– Слушай, какая тема… Про сов и жаворонков… Надо же… Я это не видела, – удивилась Алена. – Директору школы нашей надо посмотреть, а то он удивляется, что в десять утра никто в субботу работать не хочет, и дети на занятиях засыпают со скрипками. И петь утром очень сложно. Голос спит.
– Да не говори! Универсальный мультфильм. Вся философия жизни. Я часто сама включаю перед сном, когда сил уже ни на что нет. И как-то, знаешь, гармонизирует внутри. Ну что, не останешься?
– Нет, – покачала головой Алена. – Спасибо.
– Ну смотри, Алька, поступай как тебе лучше. Приходи в любое время, пошлю за тобой Егора. Страшно будет – звони и ночью, заберем тебя. Я тебя понимаю. Я, когда беременная, тоже гнездо всегда вью. Не могу нигде, кроме дома, ночевать. – Наташа чмокнула подругу в щеку. – Ты сильная, помни это. В конце концов, без Турчанца можно прожить. С ним, конечно, лучше…
Алена вышла на ярко освещенную площадку и замерла, услышав на лестнице за лифтом чьи-то шаги.
– Подожди…
– Что? – Наташка тоже остановилась.
– Кто-то там стоит, – прошептала Алена.
– Так… Погоди-ка… – Наташка метнулась в квартиру и тут же выскочила обратно, держа в руках маленький пистолет. – Это ерунда, конечно, но умеючи…
– Газовый?
– Лучше! Перцовый, со жгучим красным перцем! Главное, чтобы Петька не засек, он как раз мечтает о таком… – Наташка решительно двинулась на лестницу.
Алена перехватила подругу:
– Нат, не надо, ты что!
– Ладно, прямо… – отмахнулась та, но все же остановилась и, набрав полную грудь воздуха, прокричала: – Эй, кто там есть, а ну вылезай, паспорт показывай! Наряд уже едет! – Она повернулась к Алене: – Что мы, зря консьержу платим, видала, какой мордатый дядя внизу сидит? Чтобы подыхать от страха в собственном подъезде?
Они прислушались. С лестницы больше не доносилось ни единого звука.
– Ладно, – вздохнула Наташка, – сейчас я тебя научу, как нажимать в лифте кнопку, чтобы никто на другом этаже не остановил. – Она еще раз вернулась в квартиру за ключами, крикнула детям: – Эй, друзья, не поубивайте друг друга, я на минутку – Алену вниз провожу!
В лифте Наташка взглянула на притихшую подругу. Обе засмеялись, понимая, что одинаково трусят. На первом этаже Наташка протянула Алене пистолетик в аккуратной кожаной кобуре.
– Бери-бери, я сразу же закажу новый, домой приносят. Отличная вещь, от собак бездомных, от приятных неожиданностей в лифте…
Алена с сомнением посмотрела на пистолет:
– А разрешение не требуется?
– Нет, в том-то и дело. И выпускает его, кстати, оборонный завод.
– А ты пользовалась им уже?
– Да как-то было… – смущенно кивнула Наташка. – Егор Матвеич… гм… выпил на свой день рождения лишнего и стал ревновать меня к мальчику, с которым я на первом курсе целовалась, я сдуру ему рассказала… Полез драться, я и… Повезло, что я долго целилась, – он успел отвернуться, в глаза мало попало…
Пока Наташка говорила, открылся второй лифт и из него вышел молодой человек, взглянул на них и, накинув капюшон от ветровки, быстро прошел мимо.
– Юноша! – закричала ему Наташка. – Если вам на улицу, то это направо! А там – черный вход, он закрыт!
Тот, не оглядываясь, развернулся и так же стремительно вышел на улицу.
– Ну-ка, подожди-ка… – Наташка подошла к стойке консьержа.
Молодой накачанный парень вежливо поздоровался:
– Здрасьте, Наталья Олеговна.
– Здрасьте-здрасьте, Сережа! А кто это сейчас вышел, не знаете? В какую квартиру ходил?
– Парень-то? – Охранник глянул в тетрадь, потом на Наташку. – Так к вам он ходил. Компьютер чинить. Вы сами звонили мне, чтобы я пропустил…
Наташка с Аленой переглянулись.
– Ясно… Хорошо, Сережа. Спасибо. Поняла, ерунда какая с этой охраной? Слушай, ну а кому это надо – следить за тобой?
Алена покачала головой:
– Не знаю. Странно. Может, ошибка?
– Вот от таких ошибок и носи пистолет этот в кармане. В себя только смотри не пальни.
– Нат… Ну что я, совсем?…
– Алька, слушай, а вдруг это всё жена его, а? Узнала и следит за тобой? Не может быть?
– Не думаю.
– Почему не думаешь?
– По всему она сильная женщина. Не будет такими глупостями заниматься.
– Не скажи… – покачала головой Наташка. – В любви сильные-слабые – это, знаешь, категория относительная… И императрицы за своих фаворитов травили соперниц, ты ж знаешь… А тут… Может, просто хочет узнать – кто ты, что ты…
– Зачем? Смысл какой?
– Не знаю, Аленка. Смысла в ревности нет. С одной стороны. С другой – соперника надо знать в лицо, это аксиома. Или просто ей не спится спокойно и не жуется. Особенно если она в курсе, что ты беременная. А если уж Эмиль пронюхал…
– Эмилю Денис сказал, я думаю. Они близки, как братья.
– Как «баратья»! – засмеялась Наташка. – Знаю я эту восточную мужскую дружбу, когда один барат за другого все решает. Тот, который посильнее… Ой, что ж ты, Алька, выбрала такого… И жена у него сильнее, и друг – всем, видать, заправляет!
– Я не по такому принципу выбирала…
– А по какому? По принципу крепости ягодиц?
– Наташка…
– Да ладно, я понимаю. Мужчина должен быть симпатичным. Но не хлюпиком же… Как только ты его любишь… Любишь, кстати?
Алена лишь вздохнула.
– Вот. А за что? За мордашку. Если слово «ягодицы» тебя коробит. За что еще такого любить?
– Не знаю, Нат… Страшно в эту сторону думать.
– А думать надо! – уверенно ответила Наташка. – Вот посмотри на меня. Как решу с Егором разводиться, как устроит очередной бэнц – сразу беременею. Вот у меня как мыслительный процесс работает! Тесно связан с выработкой женских гормонов счастья!
Алена засмеялась.
– Надо было мне у тебя правда остаться, поговорили бы…
– Да нет, видишь, самое главное на бегу говорится… Пистолет спрячь, но поближе, чтобы в случае чего… Ага?
– Ага, – вздохнула Алена. – Спасибо, Наташка. Ты моя самая лучшая подруга.
– Вот смотри: Кира – самая лучшая мама. Ну… почти.
– Самая, – подтвердила Алена.
– Я – точно самая лучшая, и любящая, и еще верная подруга.
– Правда.
– У тебя самый лучший и красивый голос, какой я только слышала в жизни.
– Наташка, прекрати!
– Да нечего мне прекращать! Сейчас вот родишь, подрастете, а потом еще разберемся, хоронить тебе себя или не хоронить. Музыкалка – это хорошо, отлично, но надо еще петь.
– Я пою…
– В церкви? Ну пой себе на здоровье, чтобы навык не терять. Но это не то. Ладно, сейчас не об этом. И еще у тебя будет самый лучший ребенок. И… Может, начать смотреть по сторонам, чтобы вдобавок самого лучшего мужчину найти?
– Нет, – покачала головой Алена.
– Твой Денис – точно не самый лучший.
