Стали делать насыпь, чтобы, сровняв ее со стенами, ворваться в город. Тогда горожане подвели под нее подкоп и стали утаскивать землю, ссыпая ее потом на центральной городской площади. Но от лишних трудов и тех, и других избавил херсонесец по имени Анастас, который пустил в русский стан стрелу с запиской: ничего вы не добьетесь, пока не перекроете водоводы, которые текут прямо под вами, а исток их – у тех-то холмов.
Владимир, получив весточку, поклялся, глядя на небо: «Если город будет взят, я крещусь». Источник действительно оказался в указанном месте, Херсонес вынужден был сдаться. Владимир с дружиной вошел в город, но никакого насилия над жителями не допустил. Князь отправил в Константинополь послание императорам-соправителям Василию и Константину: «Я взял ваш славный город; слышу, что у вас сестра в девицах; если не отдадите ее за меня, то и с вашим городом (т. е. с Царьградом) будет то же, что и с Корсунью».
Полученный ответ гласил: «Не следует христианам отдавать родственниц своих за язычников; но если крестишься, то и сестру нашу получишь, и вместе Царствие Небесное, и с нами будешь единоверник. Если же не хочешь креститься, то не можем выдать сестры своей за тебя». Ответ великого князя был положителен. Посланцы императоров услышали: «Скажите царям, что я крещусь; и уж прежде испытал ваш закон, люба мне ваша вера и служенье, о которых мне рассказывали посланные вами мужи».
Очередное послание через Черное море из Царьграда в Херсонес: «Крестись, и тогда пошлем тебе сестру». Но на Руси уже знали особенности византийской дипломатии, знали, что подвоха следует ожидать на каждом шагу, а потому ответный ход исключал всякие возможные недоразумения: «Пусть те священники, которые придут с сестрою вашей, крестят меня».
Думается, только после этого царственные братья стали всерьез уговаривать сестру Анну пожертвовать собой ради византийской родины: «А что, если Бог обратит тобою Русскую землю в покаяние, а Греческую землю избавит от лютой рати. Видишь, сколько зла наделала Русь грекам?» В конце концов уговорили. Но: «Иду, точно в полон, – говорила она, – лучше бы мне здесь умереть».
Когда корабль с полной тоски и страха Анной прибыл в Херсонес, жители устроили ей торжественную встречу, но Владимира она застала в тяжком недуге – от боли в глазах он почти лишился зрения. Невеста стала внушать ему: крестись быстрее, только это тебя исцелит. Жених нашел в себе силы ответить: «Если в самом деле так случится, то по истине велик Бог христианский».
Прибывшие с принцессой епископ и священники, не откладывая, свершили обряд, «и когда возложили на него руки, то он вдруг прозрел; изумясь такому внезапному исцелению, Владимир сказал: «Теперь только я узнал истинного Бога!» В крещении князь принял имя Василий в честь византийского императора, ставшего вскоре его шурином. Став свидетелями свершившегося пред ними чуда, крестились и многие дружинники.
Вскоре был свершен христианский обряд венчания рабов Божьих Василия (т. е. Владимира) и Анны. Точных данных о том, сколько у них родилось детей и какова их судьба, нет. По сведениям Татищева (обычно достоверным), их дочь Мария (ум. 1087 г.) была женой польского короля Казимира I. Другая дочь, Феофана, предположительно была женой новгородского посадника Остромира. Возможно, их сыновьями были святые Борис и Глеб, принявшие венец страстотерпцев вскоре после смерти отца. Анна Византийская скончалась в 1011 г. в возрасте 49 лет.
После крещения Владимира были перенесены из Херсонеса в Киев мощи святых папы Климента и Фива, ученика его. Также были взяты необходимые для богослужений и молитв иконы и церковная утварь. Увезли также «двух медных идолов и четырех медных коней». Возможно, присланный из Константинополя, чтобы возглавить русскую церковь, митрополит Михаил присоединился к Владимиру уже в Херсонесе. С новобрачными в Киев отправились также прибывшие с Анной из Константинополя священники, а также тот самый Анастас, который… не скажем «предал свой город», но скажем с надеждой – «исполнил волю Божью». Херсонес Владимир вернул грекам «в вено за жену свою».
