– А если квартиру купила Ника?
– Ника – девушка не злая. Но она презирает сестру и считает ее чем-то вроде «гнилого семени», но все равно ее любит. Вообще-то у всех трех сестер – полный короб проблем. Они не похожи на хладнокровных убийц. Совсем не похожи.
– Давай дальше, – распорядилась Маша.
– Дальше?.. В нашей компании есть Роза Муратовна и ее сын Альберт. Альберт – аутист, он вообще ни на что не реагирует. Не расстается со своим «Тетрисом». Это такая игра, где нужно ловить падающие кирпичики…
– Да, я в курсе.
– Роза Муратовна, – продолжал Пак, – женщина спокойная. Она богатая, но какая-то… замученная. Я бы сильно удивился, если бы она организовала массовое убийство и потащила на бойню своего больного сына. Есть еще Максим Петрович. Он мой босс.
– И что ты о нем можешь сказать?
– Он хочет казаться хуже, чем есть. Но на самом деле человек совестливый и честный. Потеряв здоровье и работу, он обозлился, но не на весь мир, а на самого себя. – Валентин покачал головой. – Нет, он не может быть «погонщиком». Я бы знал, если бы это было так.
– Ясно, – сказала Маша. – Ну а как насчет тебя?
– Меня?
– Да. Мы ведь договорились, что будем подозревать всех.
– Вы правы. – Валентин немного подумал: – Я человек небрезгливый. Это первое. Я отбился от группы, но не проявляю внешних признаков беспокойства, словно для меня это в порядке вещей. Это второе.
– Значит, ты тоже можешь быть во всем этом замешан?
– Могу, – согласился он.
Повисло молчание.
– Ты умеешь выстраивать логические цепочки и составлять психологические портреты подозреваемых, – наконец сказала Маша. – Но в работе полицейского это не…
Откуда-то издалека до них донесся звериный вой. Маша осеклась и прислушалась. Вой повторился, но теперь к первому голосу присоединился второй, а затем и третий. Через несколько секунд вой стих. Валентин посмотрел на побледневшее лицо Маши и тихо проговорил:
– Вы и правда думаете, что это собаки?
– А у тебя есть другие предположения?
Он пожал плечами:
– Не знаю. Мария Александровна, можно задать вам вопрос?
– Задавай.
– За последнюю пару часов в доме погибло несколько человек. По идее, я должен испытывать ужас при одной только мысли об этом. Но я ничего не чувствую. Почему так?
– Нормальный человек склонен вести себя обычно в необычных ситуациях. Это что-то вроде защитной реакции.
– Чтобы не сойти с ума?
– Да.
Он вздохнул:
– Вы интересный собеседник, Мария Александровна.
– Ты тоже, Валентин, – улыбнулась Маша. – Будет жаль, если ты окажешься убийцей.
Он хмыкнул:
– Мне тоже. Не хотелось бы оказаться шизофреником.
2
– Гидрометцентр обещал ураган и ливень по всей Московской области, – сказал Саша Светлов.
– Похоже, это тот редкий случай, когда гидромет не ошибся, – отозвался Глеб, поглядывая на стремительно сгущающуюся темноту за окном.
Дождь яростно барабанил по крыше. Дворники не успевали очищать лобовое стекло, и ехать приходилось медленно.
– Не нравится мне этот ливень, – негромко и мрачно проговорил Саша. – И ветер не нравится.
– Я тебя за собой не тащил, – сказал Корсак.
Светлов усмехнулся:
– Кто бы спорил.
Через десять минут, когда они подъезжали к «Умному дому», дождь стал сильным и встал перед машиной такой плотной стеной, что фары не могли пробить эту мутную мглу дальше чем на пятнадцать-двадцать метров. Глеб припарковался у обочины. Воздух в салоне его «БМВ» был удушливо-влажный, окна начали запотевать.
Светлов расстегнул рюкзак, достал из него свернутый пластиковый дождевик и протянул Глебу.
– Держи.
Тот, повозившись с тонким хрустящим пластиком несколько секунд, неуклюже натянул его на себя. Затем, ни слова не говоря, открыл дверцу, выбрался из машины и быстрым шагом направился к подъезду.
Вернулся он через две минуты. Ввалился в салон – мокрый, запыхавшийся – и сообщил:
– Дверь подъезда заперта!
– Так я и думал, – сказал Саша.
Глеб достал из кармана мобильник.
– Что ты собираешься делать? – поинтересовался Светлов.
– Вызову МЧС.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Телефон Маши молчит. Подозреваю, что она все еще в доме.
Некоторое время Светлов с интересом наблюдал, как Глеб пытается набрать номер, а потом достал свой телефон и показал мерцающий дисплей:
– У меня то же самое, видишь? Ни одного деления.
– Вижу, – угрюмо ответил Корсак. – Как думаешь, почему?
– Может, из-за урагана?
– Может быть. – Глеб опустил телефон и посмотрел другу в глаза. – У тебя есть план? – прямо спросил он.
Светлов кивнул:
– Да. Мы проникнем в дом.
– Как?
– Через канализационную систему и горизонтальную подводку.
На худощавом лице Корсака появилась усмешка.
– Ты хочешь, чтобы я полез за тобой в канализацию?
– Это только звучит жутко – «канализация», – спокойно произнес Саша. – На самом деле ничего страшного.
– Да ну?
– Точно тебе говорю. – В руках Светлова откуда ни возьмись появилась карта. – Вот, смотри. – Он принялся водить по ней пальцем. – Система состоит из двух частей. По одним трубам выводятся твердые человеческие испражнения, пардон за лексику. По другим – сточные воды: из ванн, унитазов, стиральных машин.
– Каков диаметр трубы? – спросил Глеб.
– Основная канализационная труба, наверное, метра два в диаметре. Вспомогательная – метра полтора, но она нам и не нужна.
– А если дождевая вода пробьет шлюз, она может затопить подвал «Умного дома»? – поинтересовался Глеб, внимательно разглядывая карту.
– Может. Не дай бог, конечно. Иначе нам придется плыть под водой и совать друг другу трубку по очереди, потому что акваланг у меня всего один. Но… – Светлов усмехнулся. – …До этого в любом случае не дойдет.
– Почему?
– Потому что поток воды, хлынувший сверху, раздавит нас с тобой в одну секунду.
Он отложил карту, снова расстегнул рюкзак и принялся выкладывать Глебу на колени его содержимое.
– Что это? – удивленно поднял брови Корсак.
– То, без чего нам не обойтись: каски, фонари, непромокаемые плащи.
Глеб внимательно посмотрел на приятеля.
– Ты знал, что мы не сможем проникнуть в здание обычным путем? – уточнил он.
Светлов покачал головой:
– Нет. Но когда отправляешься в место, подобное этому, нужно ко всему быть готовым.
Демоноборец достал из рюкзака пистолет.
– Ствол? – проговорил Корсак недовольным голосом. – Какого дьявола, Саша!
– Не горячись, Глеб, он газовый. В этом районе много бродячих собак, и они любят греться в тоннелевых коммуникациях.
Говоря о собаках, Саша слегка поежился. Про эту неприятную особенность своего странноватого приятеля Глеб тоже знал: собаки, как и женщины, его на дух не переносили. При виде Саши они приходили в ярость и норовили цапнуть его за ногу, а те, что покрупнее, – вцепиться в горло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
