась.
Некоторое время он стоял в неподвижности, потом широко улыбнулся. Всякий раз, когда ему казалось, что он припер Грейси к стенке, она умудрялась не только вывернуться, но и укусить его. Ну что ж, у него тоже имеется в запасе парочка нестандартных сюрпризов. Направляясь к своему пикапу, он подумал, что работенка, которую он взвалил на себя, может оказаться совсем не из легких.
Глава 13
«Чем только люди не торгуют!» — подумала Грейси, вытаскивая из багажника «тандерберда» огромный плед, имитирующий одеяло индейцев племени навахо, за которым ее сгоняли на рынок. Справившись с этой работой, она невольно вздохнула. Заканчивалась вторая неделя с той поры, как Бобби Том свозил ее в тот замечательный кабачок, но их отношения так и остались на прежней точке, которой, по-видимому, уже не трансформироваться в запятую.
На другой день после восхитительной вечеринки Бобби Том и Сузи уехали играть в гольф, а Грейси весь день провозилась с Натали, помогая ей прибрать домик, который той удалось снять на очень выгодных условиях. Под вечер в коттедж Бобби Тома заявился один из его старинных приятелей и гостил до конца недели, не давая Бобби вздохнуть.
Следующий уик-энд Бобби Том провел в Хьюстоне, встречаясь с представителями банка «Америкэн-экспресс». Они задумали снять коммерческий фильм с его участием, пили и делали пробы.
Так что у космического ковбоя совсем, не было времени заняться ее проблемой, но порой Грейси начинало казаться, что их договор — очередная пустышка, на которые так щедр Бобби Том.
Студия приступила к съемкам в каньоне, и жилой городок на колесах переместился в живописную маленькую долину к северу от Теларозы. Фургоны кучковались на солидном удалении от съемочной площадки, чтобы шум транспорта не мешал операторам и актерам. Грейси обхватила огромный рулон руками и потащилась к видневшимся вдали фонарям и софитам.
