не он.
Пока мы обедаем, Маша и наши люди рассказывают, что ничего нового не произошло.
Я, конечно, не могу продемонстрировать всем зажившую рану от осколка, но, Маше обещаю показать, чтобы она срезала нитки и посмотрела, к чему приводит развитый навык.
- В чисто медицинских целях! - ржет ее муж и теперь мой заместитель.
Сначала выгружаем машины, разносим продукты по амбарам, остальное пока складываем в подвале общего пока для нас дома, потом обед и скорый суд над предателем и пособником.
Охрана приводит пособника, уже бледного вида. Но, увидев беглеца, он еще умудряется позеленеть, когда тот выкладывает все, что может сказать компрометирующего про преступную халатность и явное покровительство хитрой бабе.
- Которую он обещал спрятать в соседнем доме, в теплоузле, - сливает мужик накипевшую в душе от страха информацию, надеясь на пощаду.
Ну, это он зря, пощады не будет, за попытку превратить поселок в место кровавых событий, я его приговариваю к смерти через повешение на одном из подходящих для этого деревьев посередине поселка. Стрелять в затылок – слишком простое наказание для такого подлого поступка, все должны видеть, что предательство не прощается никогда и никому.
Вешают его добровольцы долго и трудно, без опыта все не просто получается и наконец, после четверти часа хлопот, при скоплении всего народа, подонок дернул последний раз ногой, обмочившись при этом.
- Повисит пару дней и в озеро его, на ту сторону, где раков больше водится, - командую я и теперь пришло время заняться пособником.
Который прочувствовал весь процесс уже на своей шее и стоит, не жив не мертв, дочка крепко обнимает отца, и я понимаю, что ничего сделать при ней не смогу с влюбленным дурачком.
- Ладно, отправляешься в изгнание. Хотя, должен висеть рядом с этим. Из-за дочери выжил сегодня, но, завтра может и не повезти тебе так, - обещаю я ему.
Вскоре местные приводят ту самую хитрую бабенку, найденную и правда, в одном из подвалов. Она, из-за переживаний и стресса, тоже спала с лица, без макияжа не так эффектно выглядит и увидев, где и как высоко висит ее приятель по побегу, совсем бледнеет.
С ней сначала проводим допрос, как она умудрилась набрать такой отрицательный рейтинг, женщина не соглашается ничего рассказывать. Но, после обращения к внимательно слушающим прения пленным и обещанием сократить срок изгнания до всего двух недель с пожизненного, находится свидетельница ее отвратительных поступков при власти бандитов. Находятся и родственники пострадавших, которым я и поручаю решить судьбу смазливой твари:
- Делайте, что хотите с ней. Хотите – вешайте, хотите – топите, хотите – простите, если сможете. Только патроны тратить нельзя на нее. Слишком простая смерть для такой дряни.
Мужчина и женщина из наших сторонников, потерявшие дочь из-за подлой бабенки, вяжут ее по рукам и ногам, навешивают на нее груз и везут на садовой тачке к пристани, чтобы утопить самим. Женщина сильно орет, умоляя простить, прося защиты у своего поклонника, но, он только отворачивается от нее, ведь ноги повешенного качаются прямо перед его лицом.
Когда крики замолкают, лодка уже на середине озера, значит, месть состоялась.
Глава 24
После скорого и, не стану утверждать, что такого уж и справедливого суда, мы с Ирой поднялись в свой дом и налили полную горячей воды джакузи.
Пока еще все в поселке работает и можно себе позволить отдых в горячей воде. Тем более, что подключен поселок не к городской, а деревенской линии электропередач и она пока функционирует, несмотря ни на что.
Наверно, просто нечему ломаться, да и нагрузок никаких нет, пожилые сельчане больше не интересуются светом в доме и готовкой еды, так обходятся по жизни.
Хочется смыть негативные ощущения от суровой необходимости лишать людей жизней одним своим решением, без разговорчивых адвокатов и возможности многолетней апелляции.
Приговорить то к смерти легко, только, наблюдать за процессом и контролировать его – очень неприятно, эти молящие взгляды и не прекращающиеся проклятия из уст осужденных к смерти. Да и решение принимается во многом, по показаниям Системы, которые вижу я один и остальные участники казни должны мне верить на слово.
Оно, конечно, мои слова подтверждаются показаниями других людей, но, ведь всем понятно, что за возможность вернуться в такой тихий и комфортный поселок из страшного города многие и не то расскажут, что угодно подтвердят, чего я хочу услышать.
Однако, и оставлять без наказания за такое предательство уже невозможно, тем более, после жестокого правления братвы разводить демократия как-то не с руки. Люди в поселке боятся только действительно серьезных приговоров.
- Молодец. Это – самое малое, что ты должен был сделать. Теперь заданы понятные ориентиры в новой жизни, только, с пособником явно зря так мягко поступил. Начал бы он рядом болтаться на веревке с подонком, все бы точно поняли, что власть твоя – настоящая. А так, сомнения еще остались, - подводит итог Ира.
- Понимаю тебя, только, на глазах дочери не могу наказать отца. Выбор то небольшой, или на выселение, или – смертная казнь. Других вариантов нет пока, держать в заключение – тратить на него не лишний в поселке ресурс, охранять и кормить. Вот, если парни к нам присоединятся, можно завести штрафной батальон, то есть, отделение и пусть искупают косяки с большим риском для жизни, своей кровью.
- Хорошо, что понимаешь. Но, сегодня показал свою жесткость и даже жестокость – завтра гораздо меньше придется наказывать и казнить, - подвела итог Ира и нырнула с головой в толстую пену.
Тоже верно. Бремя власти выдержит только сильный.
Хотя, требуется ли мне все это, создание общества выживших – дело хлопотное. Сам я хочу освобождать зараженных и не переживать, как там жизнь в поселке налаживается без меня. Ничего, найдется подходящий человек, свалю все эти дела на него.
После ванны мы завалились в большую кровать, оставшуюся нам по наследству, или, вернее сказать, взятую с меча, и занялись накопленными процентами и другими приятными процедурами.
После беспощадной рубки зараженных, когда мы сами чуть не отдали богу души, процентов у меня накопилось немеряно. Отлично, что теперь я научился рубить зомби с такой же скоростью, как и когда давлю их машиной, Система немного тупит, или же просто дает возможность сильному бойцу выживать в таких условиях.
Похоже, что зараженных ей совсем не жалко, или, скорее всего, она просто сокращает используемый ресурс порабощенных несчастных созданий.
Сокращает, только
