– Вот, пожалуйста, – Пушкарева протянула Андрею папку, о которой он просил.
Жданов взял ее, проделав сложное, почти танцевальное па, чтобы не обронить драгоценную добычу.
– Спасибо. А то там новые заказчики приехали, – неуверенно бормотал он.– Роман как раз с ними договаривается, а документов-то у нас и нет. Спасибо, Кать!
– Твой бывший... шеф, он всегда такой? – удивленным взглядом проводил его Михаил.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, он такой странный. И так на тебя смотрит. Вы с ним много общаетесь по работе?
– По-разному. Все зависит от того, какие вопросы приходится решать, – Катя поспешила сменить тему. – Поедем обедать!
– Подожди, а может, ты просто не хочешь уходить из «Zimaletto»? Тогда я, конечно, не буду настаивать, – удержал ее в кабинете Михаил.
– Нет, Миш, уход из «Zimaletto» – это задача номер один. Вопрос – куда?
– Ко мне! Мы же команда, Кать! Вспомни, сколько всего было – хоть как ты этого критика на открытие вытащила? Мы и не такое сможем... Если ты будешь рядом. Ты очень мне нужна, Кать!
– Работа работой, но...
– Катя, пойми, я был бы счастлив, если бы ты просто была со мной. Я тебя не тороплю. Просто подумай...
Михаил против обыкновения пригласил сегодня Катерину не к себе, в ресторан «Мармеладоff», а в «Трафальгар». Ему казалось, что сама обстановка с обшитыми мореным дубом стенами, обтянутыми кожей готическим креслами и тяжелыми столовыми приборами располагает к принятию правильных решений. Они даже заехали к Пушкаревым – чтобы Катя смогла переодеться в соответствующий вечерний туалет, а Михаил с удовольствием перебросился парой фраз с ее родителями.
В дверях ресторана Катя на минуту замешкалась, перебирая содержимое сумочки:
– Куда же я его положила? – шептала она.
– Ты что-то потеряла? – заботливо спросил Михаил.
– Да... один очень важный документ... Бог с ним, наверное, в столе оставила.– В сумочке не было ее верного спутника – дневника.– Мне надо позвонить... Извини...
Она задержалась у бара, вытащила телефон, намериваясь позвонить в офис и попросить секретаря проверить, на месте ли дневник, но, глядя вслед Мише, передумала. Вместо этого торопливо набрала номер Юлианы.
– Миша предлагает мне работу... в другом городе, – сообщила Катя.
– И что ты? – удивилась Юлиана.
– А что я? Я знаю точно, что все равно уйду из «Zimaletto» через месяц. К тому времени все утрясется, и я смогу передать дела другому человеку...
– А ты хочешь уйти из компании?
– Да, очень хочу. Я не могу больше здесь оставаться. Андрей окончательно порвал с Кирой, и я знаю для чего... – горячо зашептала Катерина, оглядываясь на двери – она опасалась, что Михаил ее услышит.
– Интересно, для чего?
– У него... новая женщина. По-моему, у них все очень серьезно. Я не могу и не хочу видеть этого. И я... Я постараюсь уйти из компании как можно быстрее...
– А тут как раз ко времени Михаил с очень заманчивой перспективой, да? Уехать из Москвы, поменять обстановку, начать жизнь заново.
– Именно....
– Мне кажется, тебе надо провести маленький эксперимент... У тебя есть под рукой блокнот и ручка?
– Да, – Катя вытащила рабочий блокнот и устроилась за стойкой бара, покрепче прижав трубку к уху.
– Раздели чистый лист пополам, – советовала Юлиана.– В одну графу будешь заносить плюсы решения в пользу переезда, а в другую – минусы. Например, город Питер может стать весьма романтичным, если Михаил будет рядом... Это большой плюс!
– Юлиана, я еду туда работать. А мне кажется, что и вы, и Михаил не понимаете этого. У меня такое ощущение, что меня сосватали!
– Но ведь это тоже плюс! Михаил очень надежный. Он был с тобой в трудное время, он видел, как ты шаг за шагом преодолеваешь свои проблемы. Ты для него гораздо больше, чем просто специалист! Он с превеликим удовольствием предложил бы руку и сердце!
– Да, я согласна, Миша он... хороший, но дело не в нем, а во мне... я не готова для серьезных отношений... мне нужно время...
– Ну так поезжай с ним как деловой партнер, а с личными проблемами будешь разбираться постепенно...
– Да, вы правы... но мне нужно еще подумать... – снова засомневалась Катя, хотя в ее табличке оказалась заполненной только графа, состоящая из плюсов.
– Конечно – решение за тобой... Мне просто важно все, что касается моих близких друзей. Я за вас очень переживаю, поэтому прошу тебя – подумай хорошенько, прежде чем соглашаться... Даже если ты сможешь убежать от Андрея, это еще не значит, что в конце пути ты прибежишь к себе!
– Спасибо, – Катя отключила телефон и задумчиво побрела к их с Михаилом столику.
«...Сегодня меня опять провожали такими взглядами. Как же тяжело быть некрасивой. Это значит, что у тебя нет шансов ни на что, а прекрасный принц так и останется только мечтой. С другой стороны, он нуждается во мне. И позволяет находиться рядом с собой. Это счастье – проводить все время вместе. Он никогда не узнает о моей любви. Но я всегда буду рядом. Тихо, незаметно, ничего не требуя взамен. Просто рядом».
«Октябрь, – прочитал дату Андрей.– Она уже работала здесь, со мной!»
Он был потрясен тем, что читал. Каким надо было быть слепцом, черствым самовлюбленным негодяем, чтобы не замечать чувств этой хрупкой, чистой девушки? Жданов налил себе виски, снял очки и несколько минут приходил в себя, прежде чем снова приняться за чтение.
«Я нужна ему. Я как-то незаметно стала для него важным и необходимым человеком. А я не могу без него. Я так его люблю... любого! Даже когда он злится и кричит или когда целует других женщин. Я люблю его просто потому, что он есть».
– Она любила меня с самого первого дня. А я, дурак, даже не замечал... – он отключил мобильник, снял трубку с городского телефона. Ему хотелось остаться наедине с Катей и с собой! Он перевернул еще одну страницу.
«Его доверие – это огромная ответственность. Мне страшно представить, что будет, если узнают о существовании «Ника-моды». И о том, что «Ника-мода» поглотила «Zimaletto». Мне так страшно... Но я не могу, не имею права подвести Андрея. Он – самое главное, что у меня есть».
«...Я никогда не любила заглядывать в будущее, но теперь мне так хочется узнать, что будет с нами дальше?»
Перевернув последнюю страницу, Андрей, удрученный, обхватил голову руками. Недопитая бутылка виски упала и скатилась на пол. Остатки содержимого пролились, пятная пушистый светлый ковер, но он не замечал этого. Он думал только об одном – что уже слишком поздно и он ничего не сможет изменить...
Он потерял Катю – свою единственную, нежную, добрую, любящую Катю, навсегда!
– Ты сам все разрушил, Жданов. Ты не заслуживаешь такой женщины!
