– Он хорош, но не думаю, что он сможет пробиться в основу. Слишком маленький, – сказал тогда Джим Райан, наблюдавший за игрой вместе со мной.
В клубе это стало дежурной фразой: «Скоулзи? Слишком маленький».
Со временем у него начались проблемы из-за астмы, и он не смог сыграть в той команде, что выиграла молодежный Кубок Англии. Бекхэм присоединился к ней лишь в последних раундах турнира, потому что рос слабым и неуклюжим. Саймон Дэвис, выступавший потом за Уэльс, был капитаном вплоть до ответной финальной игры против «Кристал Пэлас», когда повязку у него принял Гиггз. В команде был и Робби Сэвидж. Большая часть того победного состава со временем доросла до уровня национальных сборных. Это удалось бы и Бену Торнли, если бы не его проблемы с коленом.
Играя в молодые годы впереди, Скоулз мог забивать по пятнадцать голов за сезон. Перейдя в центр полузащиты, он демонстрировал талант к организации атак, умение раздавать передачи так, словно он был создан для этой позиции. Было одно удовольствие наблюдать за тем, как соперники пытаются выключить его из игры: он уводил их за собой, а затем одним касанием перенаправлял мяч в другую точку поля или же делал финт и принимал обратный пас. Противник мог преследовать его целую минуту и все равно остаться с носом, в спешке возвращаясь в собственную штрафную. Так Скоулз уходил от своих опекунов.
У Пола было несколько неприятных повреждений, на долгое время выключавших его из игры, но каждый раз он возвращался в строй в лучшей форме, чем был до них. Например, решив проблемы с глазом или вылечившись от травмы колена, он демонстрировал просто феноменальную игру, словно в него вдохнули новую жизнь.
Когда Пол перешагнул тридцатилетний рубеж, конкуренция в нашей полузащите усилилась, и временами его стали одолевать приступы отчаяния. В качестве двух основных центральных полузащитников я рассматривал Даррена Флетчера и Майкла Каррика, и, должен признаться, был неправ. Увы, но воспринимать других людей как данность, как нечто само собой разумеющееся – ошибка, которую трудно обнаружить и скорректировать, пока человек не выскажет тебе своего недовольства прямо в лицо. В то время я полагал, что если приспичит, в любой момент могу положиться на Скоулзи и вернуть его в основу: он был преданным клубу человеком, всегда готовым выйти на поле. Поэтому я сделал выбор в пользу Каррика и Флетчера, отведя стареющему Скоулзу роль игрока поддержки. Я слишком долго считал, что Пол уже не тот, что он близок к завершению карьеры.
В римском финале Лиги чемпионов 2009 года, в котором мы уступили «Барселоне», я выпустил Скоулза на поле лишь во второй половине игры. В первом тайме Андерсон сумел сделать лишь три передачи за 45 минут, тогда как Скоулз сделал двадцать пять в последние двадцать минут игры. Ты думаешь, что знаешь все об игре, но ты заблуждаешься. Это огромная ошибка – воспринимать других людей как должное, быть уверенным, что всегда можешь снова использовать их, хоть они уже и приближаются к завершению карьеры. Ты забываешь, насколько они хороши.
В результате в последние годы в клубе я чаще выпускал Скоулза на поле, при этом вовремя давая ему отдохнуть. Если бы меня попросили собрать команду из самых лучших игроков «Юнайтед» в период моей работы в нем, я не знал бы, что ответить; это была бы чертовски сложная задача. Я не смог бы не взять Скоулза, не смог бы не взять Брайана Робсона – каждый из них мог забить по десятку голов за сезон. Но тогда встал бы другой вопрос: как можно не включить в состав Кина? И мне пришлось бы выпустить на поле всех троих одновременно. Но что тогда делать с Кантона, который всегда лучше всего играл в связке с другим нападающим? Попробуйте-ка выбрать одного из таких футболистов, как Макклэйр, Хьюз, Сульшер, ван Нистелрой, Шерингем, Йорк, Коул, Руни и ван Перси. Нельзя ведь забывать еще и про Гиггза. То есть для меня указать лишь одиннадцать лучших игроков «Манчестера» – просто непосильная задача, хотя, должен сказать, Кантона, Гиггза, Скоулза, Робсона и Криштиану Роналду обязательно следовало бы включить в этот список.
Возможно, Скоулз был лучшим английским полузащитником после Бобби Чарльтона. С момента моего переезда в Англию лучшим был Пол Гаскойн, но в последние годы Скоулз смог превзойти его. Во-первых, благодаря своему долголетию, во-вторых, благодаря тому, насколько Пол улучшил свою игру после тридцати лет.
Он был настолько блестящим распасовщиком, что мог поправить мячом прическу любого одноклубника, решившего отойти в сторону, чтобы справить нужду на нашей базе. Как-то раз Гари Невилл посчитал, что нашел хорошее укрытие в кустиках, но Скоулз смог достать его ударом метров с сорока. В другой раз Пол проделал такой же фокус с Петером Шмейхелем, после чего ему пришлось спасаться бегством от нашего вратаря, мечтавшего наказать Скоулза за его наглость. Думаю, из него получился бы первоклассный снайпер.
У меня как футболиста не было глаз на затылке, чем могли похвастаться Кантона или Пол Скоулз. Но я мог распознать такое качество в других, потому что видел очень много игр. И знал, насколько важно присутствие таких игроков в команде.
Скоулз, Кантона, Верон. Хорошее видение поля было и у Бекхэма. Он, правда, не был главным специалистом по передачам вразрез, зато хорошо замечал, что происходит на другой половине поля. Лоран Блан также обладал хорошим видением, а Тедди Шерингем или Дуайт Йорк неплохо соображали, что происходит вокруг них. Но из всех первоклассных игроков с отличным видением поля Скоулз был лучшим. Если победа в матче сама шла к нам в руки, Скоулз мог начать валять дурака, и я понимал: ему становится скучно.
Но больше всего из этого поколения игроков публику волновал Райан Гиггз, и именно к нему больше всего подходило определение «восходящая звезда». Когда он в возрасте семнадцати лет дебютировал в основной команде, мы столкнулись с весьма неожиданными последствиями, так называемым «феноменом Гиггза».
Как-то раз, когда Гиггз был еще подростком, мне позвонил один итальянский агент и спросил, чем занимаются мои сыновья. «Марк получает степень, Джейсон интересуется телевидением, а Даррен постигает азы футбола под моим крылом», – ответил я. «Продайте мне Гиггза, и я сделаю ваших детей богачами», – сказал агент. Естественно, я отклонил это предложение.
Райана сразу же стали сравнивать с Джорджем Бестом, и с этим ничего нельзя было сделать. Каждый хотел урвать себе от него кусочек. Но Гиггз был умный парень и всем, мечтавшим об интервью или о сотрудничестве, просто отвечал: «Поговорите с тренером». Он не хотел общаться с журналистами и нашел способ возложить вину за отказ на меня. Ловкий малый.
