Женщина могла без труда заставить джентльмена обманным путем жениться на ней. Ей следовало только закрыть нужную дверь или спланировать поцелуй в нужное время, и внезапно джентльмен оказывался связанным по рукам и ногам, ограниченным в своих действиях или даже побежденным своим чувством долга. Это как принести свою веревку на виселицу, полагал Хантер.
Намного сложнее было повесить мужчину без этой веревки.
Слишком сложно для мисс Уиллори, как оказалось. Она взглянула на дверь еще раз, потом фыркнула и надменно заявила:
— Я не имею ни малейшего представления, сколько вы выпили сегодня вечером, мистер Хантер, но советую вам на будущее ограничивать количество выпитого.
Он вернулся к чтению книги:
— Я подумаю над этим.
— Учитывая, что вы явно сильно пьяны, я постараюсь забыть об этом пустом разговоре к утру.
— Я думаю, осталось минуты две.
Она повернулась к двери:
— Спокойной ночи, мистер Хантер.
— Мисс Уиллори…
17
Когда яркий солнечный свет позднего утра настойчиво пробивался через окна, Кейт взглянула на дверь в гостиную десятый раз за последние полчаса. «Десять, — успокоила она себя, — вполне приемлемое количество взглядов. По крайней мере, пока что, так как, вроде бы, никто из гостей, находящихся в комнате, этого не заметил». Среди этих гостей не было Хантера, поэтому она продолжала то и дело поглядывать на дверь.
У нее не было возможности еще раз поговорить с ним наедине прошлым вечером, и ей не хватало его с завтрака. Уехал в Иберстон на рассвете, со слов Уита. Решив не думать о причине его отъезда, она удалилась в свою комнату, намереваясь сочинять музыку. Через три часа она вышла и направилась в музыкальную комнату, чтобы сыграть первую часть новой сонатины.
Она думала, что ей придется играть стоя, но, к ее удивлению и восторгу, перед инструментом стояла современная новая скамья для фортепиано. Узнав от служанки, что это Хантер купил ее, Кейт пошла прямиком в гостиную, где с тех пор ждала его прихода. Безусловно, мужчина не собирается провести весь день в своей комнате.
— Вы бы хотели сыграть партию в шахматы, леди Кейт?
Кейт оторвала взгляд от своих нот, услышав вопрос лорда Брентворта. Он был очень внимателен к ней прошлым вечером в гостиной и утром за завтраком, а сегодня он решил остаться с джентльменами, дома, вместо того чтобы уйти с ними на целый день. Он явно пытался внести изменения в распорядок дня из-за несчастного случая со скамьей для фортепиано, и у Кейт не хватило смелости сказать ему, что в данный момент ее не очень интересует игра в шахматы и что он сделал бы ей одолжение, если бы увел джентльменов из дома на весь день. Особенно лорда Мартина и мистера Лори, которые наблюдали за ней через всю комнату. Первый с большим интересом, чем полагалось, учитывая, что он разговаривал с мисс Уиллори.
— Партия в шахматы — это чудесно, — вежливо ответила она.
— Прекрасно, мой сын только что выразил желание сыграть, — сказал лорд Брентворт и кивком указал на лорда Мартина. — Мартин, Мартин, мальчик мой, иди сюда и сыграй партию с леди Кейт.
Это застало Кейт врасплох, и она напрягла мозги, подыскивая причину отказаться от игры.
— О, э…
Она осмотрела комнату, как будто кто-нибудь или что-нибудь в ней могло вдохновить ее, но напрасно.
О, проклятье! Ей придется играть. Не было возможности отказаться, не обидев лорда Брентворта, или лорда Мартина, или их обоих.
Ей удалось выдавить из себя то, что, как она надеялась, сойдет за улыбку, но она опасалась, что на самом деле это было больше похоже на гримасу недовольства. Тем временем отец и сын, поставив на столик доску, расставляли на ней шахматные фигуры. Она ненавидела играть в шахматы с лордом Мартином. Этот человек был ужасным противником. Он умудрялся получить шах по крайней мере один раз за игру и, похоже, полагал, что проиграть женщине меньше чем за десять ходов вполне приемлемо, если эти десять ходов делались в течение нескольких часов. Она никогда не встречала человека, которому требовалось такое огромное количество времени, чтобы сделать ход.
Она очень надеялась, что неприятный случай в музыкальной комнате поубавит его интерес к ней. Однако же, если человек не потерял интерес после более чем трех лет явного отсутствия интереса с ее стороны и двух ее отказов, сломанная скамья для фортепиано не могла повлиять на его отношение к ней.
— Это замечательно, не так ли? — заметил лорд Мартин, садясь.
— М-м… — едва удалось ей выдавить.
— Мы мало проводили времени вместе последние несколько дней.
— Полагаю, что да.
Вот это действительно было замечательно.
— Вы были заняты.
Она еле удержалась от того, чтобы поднять бровь в ответ на его капризный тон. Он ревновал. Сильно ревновал — надутые губы были признаком этого. Она обдумала это, для начала сделав ход пешкой. Люди часто ведут себя опрометчиво и безрассудно, когда ревнуют, что уже говорить о лорде Мартине, и без того не блещущем умом.
«Ты этого не сделаешь», — сказала она себе. Ей действительно не следовало этого делать.
О, но это такая идеальная возможность! И она не нарушит обещание, данное Хантеру, и не собирается. Она старалась держаться на расстоянии от лорда Мартина и не пыталась вытянуть из него информацию. Она хотела всего лишь подтолкнуть его, что было совершенно другое дело. При сложившихся обстоятельствах этому невозможно было противостоять.
— Я была сильно обеспокоена, — сказала она, легонько вздохнув. — До дня рождения моего брата осталось только несколько недель, а я еще не нашла подходящего подарка. — Это не было полной неправдой. День рождения Уита действительно приближался, и она еще не решила, что подарит ему. Тот факт, что ее нисколько не беспокоило это, был несущественной деталью.
Губы лорда Мартина растянулись в приятной улыбке.
— Ну, я уверен, вы придумаете что-нибудь. — Он перевел взгляд на шахматную доску. — Попросите вашу матушку купить подарок для него.
Ей хотелось заметить, что тогда подарок будет не от нее, но она знала, что это не направит разговор в нужное для нее русло.
— Возможно, так и сделаю, только я надеялась придумать что-нибудь сама. Может, подарить новую булавку для галстука? Что вы думаете по этому поводу?
— Я уверен, это вполне подходящий вариант. Я только что купил…
— О, подходящее не годится. Не для Уита. Это должно быть что-нибудь особенное. А как насчет новых носовых платков? Я могла бы вышить их. — Она покачала головой и сказала, прежде чем он как-то прореагировал: — Нет, я дарила их ему два года назад. Хороший бренди? О, он оценил бы такой подарок. Жаль, что нельзя найти по разумной цене… — Она замолчала, как будто смущенная тем, что упомянула о деньгах. Она стала вертеть в пальцах свою пешку. — Неважно. Возможно, мне следует попросить мистера Хантера помочь мне выбрать новую шпагу вместо этого.
