Какой-то человек, например, может быть более вспыльчивым, чем другие люди. Но он сознает это как свою ошибку, как грех. А если не сознает, то он будет совершать все больше грехов. Его гнев и вспыльчивость только усилятся. Признавать свои грехи, исповедоваться, снова двигаться вперед – это и есть борьба христианина. Нет человека без страстей, без гнева, без зависти, без внутреннего беспокойства. У нас у всех все одинаково… Но мы ведем борьбу, и Закон Божий остается неизменным. И мы не должны приспосабливать Закон Божий к каким-то своим страстям.
Я хочу подчеркнуть: цель человеческой жизни неизменна. Женатый человек или монах, его цель – Царствие Божие. И путь туда один: молитва, пост, исповедь, борьба со страстями, любовь к ближнему. Ведь нам не дадут другого шанса. После того момента, как человек уйдет из этой жизни, ничего уже не изменишь. Как если бы наступило Второе Пришествие Господне.
Поэтому любой ценой мы должны иметь духовную жизнь, постоянно бороться с грехами, потому что, если дать греху свободу – мы пропали. Терпение и молитва – вот цветы, которые мы должны бережно растить. Молитва – основа жизни христианина, мирянин он или монах. Мы здесь постоянно молимся Иисусовой молитвой: в келье и когда делаем что-то по хозяйству. Без молитвы никуда, без нее ничего невозможно сделать. Что такое молитва? Общение с Богом. Если человек не молится, тогда откуда к нему придет помощь? Кто ему поможет? Только Бог может нам помочь и дать нам Свой мир. Чтобы в тот благословенный день, когда мы уйдем из жизни, мы встретились со Христом. Нам не предоставят другой возможности. Любыми жертвами мы ежедневно должны стремиться ко спасению нашей души, потому что сегодня мы живы, а завтра – будем ли мы здесь? Мы не знаем…
Старец Паисий
– В те годы, когда вы жили в монастыре Кутлумуш, неподалеку от обители, в келье Панагуда, подвизался старец Паисий. Вам довелось встречаться с ним?
– Да, мы часто ходили к отцу Паисию[98]. И когда я был в Кутлумуше, и в Великой Лавре. Игумен Кутлумуша говорил: «Сегодня воскресенье. Кто хочет пойти прогуляться до отца Паисия?» И мы говорили: «Я, я, я.» Нас собиралось пять-шесть человек, и мы шли к отцу Паисию, кроме, конечно, тех случаев, когда старец болел и не принимал братию.
Часто, когда я говорил старцу Паисию о какой-то своей проблеме, он мне отвечал: «Потерпи. Ты знаешь, как страдают некоторые люди и что терпят?» То есть соблазны, болезни могут быть гораздо более серьезными, по сравнению с которыми твои – ничтожны. У меня, например, больной желудок, но ведь у другого нет ног. Так что и унывать мне нечего. А надо благодарить Бога, потому что все, что нам дает Бог, – во благо нам. Мы не можем возмущаться: «Почему Ты мне послал эту болезнь?» Бог знает, что делает. Болезнь – это молитва. Это значит, что завтра я могу умереть, и я должен быть готов. Послав мне болезнь, Господь послал мне возможность больше молиться, больше просить, чтобы у меня всегда было смирение.
Вы знаете, как сильно помог нам отец Паисий в том, чтобы мы продолжали жить христианской жизнью?! Отец Паисий проделал титанический труд. Как и старец Иосиф Ватопедский или старец Иосиф Исихаст, который сегодня с нами благодаря книгам. Они были строгими людьми, аскетами, истинными монахами. Они были для нас живыми примерами, и это несравненно больше, чем только книгу прочитать. Каждый раз мы выходили от старца Паисия окрыленными, наполненными. Приходили с искушениями, переживаниями, а уходили без них. Все были удовлетворены. Обычно старец рассказывал нам небольшие истории, в них содержался совет, и наставление, и духовная сила. Человек по-другому не может противостоять искушению, если не получит совет, если не будет слушаться старца и делать, как он говорит. Я, например, уже тридцать лет веду монашеский образ жизни. Мой духовник сейчас далеко, но и у меня часто возникает необходимость поговорить с ним. По-другому никак, ведь если не открыть свои мысли и не получить совет, то как жить монашеской жизнью?
Почему люди в миру совершают грехи? Потому что у них нет наставника, они не ищут духовных людей, чтобы советоваться с ними. Человек должен ходить к своему духовнику каждые две недели, в особенности если он живет в миру и не состоит в браке. Духовный человек посоветует ему найти девушку, жениться и не ходить по сторонам. Рожай детей, живи христианской жизнью, потому что если человек не состоит в браке, он не может себя сдерживать и впадает в грех. А в браке он получит Божию благодать.
Умереть в пустыне
– Что для современного человека самое трудное в монашеской жизни?
– Человек неизменен. Он всегда сначала живет в миру, потом приходит на Афон со своими страстями, чтобы вылечиться от них. Мы, монахи, видим Святой Афон как одну большую больницу, в которую мы поступили для лечения. Две тысячи лет назад у человека были те же самые страсти, что и сейчас, хотя, может быть, сейчас они ярче выражены. Вот их мы и лечим. Каждый христианин призван к этому. Всю жизнь мы боремся со своими страстями. Падаем – встаем, падаем – встаем.
Конечно же, это трудно. Уйти от мира и прийти в монастырь – это непросто. Трудно, например, оставить родителей, преодолеть, так сказать, их любовь. Нет, мы не испытываем к ним ненависти, но все же мы их оставляем. Также необходимо принять твердое решение устраниться от противоположного пола – нас не должна волновать женщина. Наш ум должен быть отдан молитве. У всех у нас, кто приходит из мира, есть такого рода сложности. Поэтому, когда мы приходим на Святой Афон, нас не сразу постригают в монахи. В течение некоторого периода времени нас испытывают. Кого-то – полтора года, другого – два, третьего – пять лет, и, когда человек готов, когда он действительно принял решение присоединиться к монашеской братии, тогда игумен постригает его. Но если у него есть хоть небольшие сомнения, тогда его не постригают. Нужно еще подождать и остаться на этапе предварительного послушнического искуса. Игумен не торопится, и те, которые хотят стать монахами, не должны торопиться. Им надо быть откровенными с игуменом, со старцем, потому что решение о постриге принимается совместно со старцем. Если старец решит постричь послушника в монахи, то он должен быть уверен, что тот останется в монастыре. А не так, что при первых же сложностях вернется в мир. Это будет трагической ошибкой. Нельзя возвращаться в мир… Об этом говорит и святой Исаак Сирин в своей книге: «Лучше оставить свои кости в пустыне, чем вернуться к мирскому образу жизни и наслаждаться мирскими вещами…»[99] Такое же решение приняли и мы: с Божией помощью остаться навсегда на Святом Афоне и умереть здесь, в пустыне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
