Последние дни перед отъездом домой Оксана была с ним тиха и нежна. Ничего не спрашивала, звонила каждое утро в посольство, торопила с паспортом. Их отдых вынужденно продлился на две недели, и это оказалось так кстати… Только на десятый день отпуска начинаешь по-настоящему отдыхать – не спешить по привычке за завтраком, неторопливо ходить, крепко спать.
Шли дни, похожие друг на друга, наполненные солнцем, купанием и тем особым ощущением, которое возникает только на море: что жизнь – вот она, только здесь настоящая, на границе суши и воды, обманчиво прохладной… Через миг пребывания в воде она уже кажется теплой, и непонятно, почему так трудно было войти в нее… Теперь бы уже вовсе не выходить. Так бы и плыть, едва перебирая руками и ногами или лежать на спине, глядя в лазурное, как будто ненастоящее небо… И чем больше купаешься, тем больше хочется обратно, в море… «Правда, что ли, человек когда-то жил в воде?» – думал Денис, не выходя из моря, пока не отмокали пятки и ладони, а кожу начинало щипать от едкого соляного раствора.
Он приходил к Оксане в спальню чаще, чем обычно, все-таки это так отвлекает. И ему казалось, что Оксана стала меньше поминать Господа во время интимных минут и вообще как-то старалась… Это было неумело и трогательно, как будто она неопытная девочка. Она и похудела за время отдыха, это нравилось Денису, тем более к ее светлым от природы волосам очень шел загар, делал ее моложе и загадочнее. Только здесь, на Мертвом море, она почему-то стала очень много курить, сигарету за сигаретой.
Жанна посмеивалась над Денисом, но только тогда, когда рядом не было Оксаны. Еще она опекала Маргошу, которая стала невероятно много есть. Жанна садилась с ней рядом и убирала из ее тарелки то, что ей казалось лишним. Бедная Маргоша сметала за полминуты все, что оставалось, и сидела, глотая слюну, глядя, как взрослые с удовольствием едят то, что ей почему-то нельзя.
– Будешь такая, как я! – вздыхала Жанна, проглатывая сочные куски мяса.
Девочка жалобно смотрела на мать, та только отмахивалась.
– Ну правильно она говорит. А вообще, хочешь – ешь. Что я тебя, за руку держать буду?
Денис смотрел на жену и не мог понять – кому она это говорит, дочери или ему…
Когда они сели в самолет, Маргошу посадили возле прохода, хотя она очень просилась к окну.
– У тебя же найдется сто дел, будешь лазить туда-сюда! – негромко сказала Оксана, и Маргоша затихла, зная, что с матерью лучше не спорить.
Через проход от нее устроилась Жанна. Оксана же усадила Дениса к окну, прислонилась к нему, положила голову ему на грудь, крепко обхватила и так и просидела весь полет. Денис не мог понять, спит ли она. Один раз он попытался убрать ее руку, когда предлагали поесть, но она только крепче обняла его, не открывая глаз. Денис вздохнул и расслабился. Рядом с любящей женщиной, если только она не причиняет больших неудобств, очень хорошо.
Он слышал, как похрапывала Жанна, как маялась от скуки Маргоша: пыталась с кем-то разговаривать, знакомиться, искала в сумке книжку, потом стюардесса дала ей какой-то детский журнал на французском языке… Маргоша французского не знала, но с удовольствием стала рассматривать комиксы. Хорошая все-таки девочка, подумал Денис, полистал книгу, которую так и не дочитал до половины в отпуске, посмотрел на плотные молочные облака, над которыми они летели, и уснул.
Проснулся он, когда самолет уже стоял на земле. Тут же заработал его телефон. Денис дернулся – начинается. Оксана достала телефон из его кармана, на который она опиралась боком, и протянула ему, а сама отвернулась к Жанне. Денис быстро взглянул на дисплей и облегченно вздохнул. Звонил Эмиль.
– Ты где? – раздался родной, бесконечно родной голос друга. Не может женщина стать такой родной. Жаль, что у Дениса нет брата. Хотя как нет? Эмиль ему как брат. С братьями, бывает, ссорятся до смерти. А с ним…
– В самолете, выходим уже.
– Ага… А то тут есть новости…
Денис понял, что Эмиль говорит о ней.
– Хорошие?
– Для кого как… – тихо засмеялся Эмиль.
Денис уже несколько раз ловил себя на странной, невероятной мысли – ну почему тот не женщина? Ни одна женщина в мире не нравилась ему так, как Эмиль, – безоговорочно. Как он смеется, как молчит, как умеет сказать именно то, тогда и так, как надо Денису, просто по природе своей – подстраиваться Эмиль никогда и ни под кого не стал бы.
– А для меня? – спросил Денис, косясь на напряженно улыбающуюся Оксану. Все сечет, все замечает…
– Скорее хорошие, чем плохие, – зевнул в трубку Эмиль. – Приезжай, такое вино для тебя есть… Австралийское, зеленое, ты такого точно не пил, ни на что не похоже, просто роскошное. Хожу кругами вокруг бутылки, но не пью. Попробовал, оставил, тебя жду. Сегодня приезжай.
– Хорошо, конечно, – с радостью согласился Денис. И посмотрел на Оксану. Та тоже вопросительно взглянула на него:
– Сразу к Эмилю?
– Ну да… Мы же сейчас – девочки направо, мальчики налево, так ведь?
– А как бы ты хотел? Ты хотел бы иначе? – спросила его Оксана и взяла за руку, им надо было уже выходить из салона.
– Я… Да, ну ты же сама решила… В общем…
– Ясно, – невесело засмеялась Оксана, но руки его не отпустила. – Я-то решила, но время ведь прошло. И ты что-то мог решить за это время. Как тебе лучше…
– Мне… да… Слушай… – Денис почувствовал, как весь взмок под рубашкой. – А другого времени не нашлось для объяснений, кроме как у трапа?
– Так я столкну сейчас тебя и – все… – вздохнула Оксана и прижалась к его плечу лицом. – Не нагулялся, да? Или что-то другое?
– Нет, не то и не другое, – твердо ответил Денис. – Давай сейчас поедем к тебе. Я возьму чемодан и…
– Давай, – быстро согласилась Оксана. – Давай, конечно.
Денис глубоко выдохнул и снова набрал воздуха. И снова выдохнул.
– Ну, ты так не переживай, – погладила его по плечу Оксана. – Сейчас домой… ко мне приедем, отдохнешь. А потом ты же к Эмилю поедешь. Там напьешься… У него останешься вряд ли… Ко мне ехать – тоже не очень… Вот как раз к себе и попадешь к ночи. Или к утру…
У Дениса не было сил взглянуть Оксане в глаза. Хорошо, когда женщина так все про тебя понимает? Или плохо? Черт его знает… Но сам-то он решать тоже что-то должен…
Сзади засмеялась Жанна. Ему показалось, или она это сказала? Да нет… Ерунда какая… Денис все-таки обернулся. Жанна, обхватив Маргошу, с улыбкой смотрела на Дениса.
– Что? – спросил Денис. – Что?!
– Бобик… – одними губами повторила Жанна, чтобы не слышала Оксанка. И чмокнула его в воздухе. – Но очень симпатичный! – договорила она вслух. – Да, Маргоша?
– Кто? – доверчиво посмотрела девочка на Жанну.
