Не углубляясь в исследование вопроса о том, были ли в состоянии выборные короли Польши ввести торговую систему, подобную той, какую исподволь установили наследственные короли Англии, позволим себе предположить, что они это выполнили; не ясно ли, что такая система принесла бы польской национальности богатые плоды? Благодаря большим и промышленным городам королевство стало бы наследственным, дворянству удобнее было бы принять участие в законодательстве в верхней палате и освободить своих крепостных; земледелие развилось бы так же, как в Англии, польское дворянство было бы теперь богато и почетно, и Польша была бы достаточно могущественна, хотя, может быть, и не в такой степени, как Англия, для того чтобы распространить свое влияние на отсталые народы Востока. Лишенная фабрично-заводской промышленности, она распалась на части. Сама собой она не стала промышленной страной и не могла бы стать такой, потому что ее силы были бы постоянно парализуемы опередившими ее в развитии нациями. Без протекционной системы и под влиянием свободной торговли с более культурными народами, предположив, что она сохранила бы свою самостоятельность до наших дней, она могла бы дойти лишь до захиревшего земледелия, не стала бы богатой и могущественной и не приобрела бы никакого политического влияния.
Тот факт, что фабрично-заводская промышленность превращает в производительные капиталы массу естественных сил и богатств, в значительной степени объясняет, почему протекционные меры влияют так могущественно на увеличение народного богатства. Проистекающее отсюда благосостояние — вовсе не химера, каковой являются последствия ограничительных мер, примененных к земледелию, — а чистая действительность. И по преимуществу земледельческий народ с того времени, когда он обращается к промышленности, вызывает к жизни до тех пор мертвые силы и придает ценность тем естественным богатствам, которые были совершенно обесценены.
***
Давно известно из наблюдений, что человек, и даже животное, совершенствуется физически и умственно посредством скрещивания рас и мало-помалу вырождается благодаря постоянному совершению браков в тесном кругу семейств, точно так же, как вырождается зерно, которым засевают один и тот же участок земли.
Этот же закон объясняет нам, почему во многих, но малочисленных диких или полудиких племенах Азии и Африки мужчины выбирают себе жен из чужого племени. Точно так же прекрасным подтверждением этого закона, мне кажется, служит опыт олигархов в маленьких муниципальных республиках, где, совершая браки всегда между собой, они почти на глазах вымирают или вырождаются.
Нельзя отрицать, что от соединения двух различных рас, почти без исключения, потомство выходит крепким и красивым; это замечание равно относится к скрещиванию белой и черной рас в третьем или четвертом поколении. Мне кажется, что по той же причине народы, происшедшие от частого, так сказать, освежения всей нации подобными скрещиваниями, превосходят другие нации силой ума и характера, крепостью и красотой тела89 .
Отсюда, кажется, мы вправе заключить, что люди вовсе не должны быть неизбежно так тяжелы на подъем, мешковаты и умственно ленивы, как те, которые живут под режимом тяжелого хлебопашества в маленьких селах, где ограниченное число семей в течение целых веков заключало браки только между собой, где в течение целых веков не появлялось ни одного новатора, где никому не приходило в голову изменить свои одежды, ввести новое орудие обработки или воспитать в себе новые идеи; где верх искусства заключается не в развитии своих умственных и физических сил для достижения возможно больших благ, а в способности вынести как можно больше лишений.
Этот порядок изменился в пользу улучшения человеческого рода в целой стране благодаря развитию фабрично-заводской промышленности. Громадная часть прироста земледельческого населения обращается к этой промышленности, и земледельцы различных местностей соединяются брачными узами между собой и с фабричным людом; таким образом, моральная, интеллектуальная и физическая апатия населения останавливается в своем развитии. Устанавливаемые фабрично-заводской промышленностью и проистекающие из нее торговые сношения между различными странами и местностями вливают новую кровь в целую нацию, в каждую общину и семью.
