– жесткие.
- Рита, добрый день! – здороваюсь я моим заместителем по бытовой части, хлопочущем около плиты.
- Ох, Сергей, добрый день! А у нас Женя вернулся! – сразу же вводят меня в курс дела.
- Давайте его сюда, - командую я, собираясь сурово разобраться с самозванцем, и пока маленькая дочка хозяйки убегает найти так называемого Жеку, я устраиваю допрос Рите.
Однако, она уверена, что самозванец и точно Евгений, просто в другом теле.
- Сергей, он все помнит; и все наши разговоры за столом, и Алену, и то, как она была одета при первой встрече, и что мы ели все время. Хоть, голос и не такой, как раньше, но, интонации и слова точно такие же, как у нашего Жени.
- Ну, не знаю, - думаю я, но, тут раздаются шаги и в квартиру забегает, и правда, незнакомый парень, добегает до балкона и с разбега вешается у меня на шее:
- Серый, ну, наконец-то!
Я стою охреневший и не знаю, что сказать. Парень пухлый и не спортивный, совсем на подтянутого приятеля старинного не похож, но, уверенность и интонации точно Жекины.
- А где Ириха? Почему ее нет?
- Вон она, внизу стоит, - на автомате отвечаю я и показываю на девушек, ждущих внизу и посматривающих бдительно по сторонам.
- Ирка! – счастливо орет парень и машет рукой нашим, - Я вернулся!
Что отвечает девушка, я не слышу, но, обрезаю радость парня и говорю суровым голосом:
- С тобой потом поговорим. Рита, где наши спецы по информационной разведке?
- А они ушли, как интернет пропал, вместе с электричеством. Нашли знакомых, где-то в мэрии, там еще все работает и попросили подкинуть их Олега-второго до места. Попросили еды на неделю, я им выдала. И ушли.
- Ага, ушли с электричеством. Не оставляли что-то для нашей команды, из того, что нашли в сети?
- Нет, ничего не рассказывали, - вспоминает Рита.
Вот уроды, спасли их, прожили тут неделю и почти ничем не помогли нам. Жалко, что не до них, мне хочется побыстрее покинуть свою бывшую квартиру и оказаться на свежем воздухе.
- Так, а что с этим покусанным трусом?
- Закрыт в квартире и понемногу превращается, кажется, - растерянно отвечает женщина.
Ясно, придется приехать добить, если не забудем.
- Ладно, есть еще желающие в доме учиться воевать и развиваться?
Рита пожимает плечами неуверенно и не знает, что и сказать.
- Нет никого такого, Серега, - отвечает уже новый Жека, - я со всем поговорил. Здесь жалкие червяки остались только, Рита зачем-то кормит их, тратит невосполнимый ресурс на человеческий балласт.
Это он правильно сказал, у меня мысли похожие.
- Ну, мы больше кормить не будем, так что, решайте Рита, когда вас забрать отсюда?
- Я останусь здесь, - женщина настроена решительно, - только Сашу заберите с собой.
- Мама, я останусь с тобой, - Саша выглядит тоже непреклонно настроенной, и Рита начинает с ней ругаться, заставляя ехать с нами
- Нет, забирать не станем, вы ее мать, вам и думать о будущем дочери, - прерываю я спор ни о чем, - Нам не до благотворительности, вешать на свою шею чужую судьбу не станем, не приносите пользу команде – не можете никого нам подсовывать. Сейчас заберем почти все машины и продукты оставшиеся, заезжать часто я не обещаю. Объявите всем, что через пару часов люди, которые готовы много работать и воевать, могут с вещами подождать нас внизу.
- Так как же, Сергей, как мы будем жить без вашей поддержки? – у Риты паника в голосе.
- Рита, вон там, - я показываю рукой, - В центре и новостройках тысячи или десятки тысяч людей сидят в осаде, окруженные сильными и злобными монстрами, вот у них – все плохо. Нет воды. Нет еды. Уже полторы недели у многих. У вас в доме все отлично, ни одного зомби нет рядом, не говоря уж о монстрах. Теперь жители дома выживают сами и еду кушают, которую добудут сами, своими руками и своей личной смелостью.
- А я буду помогать остальным людям и может, иногда заезжать к вам, - говорю с и показываю новому Жеке или Жеке-второму, что нам пора вниз.
Оставляю растерянную Риту позади и быстро спускаюсь.
Тянуть еще кучку трусливых мужиков с их семьями, кормить их и защищать - я больше точно не собираюсь.
И так ноги разъезжаются, одна надежда, что служивые захотят присоединиться к моей команде, из-за лично моего и Ириного авторитета, хотя и Олег-второй с ними здорово сошелся после прокачки.
Внизу я представляю Жеку-второго еще раз всем и теперь его расспрашивают серьезно. Но, он легко отвечает на все вопросы, и я задаю последним финальный вопрос:
- Какое у тебя прозвище в прошлой жизни? - ставлю точку в разговоре.
- Да несколько есть. Но, основное в школе меня звали Пятачок, в секции – Казанова.
Да, так все и есть, все наши ржут не стесняясь, очень уж прозвища несовместимые.
- А почему – Пятачок? – интересуется теперь Ира, звонко смеясь.
- Так приятель у меня ходил с прозвищем Медведь, или – Винни Пух, а меня так прозвали, потому что, он – очень здоровый был, а я маленький, ну, только в начальных классах.
- Да, это все так, - и я сам обнимаю парня.
Невероятно, но, это определенно точно – сознание Жеки переместилось в другое тело. Интересно, где же прежнее сознание этого тела, впрочем, это не так уж нам и необходимо знать.
Главное – что мой надежный друг и приятель с нами, а то, что он совсем не похож на себя прежнего – ничего страшного, говорит и шутит он с интонациями именно Жеки, поэтому, к нему мы быстро привыкнем.
Я подвожу парня к газону, где мы все молчим минуту и теперь Жека-второй рассматривает свою личную могилу, где лежит его прежнее тело.
На всех трех могилах стоят фанерки с именами погибших и датой смерти. Фамилии, отчества и даты рождения никто не знает, кроме меня, но, я то знаю только Жекину фамилию и отчество, про день рождения уже запамятовал, где-то в апреле, вроде.
- Думаю, мою табличку можно снять. Не знаю – как, но я жив и здоров, хотя, кажется, это тело не такое послушное, как прежнее, - говорит приятель и сам вытаскивает колышек из
