Кряхтя и охая как старый дед, он кое-как спрыгнул, едва не плюхнувшись на землю. Некоторое время Нож стоял на коленях, опустив голову, и явно боролся с болью, но помогать я ему не стала, не желала прикасаться лишний раз. А он наверняка на это надеялся.
Нож, немного оклемавшись, присел в теньке, прислонившись к стене спиной и нагло на меня уставившись. Вроде как все равно выиграл у глупой бабы, но у меня к тому моменту уже созрела одна идея.
«Говоришь, пауки тебе не нравятся? — спросила я у него мысленно — Что ж, будут тебе пауки».
Я обратилась, так же мысленно, к паукам, которые есть поблизости и попросила проползти по наглецу. Убить маленькое существо со связанными руками у него не получится, так что никто особенно не подвергался риску.
Ужас! Стоило мне наладить контакт с этими восьмилапыми монстрами, и я уже о них беспокоюсь.
— Скум! — прошипел Нож. — Убери его! Убери!
Он задергался, точно в конвульсиях, засучил ногами и упал на бок. Я и не сразу поняла, что происходит, но тут заметила, как огромный паук упорно ползет по штанине выше — к обнаженной груди пленника. Нож замер, уставившись на чудовище почти с мою руку размером, которое неспешно перебирало лапами.
— Сфира? — тихонько позвала я.
В ответ паук поднял переднюю лапу и махнул ею дважды. Да, точно — вон и поврежденный глаз. Это определенно была моя паучиха. Удивительно, но похоже из смертельного врага я умудрилась сделать союзника при помощи магии меча. Надо же!
— Убери паука, пожалуйста! — умолял сдавленным голосом перепуганный до обморока Нож.
— Зачем? Все равно тебе придется остаться здесь. У меня нет времени стоять рядом и отгонять от тебя живность, а ночью тебя все равно сожрут.
Я сделала вид, что собираюсь оставить его и уйти на территорию замка, и моя уловка сработала!
— Эйрен Шатолье! Так меня зовут.
— Я правильно понимаю, что не придется отрывать тебе конечности, чтобы узнать то, что мне нужно? Достаточно будет тебя связать и оставить вас вдвоем в какой-нибудь уютной тесной каморке?
Паучиха как раз топала прямо по обнаженной груди пленника. Я присела и осторожно погладила ее пальцем по мохнатой спинке. От моего прикосновения Сфира остановилась и довольно зашевелила лапами. По крайней мере мне так показалось.
— Пожалуйста! — закрыл глаза Эйрен Шатолье.
Похоже, ему действительно стало нехорошо, а мне — стыдно. Очень стыдно за то, что издеваюсь над живым человеком…
— Сфира, спасибо за помощь, — подставила я ладошку паучихе.
Та немного помедлила, прежде чем перебраться мне на руку. При этом все семь глаз моей «соучастницы» выражали откровенное недоверие. Ну или я это выдумала…
Чего только мне стоило не заорать и не отшвырнуть паучиху в тот же миг, когда волосатые лапы коснулись моей кожи, но я проявила чудеса выдержки. Стараясь не выказать брезгливости и изо всех сил подавляя безотчетный ужас, отнесла Сфиру в сторонку и аккуратно ссадила на обочину. После незаметно для Ножа выдохнула и потерла ладонь об штаны.
Зачем мне, вообще, понадобилось прикасаться к ней руками?
Я рисовалась, признаю. Не знаю, зачем. Наверное, хотела показать этому самодовольному типу, что в чем-то я сильнее или храбрее. Продемонстрировать, что теперь он в моей власти, и пусть одинокими ночами в камере фантазирует, додумывая, какие еще я скрываю секреты. В том числе и смертельные. Я на самом деле — душка, но он не должен об этом знать ни в коем случае, иначе…
Он же точно тот волк, который только в лес и смотрит. Уверена, стоит ему немного очухаться, и попытается сбежать или устроить какую-нибудь пакость мне. Так что правильнее будет нацепить на него кандалы или такую штуку, типа гири на цепочке к ноге привязанной. Не помню, как это называется.
Неожиданно навалилась смертельная усталость. До чего я докатилась? Пытаю человека пауком! Кошмар…
Не завидую я тем, кто по своему положению обязан то и дело принимать подобные решения. Как ни поступи, а для всех хорош не будешь, сейчас я отлично это понимаю. Как и то, что легко не будет, и те люди, которых я приютила в замке будут ждать от меня защиты, указаний, но и на прочность наверняка проверят еще не раз, и мне придется соответствовать положению, которое я занимаю в этом замке.
Да что там в замке! Звание Тени Дракона действует во всем пределе, и отныне придется вести себя соответственно. Только вот в моем случае дракона нет рядом, чтобы спрятаться за его надежным плечом…
Я нашла взглядом Драконий Пик, и как наяву мне пригрезился образ надменного мужчины с портрета, который тут же сменился другим — тем, с которым у нас состоялось такое краткое, но неожиданно жаркое знакомство в пещере. Вот кто, наверняка знал бы, что делать.
Стоило подумать о Реджинхарде Берлиане, как в лицо хлынула краска.
— Спасибо. Ненавижу пауков! — выдохнул пленник. — А ты красивая, Линдара. Тебе идет румянец. Скажи, ты же сейчас подумала обо мне? — не дождавшись ответа, он его додумал: — Ну конечно же обо мне, о ком же еще? Ты здесь совсем одна уже долгое время, верно? — он с намеком приподнял брови.
Проигнорировав хамские предположения Эйрена Шатолье, я позвала девушек:
— Помогите мне с пленником!
Глядя в спину ковыляющему Ножу, которого сопровождали сразу четверо девушек и стайка ребятни, я мрачно думала: «Боженька, правильно ли я поступила, затеяв все это?»
Время покажет…
А потом началась кутерьма. Нужно было позаботиться о Бране и где-то запереть Эйрена. Для этого я выбрала одну из комнат в хозяйственном крыле — ту самую, где жила коза. Сфиру теперь не нужно было опасаться, поэтому я определила Маруську в одном из сохранившихся стойл. Там козе будет удобнее.
Потом я провела экскурсию новым жильцам, девушки охали и ахали, удивлялись величию замка и сокрушались о его запустении.
— Ничего, вот Пир и Ган вернутся, починят стойло, и двери справят. А мы уже порядок наведем, — круглолицая, конопатая Рисанна тут же взяла на себя руководство остальными.
— Можете выбрать себе комнаты на втором этаже, но там везде нужно прибраться, я не успела этого сделать, — сконфузилась я.
Мне вдруг стало неловко за тот бардак, что был в замке. Но девушки даже щебетать перестали, услышав от меня подобное.
— Ньера, да где это видано!
— Ньера, это работа для простых людей.
— Ньера, да негоже ведь…
Наперебой затараторили девушки.
— Гоже не гоже, а когда живешь в одиночестве, кто-то должен выполнять всю работу по дому. Как вы понимаете, у меня
