мере, удержит меня какое-то время, и посмотрел на простой лист бумаги для принтера, разрисованный мелками.
— Что это такое? — спросил я, указав на пару предметов у ног фигуры.
— Гантели, — он поднял голову, и его взгляд скользнул по моим рукам. — Ты много тренируешься. Вот почему у тебя такие большие мышцы.
Он указал на руки-шары.
— Что ж, в этом есть смысл, — ответил я.
Мы сидели молча, а Алекс продолжал рисовать. Я понимал, что должен сказать что-то еще, но не знал, что именно. Не был рядом с детьми с тех пор, как сам был одним из них, и понятия не имел, как с ними общаться. Он явно что-то знал обо мне, но как далеко простиралось это знание, оставалось загадкой.
Знал ли он обо мне только через Рейн или Джиллиан тоже поделилась информацией? Если она это сделала, то что сказала?
Я был совершенно потерян, поэтому решил, что лучше всего будет придерживаться чего-то простого.
— Хороший рисунок, — сказал я наконец.
Он перестал рисовать и посмотрел на меня, наморщив лоб и слегка прищурив глаза.
— Теперь ты будешь моим отцом?
Что бы ему ни говорили, этого было достаточно, чтобы понять кое-что из происходящего. Мне хотелось спросить его, что он знает обо мне и о смерти его матери, но я не мог заставить себя изменить направление разговора. Это был первый раз, когда мы увидели друг друга, и я не собирался все испортить.
— Мне бы этого хотелось, — сказал я.
— Ладно. — Он снова повернулся к рисунку и начал рисовать вторую фигуру. Этот человек был меньше, чем мое изображение, без надутых рук, но с такими же синими точками вместо глаз.
— Кто это?
— Я, — сказал Алекс, пожав плечами. — Если ты собираешься стать моим отцом, я тоже должен быть в кадре.
— Думаю, в этом есть смысл, — кивнул я. — А кто-нибудь еще будет в кадре?
Он приложил кончик карандаша к губе и задумчиво уставился на рисунок.
— Думаю, Рейн тоже. Она не моя мама, но твоя.
— Рейн — моя мама?
Меня позабавила эта мысль.
— Нет? — он нахмурился.
— Она моя девушка, — поправил я.
— Ох.
Эта новость, казалось, нисколько его не смутила. Некоторое время он изучал рисунок, потом взял фиолетовый карандаш и добавил к нему рубашку. Брюки он сделал желтыми, а ботинки — синими.
Ничего не мог с собой поделать — кое-что мне просто необходимо было знать.
— Откуда ты знаешь, что я твой отец? Мы раньше не встречались.
— Рейн рассказала мне, как ты выглядишь.
Это было не совсем то, к чему я стремился, но для меня это была совершенно новая территория. Мне и так было нелегко держать язык за зубами.
— Я имею в виду, откуда ты знаешь…
Я прикусил язык, чтобы остановить естественное проклятие, которое сформировалось. Прошло совсем немного времени с тех пор, как убили Джиллиан, и меньше всего мне хотелось расстраивать ребенка при нашей первой встрече. И все же мне нужны были ответы.
— Ты знал, что… муж твоей мамы… Ты знал, что он не твой отец?
— Да, — ответил Алекс, не поднимая глаз.
— Откуда ты это знаешь?
— Мама и Йен часто кричали друг на друга, — объяснил Алекс. — Когда она злилась на него, то говорила, что он не мой настоящий отец. Я не знал, кто мой настоящий отец, пока Рейн не рассказала мне о тебе.
Мысль о том, что Джиллиан затеяла ссору со своим мужем, меня нисколько не удивила — эта женщина могла быть адской кошкой. Я был немного зол, что она, очевидно, ссорилась перед Алексом, но не очень шокирован этим.
— Что Рейн тебе сказала?
— Она сказала, что ты сильный. Что у тебя большие мускулы, чтобы всегда оберегать нас. Она также сказала, что, хотя тебя здесь еще нет, ты именно этим и занимаешься. Вот почему мы должны были остаться здесь, чтобы ты мог снова обеспечить нам безопасность.
Я внимательно оглядел Алекса и попытался определить какие-либо признаки беспокойства, но ничего не увидел. Его слова звучали буднично, как будто он практиковался произносить их или, по крайней мере, часто думал о них. Я не мог понять, испугался он или нет, и это меня беспокоило. Я хотел, чтобы он знал, что с ним все будет в порядке.
— Именно это я и собираюсь сделать, — решительно заявил я. — Как и сказала Рейн, я собираюсь убедиться, что вы оба в безопасности, а потом мы найдем дом, в котором сможем жить все вместе. Что ты об этом думаешь?
— Это было бы хорошо, — сказал Алекс. — Рейн сказала, что мы нашли бы дом в интернете, но здесь нет компьютера.
— Ну, когда мы найдем дом для всех нас, я позабочусь о том, чтобы у нас был самый лучший компьютер. И ты смог играть в игры и делать на нем домашнее задание.
— Фу! — Алекс вскрикнул, напугав меня. Он раскинул руки и пара цветных карандашей упала на пол. — Ненавижу домашние задания!
Я усмехнулся, оглядев книги, фигурки и мягкие игрушки на полу.
— Бьюсь об заклад, ты также не любишь убирать свои игрушки, не так ли?
— Конечно, нет!
— Держу пари, Рейн заставляет тебя их убирать, да?
Он сделал глубокий вдох и раздраженно выдохнул.
— Ага.
Я усмехнулся.
— Открою тебе секрет, — сказал я, наклонившись к нему.
— Какой? — спросил он с живым интересом.
— Она и меня заставляет убирать свои вещи.
Я был вознагражден улыбкой.
— Пойду поговорю с Рейн. Ты покажешь мне рисунок, когда закончишь?
— Конечно.
Алекс выпрямился на стуле и вернулся к работе.
Когда я вернулся в гостиную, Рейн была на кухне с хлебом и арахисовым маслом на столе перед ней. Она остановилась и посмотрела на меня, когда я вышел.
— Ты была права, — сказал я и не смог сдержать улыбку. — Он потрясающий.
— Он действительно такой. — Выражение лица Рейн отражало мое собственное. — С каждым днем я вижу в нем все больше и больше тебя.
— А что он знает? Я имею в виду, он сказал немного, и ты, должно быть, сказала ему, что я его отец…
— Я ему не говорила, это Лэндон сказал, — сообщила Рейн. — Когда он привел меня сюда и Алекс вышел из своей комнаты, Лэндон сказал ему, что я буду заботиться о нем, пока не приедет его отец.
— Черт, — пробормотал я. — И как он отреагировал?
— Думаю, он уже знал, что муж Джиллиан ему не отец, — сказала Рейн. — Он не казался удивленным, просто воспринял все это спокойно. Я пыталась немного поговорить с ним о его матери, но он мало