В честь своего крещения Владимир повелел возвести храм на торговой площади Херсонеса – на том высоком холме, который образовался из земли, добытой горожанами из подкопа под насыпь, возводимую осаждавшим их русским войском. Храм не сохранился, но раскопки 1820-х гг. обнаружили его фундамент. К 1878 г. по проекту архитектора Давида Ивановича Гримма на этом месте был возведен в византийском стиле прекрасный храм – Владимирский кафедральный собор. Это был один из любимых храмов Анны Ахматовой. Во время Великой Отечественной войны храм был сильно поврежден фашистами. Воссоздание храма было в основном завершено к 2004 г., он находится в ведении Русской православной церкви.
* * *Византийские и другие иноземные хроники сообщают версии событий, сильно отличающиеся не только от русских летописных, но и друг от друга, поэтому не стоит слишком доверять этим источникам только потому, что они не наши.
Так, можно читать, что император Василий II, воюя одновременно и с болгарами, и с арабами, да еще имея неурядицы по поводу собственного престола, выпрашивал у Владимира Святославича шеститысячное войско, обещая в благодарность выдать за него свою сестру Анну – при условии, что тот примет крещение и то же сделает весь его народ, «а они народ великий… И послал к нему император Василий впоследствии митрополита и епископов, и они крестили царя (великого князя. – А. Д.)… И когда решено между ними было дело о браке, прибыли войска русов также и соединились с войсками греков, которые были у императора Василия».
Как видите, ни о каком захвате Херсонеса речь здесь не ведется. По другой версии, заполучив русское войско, Василий II не спешил выдавать Анну за варвара, будто бы уже крещенного к тому времени, причем без участия византийской церкви (известный советский историк А. Г. Кузьмин на основании этого и других данных обосновал гипотезу, согласно которой Русь была крещена ирландской церковью). Это показалось Константинополю унизительным для него. Тогда и состоялся поход Владимира на Херсонес – чтобы поторопить императора.
Согласно еще одной версии, Владимир захватывал Херсонес не как враг, а как друг и союзник Византии: город присоединился к мятежу Варды Фоки и отложился от империи, а русские войска навели там порядок.
* * *После победного возвращения Владимира из Херсонеса в Киев в том же 988 г. произошло великое событие – русский народ стал христианским.
Вот как описано крещение Руси в «Повести временных лет»: «И когда пришел, повелел опрокинуть идолы – одних изрубить, а других сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы по Боричеву взводу к Ручью и приставил 12 мужей колотить его палками… для поругания беса, который обманывал людей в этом образе, – чтобы принял он возмездие от людей. Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли они еще святого крещения. И, притащив, кинули его в Днепр. И приставил Владимир к нему людей, сказав им: «Если пристанет где к берегу, отпихивайте его. А когда пройдет пороги, тогда только оставьте его»… Затем послал Владимир по всему городу сказать: «Если не придет кто завтра на реку – будь то богатый, или бедный, или нищий, или раб – будет мне врагом». Услышав это, с радостью пошли люди, ликуя и говоря: «Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре».
На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и консунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили (вероятно, уже крещеные наставляли остальных, как вести себя во время обряда. – А. Д.), попы же, стоя, совершали молитвы. И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасенных душ; а дьявол говорил, стеная: «Увы мне! Прогнан я отсюда!.. побежден я невеждой, а не апостолами и не мучениками; не смогу уже более царствовать в этих странах». Люди же, крестившись, разошлись по домам. Владимир же был рад, что познал Бога сам и люди его… приказал рубить церкви и ставить их по тем местам, где прежде стояли кумиры… И по другим городам стали ставить церкви и определять в них попов и приводить людей на крещение по всем городам и селам. Посылал он собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное. Матери же детей этих плакали о них; ибо не утвердились еще они в вере и плакали о них как о мертвых».
* * *Особенно ответственным делом было крещение Новгорода. В этом важнейшем для Руси богатом краю не стоило ждать такого почти что всеобщего воодушевления, как в Киеве и других южных городах, население которых давно имело представление о христианстве. Новгород, вообще Русский Север был оплотом славянского язычества, соседствуя с закоренелыми язычниками из балтских и особенно финских племен, славящихся своими колдунами-волхвами.