Фабрично-заводская промышленность оказывает не меньшее влияние на улучшение породы домашних животных. Везде, где процветали фабрики шерстяных материй, порода овец быстро и значительно улучшалась. Также землевладелец позаботится об улучшении породы рогатого скота там, где масса лиц, занятых фабричным производством, требует большого количества хорошего мяса. Настоятельный спрос на чистокровных лошадей непременно вызовет заботы об улучшении конской породы.
Выродившиеся в селах благодаря недостатку скрещивания породы домашних животных, бывшие совсем под стать своим глупым хозяевам, при таких условиях исчезают бесследно.
Производительные силы народов уже многим обязаны ввозу иностранных животных, связанному с улучшением местных пород, но еще больше следует потратить трудов на это дело. Известно, что шелковичные черви и все шелковое производство в Европе произошли из нескольких яичек, привезенных в Константинополь в царствование Константина греческими монахами из Китая, где вывоз шелковичных червей был строго воспрещен. Блистательной шерстяной мануфактурой Франция обязана ввозу тибетских коз. Приходится лишь пожалеть о том, что при ввозе животных из разных стран и при улучшении местных пород имелось в виду главным образом удовлетворение потребностям роскоши, а не развитие благосостояния массы. Путешественники уверяют, что в некоторых местностях Азии есть особая порода рогатого скота, у которой необыкновенная сила соединяется с быстротой бега, так что она с успехом могла бы заменить лошадь для езды и работы. Какую бы громадную пользу имели мелкие землевладельцы, если бы это животное было ввезено в Европу! Во сколько раз увеличились бы масса продовольствия, производительные силы и вообще благосостояние рабочего класса!
Улучшение и натурализация растительного царства в стране увеличивают гораздо более производительные силы народа, чем улучшение и натурализация животных. Разница при сравнении примитивных растений в том виде, как они являются на лоне природы, с теми их видами, которые прошли культуру, бросается в глаза. Как мало хлебные зерна, плоды, овощи и маслянистые растения первоначального вида походят как по внешности, так и по качеству на виды их, облагороженные культурой! Сколько они доставляли источников для питания, сколько удобств, сколько случаев полезному применению производства их! Картофель, репа, искусственные луга, обработанные с помощью удобрения и земледельческих орудий, удесятерили результаты хлебопашества сравнительно с теми, которые получают еще теперь азиатские народы.
Наука уже много поработала над изысканием новых растений и над улучшением их, но в интересах экономии правительства посвятили до сих пор этому делу далеко не столько внимания, сколько оно заслуживает. Еще не так давно, говорят, открыли в Северной Америке особый сорт травы, которая может дать на наихудшей почве гораздо больший доход, чем лучшие до сих пор известные кормовые травы на самой хорошей. Очень может быть, что в Америке, Африке, Азии и Австралии существует масса не известных еще науке трав, которые, переложенные и улучшенные на европейской почве, могли бы принести громадную пользу благосостоянию жителей умеренного пояса.
Очевидно, что все старания улучшить и натурализовать различные виды растительного царства и царства животных, все открытия в этом направлении, а также все другие успехи и изобретения клонятся главным образом к пользе государств умеренного климата вообще и промышленных стран в частности.
Глава XIX. Фабрично-заводская промышленность и инструментальные силы, или материальные капиталы страны
Нация черпает свою производительную энергию из умственных и физических сил отдельных лиц, или из социального положения и учреждений гражданских и политических, или из находящихся в их распоряжении естественных богатств, или, наконец, из тех орудий, которыми они располагают и которые являются сами по себе вещественными результатами предыдущих умственных и физических усилий, т. е. материальным капиталом земледельческим, мануфактурным и коммерческим.
В двух предыдущих главах мы трактовали о влиянии фабрично-заводской промышленности на три первых источника производительных сил страны; настоящая же глава и следующая посвящены влиянию этих источников на производительные силы.
То, что мы разумеем под термином «инструментальная сила», школа называет капиталом.
