Мысленный приказ послал Фурию легкой трусцой вправо, вдоль стенки зала, и как только пристальное внимание Хранительницы переместилось на новую угрозу, и она сделала шаг в сторону дикоши, я бросился в атаку, как в омут. Не утону — значит, выплыву. Дистанционные заклинания я оставил про запас — понадобятся, чтобы отбиться, если произойдет осечка с наскоро созревшим планом. Проскочив мимо демоницы, я резко развернулся на пятках и обеими руками обрушил клинок на Сердце, вложив в удар "Обжигающую вспышку" и всю силу, что имелась. До капли.
И жуткая отдача едва меня не прикончила вместо суккубы.
Клинок отлетел от поверхности Сердца, как шарик пинг — понга от стола. Удар заставил откинуть голову и сделать два шага назад, чтобы удержать равновесие. Тупая задняя кромка клинка раздробила переносицу и наискось рассекла лоб. До кости. Боль пронзила до пят, хлынувшая из раны кровь залила глаза, но все же я как‑то умудрился выхватить частью сознания нужный обрывок лога:
Зубоскал > Хранительница Сердца: 0 ед. урона силой оружия (203 — поглощено)!
Зубоскал > Хранительница Сердца: 0 ед. урона Огнем (247 — поглощено)!
Пока жива Хранительница, на Сердце наложена абсолютная защита! Но теперь уже ничего не переиграть, и у меня лишь одна попытка исправить ситуацию… Я резко встряхнул головой, веером разбрасывая капли крови, и все же приказ пришлось отдавать почти вслепую:
"Взрывная атака"!
Прервав отвлекающий маневр, Фурия развернулась и с рыком бросилась в бой, чтобы дать мне драгоценные секунды прийти в себя. Но демоница успела раньше и продемонстрировала, на что способен ее двадцатый уровень. От ее яростного вопля зазвенело в ушах, а тело на секунду оцепенело от наложенной "Контузии". Хранительница юлой крутанулась вокруг оси, и ее длиннющий хвост, разворачиваясь как трехметровый хлыст, размылся в воздухе от бешеной скорости. Ни отскочить, ни уклониться возможности не было. Я почувствовал, как крушатся кости, и как меня сломанной куклой швыряет на стену.
Миг забытья вырвал из схватки.
Как только сознание прояснилось, возвращаясь, словно после тяжкого похмелья, я обнаружил, что валяюсь на земле. И еще не очухавшись толком, сразу зашарил рукой возле себя, пытаясь отыскать меч. А демоница неторопливо шла ко мне, плавно покачивая бедрами и размахивая хвостом. В ее глазах горел гнев и презрение. И желание прикончить непрошенного гостя, забрать его душу. И стук копыт доносился все отчетливее, но сознание все еще плыло от контузии, и я никак не мог сообразить, что сделать дальше… Где же Фурия… Почему она не сражается…
Отчаянно вереща от страха, Кроха зависла над головой Хранительницы и применила свой излюбленный прием — высыпала на нее волшебную пыльцу. Демоница лишь досадливо отмахнулась от фейри, и Кроха едва успела юркнуть в сторону, чтобы не угодить в ее цепкие когти, как воробей в лапу кошки. Первый раз на моей памяти это не сработало…
Действие "Синергетического эффекта" прервано. Требуется энергия.
Я попробовал вскочить, чтобы встретить противника лицом к лицу, пусть даже голыми руками, но левая нога подломилась, и я снова осел на землю. И не веря своим глазам, уставился на изуродованную голень — по ней словно прошелся ломик. Из‑под пробитой скорлупы поножей совершенно жутким образом проглядывало окровавленное месиво плоти, а из него торчал обломок кости.
Где же, черт побери, Фурия…
Наконец взгляд ее отыскал. Дикоша, пошатываясь и прихрамывая на две из четырех лап, через силу выбиралась из‑за Сердца. Она тяжело дышала, ее узкие глаза туманились болью. Ей тоже досталось сполна, не помогла и "Взрывная атака". Тонус в красной черте, и "Метаморф" теперь невозможен.
