Читаем без скачивания Враг Империи - Антон Медведев

— Ну а эти? — Ким кивком указал на экран. — Они не хотят воевать.

— Никто не хочет воевать. Но обеспечить мир сейчас сможет только сила. Все последние столетия нас прикрывала Империя, мы спокойно жили в тени ее военной мощи. Теперь ситуация изменилась, и мы не хотим, чтобы Карра погибла под обломками дряхлеющей Империи. Люди просто еще не осознали этого.

— Но если человек не хочет брать в руки оружие, не хочет убивать? Я вполне могу понять его.

— А я нет, — жестко ответил Сайрус. — Эти люди, — он кивком указал на экран, — хотят остаться чистенькими. Но так не бывает. Они сотни лет живут без войны, причем им и в голову не приходит, что их благополучие оплачено чужой кровью и чужими грехами. Эта кровь есть на моих руках, скоро она будет и на твоих. Взгляни на этих чистюль, — дарг снова указал на экран. — Они считают нас убийцами. Но чем они лучше нас? Тем, что не убивают? Но это смешно. Тот, кто ест мясо, уже несет свою долю греха за умерщвленное на бойне животное. Люди хотят пользоваться плодами греха, но чураются тех, кто делает за них грязную работу. На мой взгляд, это несправедливо. Не хочешь держать в руках оружие — уйди из этого общества, перестань пользоваться благами, которые оно тебе дает. А жрать мясо и рассуждать о гуманизме…

Сайрус покачал головой, потом взглянул на Кима. Его глаза блестели.

— Ты со мной не согласен?

— Не знаю, — пожал плечами Ким. — Уж слишком все это сложно.

— Здесь нет ничего сложного, — не согласился дарг. — Просто либо мы принимаем правила и играем по ним, либо всю жизнь стыдливо прячем голову в песок, как некая живущая у вас птица. И самое честное в этой ситуации — принять свою долю ответственности. Тогда все становится просто…

Именно этот разговор и вспоминал Ким, сидя в ванне. Ему было очень нелегко согласиться с доводами Сайруса, и все-таки Ким все отчетливее понимал, что тот действительно прав. Помнится, Чалми говорил, что они в ответе за человечество. Но к чему привела политика Императора? Экономика в упадке, повсюду идут войны, сил Империи уже не хватает на то, чтобы поддерживать порядок. Это — правда Чалми. А есть другая правда, и убедиться в ее истинности очень просто, достаточно выйти на улицу любого города Карры. Блистающий мир, нормальное общество. Да, не идеальное, здесь тоже много грязи и зла. И люди всякие есть — как хорошие, так и плохие. Но ведь лучше здесь, чем у него дома, гораздо лучше. Дарги не берут на себя ответственность за человечество — они просто делают то, что могут сделать. Да, порой это выглядит очень жестоко. Но кто может взять на себя право судить их? Сегодня он, Ким, убил Мервилла. Завтра телохранитель Векслера получит сообщение о том, что его брат на Гее попал в катастрофу и находится при смерти. Кинется на космодром, при досмотре багажа у него будет обнаружен пистолет. Тщательная проверка позволит найти нож, которым был убит Мервилл, и сто пятьдесят тысяч кредов. А потом станет известно, что деньги эти были сняты со счета Векслера. Закончится все тем, что Векслер покончит с собой — разумеется, не без помощи даргов. Заместителем имперского представителя станет Ортего, это послужит благополучию и процветанию Карры…

Что-то скрипнуло, Ким вздрогнул — и тут же вспомнил о потайном ходе. Не иначе, Сайрус снова решил его навестить.

Он ошибся, это был не Сайрус. Ким понял это в тот момент, когда из-за сдвинувшейся декоративной панели появилась высокая светловолосая девушка. На ней была довольно короткая темная юбочка и желтая блузка, изящные мокасины и черные поблескивающие чулки.

— Здравствуй, — просто сказала она. — Я Дорис. Отмокаешь?

— Д-да, — запнулся Ким. — Здравствуй…

Глаза девушки искрились, на губах играла ироничная усмешка. Заметив, что Ким пытается глубже погрузиться в воду, она усмехнулась.

— Расслабься. Вряд ли у тебя есть что-то такое, чего я не видела. — Девушка аккуратно закрыла потайной ход и вновь повернулась к Киму.

— Может, подождешь меня снаружи? — попросил Ким. — Я сейчас выйду.

— Нет, — улыбнулась Дорис. — Я пришла сюда не для этого… — Не сводя с Кима сияющих глаз, она коснулась «молнии» на юбке и медленно расстегнула ее. Юбка упала на пол, девушка вышагнула из нее и аккуратно, пуговицу за пуговицей, стала расстегивать блузку.

Ким тяжело сглотнул — уж больно все это было неожиданно. Или это очередная проверка даргов? С них станется.

