Здесь же, атмосфера была не бурной и яркой, она просто была светлой, насыщенной какой-то созидательной энергией, которую так и хочется куда-то пристроить или выплеснуть.
Вон и девушка меня поняла. Довольно симпатичная мириаланка, с зеленым цветом кожи, характерными для их расы татуировками как на лице, так и на руках. Одетая в простую майку без рукавов, она сидела на краю фонтана и тихо напевала о тех, кто ушел в Силу. И вроде бы песня была грустной, ведь воспеваются умершие, но в тоже время она несла теплоту и умиротворение, будоража в воспоминаниях те теплые и дорогие тебе моменты жизни.
— Шейд?
— …
— Шейд! — меня толкнули в плечо.
— А, да? — оборачиваюсь к Вес. — Прости, завис.
— И не удивительно, — вмешался в разговор новый голос. Я настолько залип, что совершенно забыл о том, чтобы следить за окружением. Обернувшись, мы увидели рядом с нами одетого в рясу селката, со сложенными в замок руками, спрятанными в рукава рясы. — Здесь, в этих стенах, мы затрагиваем сами струны души. Добро пожаловать в Бодхи, храм искусств, молодые странники. Я — Мастер Ланирон, — учтиво поклонился мастер.
— Шейд Аеро, — так же кланяюсь в ответ.
— Зенг Базекс.
— И Фенг Базекс, — поклонились близнецы.
— Gra-u-rr-a.
— Вессира Рова.
— Рамира Урана.
— Рад видеть новых странников у нас в гостях, — совершенно искренне сказал селкат. Причем он даже не старался прятать своих чувств, а это для Дже’Дайия нонсенс.
— Простите, мастер, вы сказали, что здесь вы затрагиваете струны души. Это техника Силы? — подалась вперед Рамира.
— Что? Нет-нет, вовсе нет. Все куда как прозаичнее и проще. Да, мы постигаем с помощью искусства Силу. Но главная особенность этого места в том, что Сила лишь дополняет ту или иную форму искусства. Например, музыка. Закладывая в слова и мелодию смысл, эмоции, мы закрепляем и усиливаем их Силой, получая в итоге нечто большее. Сила для нас, это как особый набор красок или инструментов, которые могут гармонично вписаться в совершенно любое творение.
— Интересно звучит, — Фенг посмотрел на девушку у фонтана, которая уже перестала петь и с толикой интереса рассматривала нашу компанию.
— Вы даже не представляете насколько. А касательно вашего вопроса, юная леди, — селкат повернулся к Рамире. — Есть такая поговорка, музыка — отражение души. Она подобна зеркалу, отражает то, что сейчас внутри тебя. И если у тебя есть рана… она способна её залечить, или хотя бы облегчить. И прошу заметить, что даже Сила на такое не способна.
— Жаль, что не все это понимают, — договариваю за мастером, и на его удивленный взгляд поясняю: — Я обратил внимание, что в храме маловато народу.
— Да… все больше юных Дже’дайев интересуют храмы Цигун Кеш и Акер Кеш.
— Ну, так ведь там можно сбросить пар, — пожимаю плечами.
— Его можно не сбрасывать, а направить в созидательное русло, — поправил меня Мастер. — Что-то мы заговорились, вы должно быть хотите отдохнуть.
— Нет, что вы Мастер, только вещи скинуть куда-нибудь, — тут же ответила Вес.
— О! Тогда прошу за мной. Сейчас я покажу вам свободные комнаты, занимайте любые. А затем проведу небольшую экскурсию по храму.
— Argu-r-r-a?
— Вовсе нет, вы не отвлекаете меня от занятий. Мои ученики сейчас находятся в творческом порыве и выйдут из него явно не скоро. Собственно, поэтому я и решил прогуляться.
Так, определив рапторов в отведенные для них стойла, мастер повел нас по храму. Из четырех домов, два были отведены под жилые, в то время как другие два — под рабочие залы. Следуя по коридорам с высокими потолками, я поражался отличиям храмов исскуства и равновесия. Здесь прямо на стенах были вырезаны целые картины, на углах и перекрестках стояли то статуи, то невиданные мною даже в ботаническом справочнике растения.
