class="p1">Тот не ответил. Огромный мужик, прекрасно одетый и вооруженный, успевший за свою жизнь убить сотни различных, порой не самых безобидных животных, сцепив зубы, изо всех сил пытался заставить себя вернуться на прежний курс. Вся его натура бунтовала, но преодолеть необъяснимый страх, появляющийся, стоило только сделать пару шагов правее, он не мог. Голова начинала кружиться, накатывалась необъяснимая слабость и звон в ушах, от ощущения невидимой опасности хотелось сбежать — куда угодно, лишь бы в другую сторону.
— Драная гиена!.. Попробуйте сами идти прямо, с этим местом что-то не так — я не вижу опасности, но оно меня пугает сильнее бешеного большезуба!
Двое охотников, пожав плечами, повернули вправо, но не прошли и пару метров — с криками и ругательствами они отбежали назад.
— Венд, там сидит злой дух, из тех, невидимых! Нужно срочно Диму сказать, он энной, духи по его части!
— Сейчас я в этого духа копьё кину! Если все, что он может — это только нагонять страх и прятаться под снегом, значит, он сам нас боится!
Венд, прислушиваясь к своим ощущениям, пошёл вдоль невидимой границы, всё сильнее отклоняясь влево. И через двадцать метров тревога отступила… Вернулся назад — нет, злой дух на месте, просто остался за спиной. Мужчина вдруг понял, как найти невидимое существо. Теперь он стал забирать все правее, пока вновь не почувствовал нарастающий страх, но на этот раз не отступил — его следы описали на снегу окружность около пятидесяти метров в диаметре, и охотник вернулся к своему отряду.
— В центре этого круга и скрывается злой дух!
Венду потребовалось всего несколько секунд, чтобы оценить расстояние — и вот уже тяжёлое копье с граненым наконечником со свистом рассекает воздух, нацелившись в ничем не отличающееся от остальной степи место. Что произошло следом, так никто не понял — воздух задрожал, словно в летнюю жару возле реки, и оружие исчезло, не пролетев и трех метров. Как в воду кануло…
Больше ничего сделать ни Венд, ни другие охотники не успели. На них накатила волна настоящего ужаса — руки и ноги мелко задрожали, заложило уши, перед глазами все поплыло, а сердце болезненно сжалось… Бросив сани, мешки и копья, люди, пошатываясь и хватаясь друг за друга, побрели прочь. Только когда жуткое место осталось далеко позади, мужчины без сил повалились на землю. Одних тошнило, весь съеденный утром завтрак остался на снегу, другие пыталась унять ноющую боль в области сердца, расстегнув куртки и потирая грудь.
Подождав пока отряд хоть немного придет в норму, Венд решил, что дальше испытывать судьбу слишком опасно.
— Возвращаемся в лагерь! Охоты сегодня не будет…
Я сидел за "учительским" столом, и пытался понять, что же мне только что рассказали эти люди. В то, что охотники просто соврали, чтобы оправдать отсутствие добычи, не верилось. Такое бывало до этого много раз, удача дама ветренная — сегодня она пошлет целое стадо прямо в руки, только успевай копья бросать, а завтра в степи окажется пусто.
В "невидимого злого духа" поверить тоже было сложно. Меня воспитали в традициях материализма, когда любое непонятное природное явление объясняли с научной точки зрения. Попав сюда, в каменный век, отдаленный от привычного мне мира больше, чем на сорок тысяч лет, я не изменил этому подходу. Даже феномен Говорящих с огнем можно было объяснить с точки зрения науки — наличием особого участка мозга, практически полностью утраченного кроманьонцами в ходе эволюции. Иногда он проявлялся как атавизм, и тогда появлялись колдуны, ясновидящие и пророки.
Но как объяснить безотчетный страх и паническое бегство пятнадцати взрослых мужчин, так и не увидевших никакой опасности — ни зверей, ни других людей, ни даже их следов на снегу не было?
— Венд, вы проходили в том месте раньше?
— Да, летом там даже траву косили.
— Ясно… Выходит, это "злой дух" сидит там не так давно. А животные? Подходят к нему?
— В том то и дело, что нет! Бизоны это место теперь обходят очень далеко, группы Ленга и Канга прошли в стороне и видели следы копыт. Они поворачивают назад еще в десяти полетах стрелы!
Значит, не подходят ближе километра… Вообще животные намного чувствительнее к запахам, перепадам давления и колебаниям различных полей, чем люди. Так, большинство зверей и птиц чувствуют приближение грозы, землетрясения или извержения вулкана, про чутье собак и кошек слышали все, а канареек и мышей шахтеры брали с собой под землю, чтобы определять по их поведению концентрацию метана.
— А запахи?
— Дим, рядом с этим местом голова шла кругом, не до запахов было… Многих моих людей стошнило, но из-за чего, они и сами не знают.
Нужно туда сходить самому, посмотреть на "невидимого духа", может на месте я смогу понять больше. Чтобы это ни было, оно не агрессивно, раз не убило сразу метнувшего копьё Венда. Отряд охотников сначала мягко, а затем пожестче "попросили" убраться подальше.
Паника, тремор, тошнота — так может действовать звук очень низкой частоты, инфразвук. Его невозможно услышать, но из-за совпадений по частоте и последующего резонанса с альфа- и бета-ритмами головного мозга, других органов и клеток, даже слабое воздействие на организм воспринимается человеком очень болезненно. Если же источник помощнее, то к нему просто нельзя будет приблизится вплотную — или мозг откажет, или сердце не выдержит.
— Завтра проводите меня к этому месту. Заодно сани и свое оружие заберете.
— Ты убьешь злого духа?
— Нет там никакого духа, ни доброго, ни злого.
— А что тогда там есть?
— А вот это мы и попробуем выяснить. Венд, забирай своих людей, сегодня до вечера вы отдыхайте. А мне пока нужно подготовиться.
Когда толпа охотников покинула Храм Мудрости, Эрика, молча слушавшая этот рассказ, тихо спросила:
— Дим, ты уверен, что туда стоит идти? Вдруг там действительно сидит злой дух и ждёт, пока рядом не появится человек?
— Слишком близко от Лантирска это место, нужно хотя бы точно установить его точные границы и определить, движется оно или нет.
— Лучше вообще не ходи… Пусть охотники сами сходят.
— Они там уже были, и мало что поняли. Не бойся, я не повторю ошибку Венда.
— Ты допустишь новую!..
— Любимая, наш род называется Искатели Знаний, и это именно наша задача, изучать все новое. Не волнуйся, мне ещё рано переселятся в Первую Пещеру!
Беспокойство жены имело под собой все основания. Подходить к непонятной аномалии мне и самому не очень хотелось, в первую очередь из-за того, что мозг пасовал в попытках найти ответ о ее
