нарезал перец чили и залил молоком. Взбил и перелил в огромный стакан. Опрометью метнулся обратно в зал, отодвинул стол, чтобы Джозефа было видно, с силой вырвал у него бутылку из рук, сел на пол, зажал его голову между коленей, запрокинул и влил без остановки весь стакан.
Поначалу Джозеф не подавал признаки жизни, Марвин даже подумал, что не переборщил ли он с количеством перца. Но Джозеф резко открыл глаза, посмотрел на потолок, потом на Марвина, вскочил и заметался по залу, сбивая столы и сшибая стулья. Ворвался на кухню и засунул голову под кран, жадно глотая воду.
– Сработало, – улыбнулся Марвин, ставя столы на место.
[1] Элитный сорт рома
Глава 18
Галактика, Верруна.
– Миа, ты в порядке? – я поднял голову от приборной доски, в которую врезался головой при столкновении.
Свет в дельталете выключился, вокруг мигали красные аварийные лампочки, а приборная панель была черна как ночь. Значит, нас не просто подбили, а дали энергетический заряд, который убивает всю электронику. Хозяин машинки не будет рад, после такого нужно будет менять всю внутреннюю начинку, а, учитывая, что мы неплохо упали с высоты, его можно будет выкинуть на свалку.
Миа лежала рядом, прислонившись головой к стеклу. Я приложил пальцы к ее шее и почувствовал слабое биение. Жива, а это главное. Вероятно, наш дрон засекли сразу, либо ждали того, что мы начнем преследовать их, поэтому подготовились. За окнами дельталета замелькали люди в черных камуфляжах с лазерными автоматами, направленными в нашу сторону. Будто не двух безоружных арестовывают, а сотню вооруженных головорезов. Но это хорошо, фельдмаршал нас боится, чует, что мы представляем для него угрозу, вот и подсуетился.
В дверь дельталета что-то ударило, пробив обшивку. Секунда, и дверь со скрежетом вылетела наружу. Могли бы просто попросить открыть, нам деваться все равно некуда. Двое подбежали ко мне, заломили руки и вытащили из машины. Трое вытаскивали Мию, которая все еще была без сознания. За доли секунды над нами завис военный шаттл без опознавательных знаков, скинул трап, и нас впихнули внутрь, не забыв пристегнуть наручниками и стене и отделить от военных решеткой. Дверь шаттла закрылась, машина взмыла вверх.
Я провел рукой по щеке Мии, убрал с лица растрепавшиеся волосы. Она пошевелилась и открыла глаза.
– Ты как? – я помог ей сесть.
– Как будто мы упали на подбитом дельталете и теперь меня везут в неизвестном направлении. Мы вообще где и куда летим?
– Военный шаттл без опознавательных знаков. Судя по виду транспорта, летим далеко, может, даже с гиперпрыжком. А пункт назначения тебе известен.
– Все-таки твой дурацкий план сработал, и мы попали в лапы фельдмаршалу, который с радостью нас уничтожит.
– Если бы хотел, мы бы давно летали осколками в вакууме. Но мы ему нужны живые.
– Он думает, что мы знаем, где артефакт?
Я кивнул. Сказать больше мне не дали, шаттл затрясло, резко сократился воздух, голова затуманилась и ком подкатил к горлу. Мы входили в гиперпрыжок, в грузовом отсеке без спецоборудования переносить такое было просто отвратительно.
Когда голова начала проясняться, а мутить стало меньше, к нам вошел военный, облаченный во все черное. Так одеваются имперские ищейки, но у этого не было ни шевронов, ни других знаков отличия. Личная армия фельдмаршала. Я с интересом смотрел на него.
– Вы прибыли на закрытую военную базу. Вас будет допрашивать сам фельдмаршал Клауй.
Он отодвинул решетку, отстегнул наручники и подтолкнул нас вперед. Мы еще не успели полностью сесть, а дверь уже отъезжала в сторону, создавая вихрь, который ворвался в шатлл и сбивал с ног. Толчок оповестил о том, что шаттл сел, и нас тут же подтолкнули дула лазерных автоматов. Выйдя наружу, мы очутились на широкой площадке, которая была вся уставлена военной техникой. Звездолеты, космолеты, дельталеты, наземная техника, ящики с оружием, передвижные орудия, бронетранспортеры – вся техника была имперской, но нигде я не увидел опознавательных знаков, которые должны быть на каждой технике, принадлежащей Империи.
– Он совсем из ума выжил, – не выдержала Миа, спускаясь за мной, – он что, к войне готовится?
– А думаешь зачем ему оружие, способное уничтожать планеты? – хмыкнул я, улыбаясь во весь рот.
Нас провели по площадке к небольшому отдельно стоящему зданию. Оно отличалось от остальных своей помпезностью, напоминая не военный штаб, а домик принцессы. На нежно голубых стенах (принцесса у нас все-таки мальчик) расползался ажур белой лепнины. Железные ставни, в военном быту предназначенные для того, чтобы не выбивало стекла при воздушных бомбардировках, представляли собой цветочки, листочки и прочие завитушки. Краем глаза заметил, как передернуло Мию, когда она это увидела.
Внутри было еще хуже. На стенах по всем коридорам висели картины. Нет, не боевые сражения, не портреты славных военачальников, даже не самого фельдмаршала, а изображения дымчатого пушистого кота.
– Так вот почему я вечно чихала на работе, – пробубнила Миа, – у меня аллергия на котов.
Как только нам открыли дверь в комнату, я сразу понял, что сейчас увижу фельдмаршала. На столе, заваленном бумагами, лежал большой серый кот, ножки кресел и стола были все в глубоких царапинах, а на сидушках всей мебели валялись клочья шерсти. Нас поставили вдоль стены. Открылась дверь в противоположном конце комнаты, и к нам вышел сам фельдмаршал. Я уж было подумал, что он будет одет в халат и домашние тапочки, но на нем был неизменный мундир. Все-таки столько лет в армии, привыкаешь носить неудобную форменную одежду. Или у него просто другой нет?
– Давно вас не видел, – приветствовал он нас широкой улыбкой, сел за стол, положил руку коту на шею и стал мять. Кот показал оскал, но с места не сдвинулся.
– Что-то давненько мы мир не уничтожали, верно? – осклабился я.
Рука генерала зависла в воздухе, продолжая держать шесть кота. Тот ощетинился и напомнил хозяину о том, кто здесь главный, сделав широкую царапину на его ладони.
– Не дерзите, капрал Линнет, – Клауй взял салфетку и вытер капельку крови, – не в вашем положении.
– А что нужно делать в моем положении? Умолять о пощаде?
– Хотя бы так. Но вы слишком дерзкий и необразованный для этого.
– Так предложите мне ваш сценарий нашей беседы.
Клауй выкинул салфетку в мусорную корзину и наклонился к нам.
– Вы рассказываете, куда дели артефакт, а я отпускаю вашу подружку.
– Щедро. Лично мне ничего не хотите предложить?
– Лично тебя я в любом случае либо упеку в тюрьму, либо расстреляю на месте. Ты мне столько крови попортил, что
