— А что, Бильяна, в ту ли мы сторону плывем?
Служанка удивленно приподняла брови:
— Да откуда же мне, госпожица, знать? Я в замке вашего батюшки не была, и знать не знаю, где он. Да вы не переживайте. Сейчас вон у рыбаков спросим. А ежели они и не знают, то укажут на ближайший замок в окрестностях. Там и разберемся.
Долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут они увидели сидящего на берегу мужика. Бильяна повернула лодку к берегу. Мужик, заметив лодку, помог выбраться на берег сначала Бильяне, а потом и Стефке. Бросив взгляд на богатый наряд госпожицы, тут же склонился в поклоне.
— Не побрезгуйте разделить со мной скромную трапезу, госпожица.
Стефка рассмотрела мужика: уже не молод, седина пробилась, но и не старик. Смотрит смело, хоть спину согнул в почтительном поклоне. А потом перевела взгляд на тлеющие угли костра, на которых запекалась рыба, обмазанная глиной.
— Бильяна, давай отдохнем немного, — Стефка вопросительно посмотрела на служанку, как бы спрашивая: не злодей же этот хлебосольный рыбак?
Служанка кивнула и помогла госпожице устроиться возле тлеющих углей.
— Скажи-ка, мил человек, далеко ли отсюда до замка Майстора? — приступила Бильяна к расспросам.
Рыбак задумчиво почесал подмышкой, чем заставил поморщиться Стефку.
— Никогда не слышал. От наших мест до ближайшего замка два дня пути верхом, сказывают. Тут одни рыбаки живут.
— А где же вы рыбой торгуете тогда?
— Так знамо где. На том берегу городок небольшой есть Бусар. Он от реки Бусарки и название получил. Там и торгуем. Но вы проплыли его, это вам надо назад возвращаться.
Бильяна повернулась к госпожице, которая была занята рыбой, обсасывая косточки.
— Ну, госпожица, знаете вы, где это Бусар? Далече от вашего замка-то?
Стефка пожала плечами:
— Первый раз слышу про такой город.
Но Бильяна не смутилась:
— Ничего, дальше поплывем. Глядишь, какой-никакой замок и появится.
Стефка устала. Вот-вот опустятся сумерки, а они все плывут по реке, которая уносит их неведомо куда.
— Бильяна, давай сойдем на берег. Я устала.
— Обождите, госпожица. Вот еще чуть дальше уйдем. Чтоб уж наверняка господин не нагнал нас.
Берег ужа давно не радовал разнообразием. Да и солнце скрылось. Заметно похолодало. Но и селений, как назло, не попадалось больше по пути. Того и гляди, на голом берегу провести ночь придется.
Но вот, уже в поздних сумерках, на берегу показалось небольшое селение. Стефка насчитала шесть домов и выдохнула: наконец-то. Она уже мечтала, как вытянется на перине, да разомнет затекшие ноги.
Но когда они подошли к крайнему дому, сразу почувствовали что-то неладное. Слишком тихо. Даже собаки не лают. Только ветер шумит. Бильяна посмотрела на темные окна других домов: нигде не видно света от свечи.
— Видать, брошенное селение, госпожица. Ушли люди отсюда. Ну, так может и к лучшему? Никто нас не побеспокоит?
Бильяна храбро отворила дверь крайнего дома и вошла в темноту. Стефка поспешила за ней. В доме, как ни странно, не было запустения и разрухи. Возле печи лежала вязанка дров. На столе возле окна с открытыми ставнями Бильяна нашла свечу и быстро зажгла огонь. Потом быстро и ловко развела огонь в печи и Стефка уселась возле, чтобы быстрее согреться. Госпожицу клонило в сон, и ей не было никакого дела до того, почему люди бросили свои дома. А Бильяна меж тем быстро закрыла ставни изнутри накрепко и даже дверь на засов. Потом стала ворошить тряпье на полатях, и вдруг что-то упало с полатей к её ногам с громким стуком и покатилось по полу. Стефка очнулась и, зевая, спросила:
— Что там, Бильяна.
А служанка вдруг замерла и, глядя на пол, громко охнула. А потом подскочила к Стефке и стала её тормошить:
— Госпожица, нам лучше уйти отсюда подобру-поздорову. Зря мы здесь остановились.