А еще комнаты. Нам так же были предоставлены личные апартаменты каждому, но здесь они выглядели более презентабельно. Стены с качественной изоляцией на случай, если кто-нибудь решит помузицировать, большая кровать, где можно и втроем уместиться, диван, стол, кресло, два шкафа, плюс две тумбы. В столе нашлись принадлежности, в одном из шкафов лежали инструменты, нашлась здесь и ненавистная мною подушка для медитаций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но самое главное, у каждого был холодильник! Да, небольшой. Но личный! Свой! И специальный разогревательный прибор на манер микроволновки. Ну не красота ли? Я здесь от силы пару часов, а уже люблю это место.
Когда разместили вещи, экскурсия продолжилась. Мастер Линирон был истинным фанатом своего дела, а еще любителем поговорить. Заглядывая в залы для тренировок, мастер подробно пояснял нам за инструменты, объяснял тонкости взаимодействия с Силой и охотно отвечал на все возникающие в процессе вопросы. Но когда у нас кончились вопросы, у него остались ответы!
Не сказать, что мы были этому не рады. Нет. Как-то так вышло, что мастер Ланирон рассказывал то что нужно, в том ключе который нам интересен. Сразу видно опытного мастера, знает, чем надо грузить новеньких, а что может обождать.
В процесс экскурсии мы смотрели за работой учеников и параллельно нам предлагали попробовать себя в деле. Так, сегодня я побывал скульптором и глиномесом, а на следующий день попытался стать художником. Именно что попытался, так как моя абракадабра — это просто треш.
Попробовал себя и в роли архитектора. Просто по приколу. Нарисовал лучше, линейка — тащит, но сам чертеж был признан мало того, что странным, так еще нежизнеспособным. За этим последовала попытка сделать из нас писателей. Здесь мы потеряли Гриса, так как вуки наотрез отказался покидать кружок маньяков пера и бумаги. Для себя же я понял, насколько писатели, поэты и прочие бумагомаратели страшные существа! С таким пять минут поговоришь, так себя таким придурком сразу чувствуешь — кошмар. А еще они все психи. Точно-точно психи, вот Силой клянусь!
Смысл же всего этого брожения был в том, чтобы мы нашли то, что нам по душе. Так сказать, увидели, послушали, пощупали и заинтересовались. Так, Вес зацепилась за музыку. В лапках струнная фигня, напоминающая гитару, вместо медиатора коготок. Сидит, бренчит, счастьем сияет. А с её неординарным чуть-чуть рычащим или вернее говорить, мурлыкающим голосом, песни выходят с особой изюминкой.
Рамира как ни странно, заинтересовалась работой по скульптурам. Достаточно сюрреалистично наблюдать за тем, как миниатюрная фигурка, со здоровенным молотком и зубилом в руках, отбивает от гранита куски. Рисовать она уже умела и любила, так что сделать чертеж статуэтки особо проблем не составило.
На этом все. Я, Зенг и Фенг оказались к искусству не приспособлены. Чего бы мы не касались, оно нас не трогало, так еще из рук валилось. Конечно, мастер Ланирон который взял нашу группу под свою опеку этому был несколько раздосадован, но его порадовал наш восторг и любопытство, с которым мы все равно его теребили. Интересно же узнать, как Сила влияет на те же картины, а затем на разумных!
Так что отсутствие занятий, не мешало нам ходить и наслаждаться работой других! А еще, может художник я и хреновый, но раз мы тут остановились, решил взять несколько уроков по рисованию. А то меня до сих пор стыд гложет, когда Ирбис мне мои же эскизы перерисовывал.
Но, а если говорить в целом, Бодхи мне понравился. Наверное, это можно было бы сравнить с курортом, куда ты приезжаешь отдохнуть душой. Ученики в массе своей снимали свои барьеры с эмоций, как и мастера, а еще здесь запросто можно было забыться, где ты находишься. Словно ты не на Тайтоне, а где-то в другом мире, где все тихо, спокойно и вообще ляпота.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А на фоне Чикагу, здесь вообще рай внеземной, где народ адекватен и вместо грызни друг с другом, просто творит, просто потому что им самим это по кайфу, без погони за славой, или признанием. Вырученных же с продажи произведений более чем хватает для жизни, да и после окончания обучения, на том же Калимаре подобные творцы будут ой как в цене. Тем более, что их в принципе мало и никакой конкуренцией здесь даже не пахнет.
