Холодной. Снимите о ком-нибудь из современников. Ну, скажем, о вашем мастере, о Белокурове.
На такое предложение я согласилась. Я и не смела подумать даже — снять фильм о таком Артисте! Он создал яркие образы на экране и в театре — летчик Валерий Чкалов и фашист Борман, Лева Задов, целая галерея разнохарактерных портретов в кино и театре — всего не пересказать… Встретившись с Белокуровым, сказала, так, мол, и так, Владимир Вячеславович, дипломную работу буду снимать о вас.
— Пожалуйста, — кивнул тот. — Только я помогать тебе не буду.
Однако его предупреждение оказалось чисто риторическим. Уже при следующей встрече он спросил меня, чем может помочь.
А как делать — этого я еще не знала… О том, как он пришел в искусство, как складывалась его творческая судьба? Стала постепенно задавать своему учителю вопросы о театре, кино — их оказалось около ста… Он был очень занят не только во ВГИКе уже с другим актерским курсом, играл в спектаклях, работал над образом Городничего во МХАТе, делал записи на радио, выступал с коллегами в концертных программах, снимался в фильмах… Прежде всего были отобраны наиболее яркие роли в кино, среди них — роль Бормана в «Секретной миссии». Я спросила Владимира Вячеславовича, кого можно было бы снять в фильме из наиболее близких его друзей. Поразмыслив, Владимир Вячеславович назвал летчиков Г. Байдукова и А. Белякова, они были консультантами фильма «Валерий Чкалов», в котором Белокуров сыграл заглавную роль. Предложил писателя К. Федина, художника Н. Ромадина, артистов А. Грибова и Ю. Любимова. От «киношного цеха» артист выбрал М. Ромма.
Михаил Ильич вел мастерскую во ВГИКе. В то время он создавал свой фильм «Обыкновенный фашизм», поэтому в институте появлялся редко. Я позвонила ему, и он ответил, что с удовольствием расскажет о том, как снимал Белокурова в фильме «Секретная миссия» в роли Бормана.
Я ждала этого момента в течение четырех месяцев, общаясь с Ириной Александровной Жигалко, доцентом, которая работала с Роммом в его мастерской. Очень помогал в переговорах с Михаилом Ильичом милейший ассистент по актерскому мастерству Анатолий Умбертович Стабилини. И наконец Ирина Александровна сообщает, что Ромм будет во ВГИКе! Подала заявку на съемку, нашла свободного студента-оператора. Снимать решила в скромном кинозале нашей Учебной студии. Михаил Ильич в сопровождении Ирины Александровны и Анатолия Умбертовича быстрой походкой вошел в зал, и я тихо сказала: «Мотор! Камера!»…
Дальше — слово Михаилу Ильичу.
Вот что он рассказал для дипломного документального фильма Веры Федорченко:
С Владимиром Вячеславовичем Белокуровым я познакомился восемнадцать лет тому назад. Я тогда снимал «Секретную миссию». Встал вопрос о том, кого приглашать на роль Мартина Бормана. Я остановился на Владимире Вячеславовиче Белокурове, очень разнообразном, гибком актере. Человек он хороший, а играть должен очень дурного.
Работа с ним доставила мне просто огромное удовольствие. Он абсолютный профессионал. Хотя роль небольшая, он подошел к ней с очень большой глубиной мысли. Работал очень точно. Вот что меня больше всего поразило в его работе, так что я могу вам сказать: он очень боялся выучивать текст. Прежде, чем учить текст, он работал сплошь на подтекстах и замучивал меня подтекстами: «Что я в это время думаю? Что я хочу ему сказать?» Все время он искал противоположность между тем, что говорит Борман и что он думает.
На репетиции это происходило так: вот он сидит, разговаривает с партнером сбоку, старается спрятать от него глаза, поглядывает краешком глаза и говорит не то, что он должен ему сказать, а то, что он думает.
Партнер говорит ему: «Дорогой Борман, надо принимать какие-то меры». Борман должен ему ответить: «Да, да» или что-нибудь в этом роде. Он вместо этого говорит: «Ну да, я тебя вижу насквозь. Ты-то хочешь спасти себя. А мне нужно подумать о себе. Но я тебе этого не покажу. Я буду говорить с тобой ласково, я буду говорить с тобой тихо. Если ты сдохнешь, тем лучше. Хорошо бы пристрелить тебя». И это вместо положенной реплики. И он так к этому приучил, что уже и партнеры начали говорить не то, что нужно, а то, что они думают.
Вообще это известный прием, но он этот прием довел до конца. И очень хорошо, профессионально им пользовался.
Вот такой у него был метод работы. Он мне казался своеобразным и интересным. Я даже прощал ему оговорки. Прощал ему, если он чуть-чуть не так что-то сказал. Потому что главное он нес всегда необыкновенно точно.
И снова продолжается рассказ Веры Андреевны:
Когда был проявлен материал, оказалось, что в лаборатории произошел сбой по техническим причинам, или пленка была бракованная — изображение было в легких мерцающих пятнах. Однако переснять уже было невозможно, и я оставила эти бесценные кадры с Роммом, вопреки запретам ОТК.
Когда я впервые посмотрела фильм «Мечта», узнала, что одним из прообразов Анны, украинской девушки, которая после воссоединения Западной Украины жила во Львове, была участница партизанского движения Мария Ких. Мы все знали ее с детства. Мне иногда казалось, что я встречаю на улице пана Станислава в исполнении Михаила Астангова — таких «панив» можно было увидеть на скамьях аллеи, ведущей к нашему красавцу Театру. Во время гастролей Театра имени Моссовета в нашем городе я увидела Фаину Раневскую на сцене — она создала образ Розы Скороход, хозяйки меблированных комнат «Мечта». А Ростислава Плятта мы встречали после спектакля у Театра оперы и балета. Через много лет я снимала этого замечательного артиста на репетиции спектакля «Братья Карамазовы».
Среди множества фильмов, поставленных выдающимся кинорежиссером Михаилом Роммом, его картина по сценарию Евгения Габриловича «Мечта», которую он снимал во Львове и Черновцах еще в 1940 году (на экран она вышла только в 1943-м), и фильм «Секретная миссия», где снимался мой мастер по актерскому мастерству Владимир Вячеславович Белокуров, — связующая нить между мечтой о профессии кинорежиссера и городом Львовом, долгие годы бывшим значимой и любимой киноплощадкой многих режиссеров советского кино, создавших прекрасные фильмы о разных эпохах…
Партнером в эпизоде, о котором говорит Михаил Ильич и который показан в фильме Федорченко, был многоопытный Николай Комиссаров, игравший американского сенатора. Можно представить, как он веселился, слушая белокуровские импровизации.
Теперь — непосредственно о фильме Ромма, о его содержании. В «Секретной миссии» рассказывается приключенческая история о тайных переговорах, которые вели американские политики с немецким фашистским руководством, чтобы после войны им объединиться и в едином строю бороться