Но Стефка не хотела никуда идти:
— Бильяна, да что случилось? Ты же сама говорила, что нам тут никто не помешает! Ночью плыть по реке?
Но служанка вся тряслась и указала рукой на темнеющий предмет на полу:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Госпожица, вы знаете что это? Это осиновый кол! А вон там над дверью, я только сейчас заприметила: связка чеснока висит!
Стефка непонимающе посмотрела на Бильяну:
— Ну и что? Чеснок и кол, что в этом ужасного?
Бильяна посмотрела на госпожицу как на безумную:
— Да вы что? Это же верные признаки того, что неподалеку упыри водятся. Потому и люди ушли. А может и не ушли, а в упырей превратились…
Стефка побледнела и схватилась за руку служанки:
— А ты уверена?
Бильяна громко вздохнула:
— Еще бы. У меня так вся семья сгинула. У нас в селе люди пропадать начали. Потом и дочка моя пропала. Вернулась неделю спустя. Я сразу поняла, что это уже не моя дочь. А муж не поверил мне, вышел к ней из дома. И поплатился за это жизнью. Так что надо уходить отсюда, госпожица.
Но стоило им выйти за порог и сделать несколько шагов, как Бильяна остановилась и толкнула госпожицу назад:
— Опоздали…
В нескольких метрах от них стояла молодая девушка. Свет луны освещал её бледную кожу, красные глаза и растрепанные косы. Она посмотрела на Бильяну и оскалилась, обнажая клыки.
Глава 23
От скрежета когтей по двери у Бильяны и Стефки душа ушла в пятки. По ту сторону бесновалась упыриха. Она то визжала, то рычала и пыталась выломать дверь, чтобы добраться до жертвы. На пару мгновений все стихло, а потом рычание и скрежет послышались со стороны окна. Нежить пыталась оторвать ставни, и Стефке показалось, что упыриха добьется своего. Когда один из ставней покосился, и в образовавшуюся щель стала видна оскаленная пасть нежити, госпожица прижалась к Бильяне:
— Что нам делать?
— Молиться…
Сама Бильяна сжимала в руках осиновый кол, но по тому, как сильно тряслись её руки, было ясно — женщина не справится с упырем. Стефка схватила связку чеснока, не представляя, как её применить против нежити. Оторвав одну головку, она бросила её в окно, попав прямо в лоб упырихе. Но эти действия только разозлили ту. С еще большим рычанием она оторвала, наконец, один ставень и просунула в дом свою голову.
Поздним вечером, окрыленный Димитр, повернув перстень, оказался в Стэллии, у ворот дома Лияны Розовски. В его руках было письмо от Грегори Майстора, в котором он просил свою родственницу незамедлительно отправить Стефку домой. А заодно и приглашал Леяну и Витана Розовски на свадьбу дочери.
Димитр уже предвкушал встречу со своей невестой. Но когда его провели в дом, и к нему навстречу вышел Витан, целитель удивился.
— У меня письмо от Грегори Майстора госпоже Розовски.
Витан смерил Димитра неприязненным взглядом:
— И ты еще осмелился явиться?
— А почему нет? Я жених Стефки, привез письмо от её отца, в котором он сообщает о скорой свадьбе.
Витан вырвал письмо из рук целителя и, разломав печать, развернул. На лице некроманта промелькнуло удивление:
— Ничего не понимаю. Если Грегори не против вашей свадьбы, зачем ты похитил Стефку?
Димитр побледнел:
— В каком смысле? Стефку похитили?!
Витан бросил письмо на стол:
— Не делай из меня дурака, мальчишка. А ну признавайся, где Стефка?
Некромант хотел схватить Димитра за шиворот, но целитель отбросил его руку и потянулся к перстню, чтобы перенестись к Стефке, где бы она не была. В тот момент, когда он поворачивал перстень, рука некроманта вцепилась в его плечо.
Нежить осклабилась и протянула руки с черными когтями. Оба ставня валялись на земле, и теперь ничто не могло спасти Стефку и Бильяну от острых клыков упыря. На шее Стефки висела связка чеснока, которую на госпожицу надела Бильяна. Сама служанка в руках держала кочергу, которой отмахивалась от загребущих рук упырихи. С визгом нежить бросилась вперед, но тут же со стороны окна раздался громкий окрик:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