Девушка явно его дразнила. Сняв блузку, она повесила ее на крючок, затем медленно расстегнула бюстгальтер, демонстративно протянула его Киму и выпустила из рук. Ким едва успел подхватить невесомый кусочек ткани. Не отрывая от Кима глаз, Дорис провела ладонями по своему телу, коснулась груди, бесстыдно демонстрируя Киму набухшие соски. Затем ее ладони скользнули ниже, коснулись трусиков и медленно потянули их вниз. Ким тяжело задышал — и неожиданно для себя расслабился. Он принял условия игры.

Дорис вышагнула из трусиков, ее тело было стройным и очень белым. Скинув мокасины, она поставила ногу на край ванны и медленно сняла чулок, затем так же поступила с другим. Проделано все это было бесподобно. Ким улыбнулся.

— Забирайся, — предложил он и несильно хлопнул ладонью по воде. — Места хватит.

Дорис улыбнулась, затем изящно переступила край ванны.

— Вот таким ты мне нравишься гораздо больше, — сказала она. — Думаю, мы с тобой поладим… — Девушка опустилась в ванну, лишняя вода потоком хлынула в слив.

— Я на это надеюсь… — Ким коснулся ног девушки, провел ладонями по ее икрам, затем скользнул выше. Дорис прикрыла глаза и запрокинула голову.

— Тебя прислал Сайрус? — спросил он.

Дорис приоткрыла глаза.

— Скорее, я вызвалась сама. Вместо меня здесь вполне могла быть другая. Просто ты мне понравился.

— Тебя приставили следить за мной, — предположил Ким, вспомнив Шейлу. Там все было очень похоже.

— Нет, — покачала головой Дорис. — Я просто должна тебя кое-чему научить.

— А именно?

— Я научу тебя любви… — ответила девушка и потянулась к Киму. — Это тоже оружие, и очень действенное. Я научу тебя тому, как сделать счастливой любую женщину. И самого проведу по тропинкам Рая. Ты сегодня очень хорошо поработал. Считай это наградой… — Дорис обняла Кима и припала к его губам…

Девушек в жизни Кима было немного — может быть, виной всему его сдержанный характер. До сих пор самые приятные воспоминания в этом плане у него связывались с Шейлой, он невольно думал о ней даже теперь, лаская Дорис. Просто Шейла ему очень нравилась, его тянуло к ней — тянуло, несмотря на ее предательство, и Ким ничего не мог с собой поделать. Пытался забыть ее, не думать о ней, но Шейла все равно приходила к нему в его снах. Это было мучительно, мысль о том, что их дороги навсегда разошлись, что им уже никогда не суждено быть вместе, вызывала отчаяние. Только теперь Ким по-настоящему, осознал, насколько дорога ему Шейла. Очень дорога — тем не менее он так и не посмел ей в этом признаться. Просто тогда ему пришлось бы рассказать о себе всю правду — правду, которую он так тщательно скрывал. При первой встрече Шейла не ответила на вопрос о том, где именно она работает, сказала, что это совершенно неважно. К удивлению Кима, он воспринял это спокойно, более того, сам отказался сообщить, какую штатную должность занимает в Департаменте. Просто боялся этого, боялся, что Шейла, узнав о его ремесле, возненавидит его. Исполнитель — что может быть хуже? Но все сложилось удачно, и окружавший их отношения ореол тайны лишь усиливал влечение. Ким был уверен, что девушка работала на какую-нибудь крупную компанию, об этом говорило все — ее достаток, внешние данные, манера поведения. Она была бесподобна, Ким считал истинным чудом то, что Шейла с ним. Это теперь он знал, что она работала там же, где и он, в Департаменте Наказаний, и боссом ее был сам Чалми. Ее приставили следить за ним — и, надо сказать, с работой своей она справилась блестяще.

И вот теперь появилась Дорис. Две девушки, такие непохожие — и в то же время было между ними какое-то неуловимое сходство. Ничто и никогда не могло укрыться от Шейлы, она чувствовала каждый нюанс в их отношениях. Более того, рядом с ней Ким всегда ощущал себя мальчишкой, сумевшим сорвать запретный плод и не понимающим, как это вообще могло случиться. Но вот рядом с ним лежит Дорис. Совсем другая, более непосредственная, чем Шейла, более импульсивная. Несопоставимо более умелая, чего уж греха таить. Наверняка более опасная. А сходство… Наверное, сходство заключалось в том, что и рядом с ней Ким чувствовал себя слабым. Или не слабым, Ким и сам не знал, как выразить свои чувства. Он был на вторых ролях — что там, что здесь. Именно Шейла всегда решала, встречаться им или нет, именно она диктовала свои условия — правда, мягко и ненавязчиво. Здесь было то же самое. Дорис была главной, она была сильнее его — если не физически, то по крайней мере духовно. Это чувствовалось во всем. Ким с ужасом и в то же время с упоением понимал, что за вызывающим блеском ее глаз скрывается что-то другое, гораздо более сильное и пугающее. Под всей этой божественной оболочкой скрывался дарг, самое опасное существо во Вселенной.