Моим начальником штаба был капитан 1 ранга Н.Э. Фельдман, опытный офицер, артиллерист по специальности. Служил на линейных кораблях. Очень хорошо знал морскую службу. Умело организовал штабную службу. В нем сочетались отличные знания специалиста и штабного работника, что необходимо было для организации вопросов взаимодействия частей, входящих в подчинение КМОРа. Штаб представлял дружный рабочий сплоченный коллектив. Все требования, которые ему предъявлялись, разрабатывал качественно и в срок. Анализ событий без преувеличения обрабатывался с выводами и предложениями. Держал под контролем отданные распоряжения.
Ближайшими моими помощниками были: командующий береговой обороной по артиллерии генерал-лейтенант Иннокентий Степанович Мушнов, сухопутной обороной И.Н. Кузьмичев. Большую помощь оказывали партийно-политические организации, которыми руководил генерал-майор Г.Ф. Быстриков.
Штабу принадлежит большая заслуга в разработке тщательной маскировки всех объектов, как базирование подлодок, так и других имеющих жизненно-важное значение для города.
Добрым словом необходимо помянуть тыл КМОРа. Подполковник П.М. Гарцов, капитан 3-го ранга Ноянов. Его работники: офицеры и служащие трудились в очень сложных условиях. Проявляя высокий патриотический долг, они самоотверженно трудились, не считаясь со временем. Посещали мастерские, где готовили боезапас, мины, торпеды для подводных лодок. Готовили средства для конвоев, восстанавливали разрушенные объекты и вели многие другие работы.
Однако, их главной задачей оставалось осуществление воинских перевозок, боеприпасов, горючего, продовольствия. В первую очередь тыл был обязан обеспечить всем необходимым островные военно-морские базы. Личного состава не хватало. На отдельных буксирах плавали подростки 14–15 лет. Эти ребята отлично изучили специальности: рулевых, сигнальщиков, матросов и машинистов.
Какая в это время сложилась обстановка под Ленинградом?
Враг был остановлен, не допущен в Ленинград. В этом немалая заслуга всей частей и соединений Краснознаменного Балтийского флота. Продолжалась блокада города Ленина с суши. Систематически велись ожесточенные обстрелы. На Карельском перешейке 23 армия вела тяжелые бои. На этом направлении эффективную помощь нашим войскам оказывали артиллерийским огнем своих пушек боевые корабли Ленинграда и береговая артиллерия Кронштадта и Осиновца, Ладожской военной флотилии и Ржевского морского полигона. Однако Кронштадт с моря не был блокирован.
Необходимо для продолжения своего рассказа о жизни и работе в Кронштадтском оборонительном районе показать роль коменданта города капитана 1 ранга Федора Михайловича Яковлева. Он заслуживает доброго слова за свою работу. Ф.М. Яковлев потомственный рабочий Кронштадтского морского завода. В февральские дни 1917 года совместно с рабочими завода принимал активное участие в революции. После Великой Октябрьской социалистической революции комиссаром в разных частях, кораблях и соединениях военно-морского флота. В 1942 году был назначен комендантом города Кронштадта. Здесь раскрылись его политические и военные способности, как строевого командира, в работе с людьми. Почти во всех частях гарнизона, с разным контингентом (были девушки матросы и солидные по годам матросы и солдаты). Порядок в городе отвечал всем требованиям гарнизонной службы. Ему мог бы позавидовать каждый начальник части и в настоящее время. Этой работой Ф.М. Яковлев отдавал все свои знания и опыт. Смелый, решительный он любил свое дело и жид только им. Когда он отдыхал, сказать было трудно. При всех событиях в городе, он всегда был там первый. Противник часто обстреливал город, были налеты авиации. Комендант города всегда успевал побывать на месте и принять меры, не дожидаясь приезда старших начальников. В зимнее время часто подвергались обстрелу Ледовая дорога Лисий Нос – Кронштадт – Ораниенбаум. Федор Михайлович обязательно успевал проверить ее состояние, если нужно закрывал или делал объезды. Пропускной режим, гарнизонная караульная служба всегда отвечали требованиям Устава. Когда потребовалось в 1943 году перевезти по Ледовой дороге 2-ю ударную армию Лисий Нос – Ораниенбаум, Яковлев возглавил комендантскую службу движения автоколонн и порядок на ней.
Мне приходилось бывать на флотах во многих военно-морских базах, но таких комендантов встречал очень редко, чтобы так любили, знали свое дело и поддерживали гарнизонный порядок в дни массовых увольнений. Не плохо было бы, чтобы в военно-морских базах был и теперь порядок времени 1942–1944 годов как в Кронштадте. Комендант Ф.М. Яковлев вложил в свою работу все свое партийно-политическое знание, которым руководствовался в работе – отсюда и результаты. Все зависит от руководства военно-морских баз.
Мне вспоминаются времена 1913–1914 года, когда я был в школе юнгов в Кронштадте. Тогда военным губернатором и комендантом был вице-адмирал Вирен, при его командовании такой порядок существовал в городе, но в нем преобладал царский деспотизм.
Когда адмирал Н. Кузнецов был Наркомом, тов. Сталин указывал ему завести в военных базах виреновский порядок. Но для этого нужно снять виреновскую монархическую ржавчину и царский деспотизм самодержавия, заменив его нашим советским укладом жизни, воинским порядком и дисциплиной, уважением и любовью к матросу и солдату. Не забывать и гражданское население базы. До войны этого не успели сделать, а после войны тов. Сталин опять напомнил Н. Кузнецову завести порядок виреновский в военно-морских базах.
На удерживаемом нами Ораниенбаумском плацдарме действовала 42-я стрелковая дивизия, 2 и 3 бригады морской пехоты.
Потеряв в 1941 году военно-морские базы: Либаву, Таллин, Монзундские острова и Ханко, Краснознаменный Балтийский флот был сосредоточен в ограниченном районе в восточной части Финского залива.
В ожесточенных боях 1941 года Краснознаменный Балтийский флот потерял не только военно-морские базы. Около 75 процентов боевого состава авиации, которая начинала войну, было потеряно в сражениях 1941 года.
В трудном августовском прорыве кораблей Балтийского флота из Таллина и других баз в Кронштадт и Ленинград были серьезные и большие потери. Об этом будут писать историки, изучая и анализируя события того времени. Однако личный состав флота в морских бригадах и корабельная артиллерия сделали все, чтобы оказать необходимую помощь Ленинградскому фронту. Враг был остановлен и вынужден зарываться в землю.
Мне как артиллеристу знакомы и понятны события, в которых артиллерия принимает участие. Корабли, стоявшие в Ленинграде, их корабельная артиллерия при защите города выполняла роль резерва командования фронта. Ее включали в действия на самых важных и опасных направлениях. Начальником артиллерии, морской, корабельной и береговой был контр-адмирал И.И. Грен. Он имел свой штаб, где концентрировались все сведения и велся счет всего боезапаса. В этом штабе опытными артиллеристами решались где и сколько какого калибра можно использовать боезапаса. Количество стволов в ведении штаба И.И. Грена было не менее 400 пушек разных калибров от 406 миллиметров морского полигона и 305–100 корабельной и береговой артиллерии. В общей сложности флот израсходовал более 167 тысяч снарядов. Снаряды приходилось расходовать экономно, с учетом блокадного периода.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