Только я сам мог сейчас хоть как‑то спасти положение.
Почти не соображая, что делаю, я вскинул руку, взяв в прицел приближающуюся Хранительницу. Но рука замерла в замахе в последнее мгновенье.
"Душелов"…
Он же игнорирует любую защиту цели.
А значит…
А значит, это джек — пот, дери вас за ногу!
И призрачный кинжал полетел прямиком в Сердце. Без малейшего сопротивления пробив скорлупу, он погрузился в него полностью. Хранительница, почуяв неладное, резко обернулась, увидела призрачную нить, по которой перекачивалась из Сердца жизненная энергия к врагу, и изумленно ахнула. Таким же рывком ее пылающий гневом взгляд вернулся ко мне, и ее жуткий хвост снова пришел в движение. Тяжело дыша, я снова вскинул руку… В глубине ладони затлел огонек и угас. "Копье Пламени" выдало осечку, моя жизненная энергия была на исходе, и перед глазами, несмотря вливание энергии со стороны, нарастала багровая муть. Слишком медленно. Сердце расставалось со своей жизненной силой нехотя, отдавая куда меньше, чем я рассчитывал — сущие крохи. Я инстинктивно сжался в предчувствии неотвратимого удара, надеясь, что успею хотя бы откатиться в сторону….
Думаю, она бы меня прикончила этим ударом, если бы в тот момент до нее не добралась Фурия. Жало на кончике хвоста дикоши, метнувшись с силой выстрела из арбалета, впилось демонице в спину, всаживая "Смертельный укол". И та снова закричала, еще пронзительнее прежнего, выгибаясь дугой от боли. Крик нарастал и нарастал, удар звуковой волны подхватил и бросил на стену, в глазах опять померкло…
Возвращаться из пограничного состояния второй раз было намного тяжелее.
На фоне царящего вокруг мрака мигали зеленым строки результатов боя и полученных достижений, но на изучение инфы не было ни сил, ни желания, ни возможности. Вокруг происходило нечто фатальное. Стоял оглушающий треск, что‑то рушилось, все кругом находилось в хаотичном движении. Крупное сильное тело мелькнуло перед глазами, послышался тревожный рык и в предплечье впились клыки. Дикоша. Я ощутил ее страх, ее горячее желание убраться отсюда, и как только ухватился за подставленный загривок, Фурия рванула куда‑то вверх. Я тут же обнял дикошу за шею покрепче, навалившись на нее всем телом, а она принялась карабкаться вертикально по осыпающейся стене, в отчаянной попытке спастись от чего‑то жуткого позади. Путеводным маяком в метре впереди зависла Кроха, указывая направление. Когда последним судорожным рывком дикоша вытащила нас обоих из смертельной западни, в которую после гибели Сердца превратилось разрушающееся логово, пальцы все же соскользнули с грязной, свалявшейся шерсти помощницы. Я зарылся лицом в снег, тут же вскочил на колени, оглядываясь назад и силясь разглядеть выход сквозь воющую вокруг, остервенело накинувшуюся на нас метель. Несмотря на наступившую снаружи ночь и беснующуюся непогоду — точь в точь день моего прибытия в Лунную Радугу, увидел я достаточно. На заснеженной целине зиял огромный пролом, метров двадцать в диаметре. А в глубине этого пролома, затягивая его и поглощая осыпавшуюся почву, камни и снег, бешено кипели тысячи черно — красных побегов. Картина чужеродной жизни игровых механизмов. Что‑то мелькнуло там, в этом словно кишащем гигантскими червями отстойнике, какое‑то иное движение. То ли взмах руки, то ли… И сверкнули, исчезая, два красных огонька. И кажется, послышался стон. Хранительница? Скорее всего, все это померещилось. Никакое существо сейчас не способно выбраться оттуда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
