Деверо переоделся, выбрав простую и удобную одежду, которая не стесняла движений. Надел свой любимый сюртук для верховой езды, затем достал из саквояжа небольшой крупнокалиберный пистолет и острый, хорошо заточенный нож. Теперь, когда он был вооружен, знакомое хладнокровие вернулось к нему. Ему не раз приходилось видеть, как умирали на поле брани его товарищи, и, несмотря на горе потери, он продолжал сражаться. Но на этот раз было иначе.
Общество «Черная роза» распоряжается юными жизнями, завлекает их в свои сети и потом безжалостно убивает. Это другой сорт врага в отличие от того, с которым ему приходилось иметь дело прежде. Преступники, чьи мерзкие хищные щупальца захватывают все новые жертвы. Такие понятия, как честь и совесть, чужды им.
Он сунул тяжелый кошелек в карман. Прежде чем кончится ночь, он должен покинуть страну. Власти скептически смотрят на убийство, даже если на то есть справедливая причина. Когда он был готов, то постоял минуту-другую, прощаясь со своим домом и проверяя, не забыл ли в спешке чего-нибудь. Затем решительно направился к выходу и, закрыв дверь за собой, даже не оглянулся. Теперь оставалось одно – найти Эдгара Вона.
Глава 17
Анна сидела перед зеркалом, а Лиззи причесывала ее. Она честно выполняла наставления матери, стараясь привлечь внимание графа, но их разговоры·не выходили за привычные рамки. Лорд Хаверфорд был серьезным мужчиной, не склонным к флирту и прочим глупостям. В отличие от Рома.
Сердце заныло при мысли о нем. Она на мгновение прикрыла глаза, затем открыла их и посмотрела на свое отражение в зеркале. Под глазами пролегли тени. Темные круги свидетельствовали о бессонных ночах или о тех тревожных снах, которые преследовали ее, когда ей удавалось заснуть. Большинство ночей она лежала без сна. Мысли вертелись в голове, как ворох осенних листьев, подхваченных порывом ветра. Она тосковала по Рому.
Это никуда не годится. Она обещана другому мужчине и не имеет права на подобные желания. Но сердце не желало прислушиваться к голосу разума, оно стремилось к мужчине, который одним своим прикосновением пробуждал в ней радость и упоение жизнью. Она и сегодня пробовала флиртовать с лордом Хаверфордом, но удовольствие, которое она получала от общения с Ромом, превращалось в скучную работу с графом. И как она ни старалась, ее веселость вряд ли можно было назвать искренней, потому что все ее существо стремилось в Лондон, дабы осуществить миссию, которую она возложила на себя.
Ром как-то назвал ее умной. Лорд Хаверфорд, казалось, был более заинтересован в обществе Феллхоперов, ведя с ними бесконечные разговоры об овцах и не реагируя на жалкие попытки с ее стороны. Как может женщина флиртовать с мужчиной, которого интересуют только рыночные цены на шерсть? Он был деликатен, старался включить и ее в эти разговоры, но она была дочерью адмирала, не фермера. Его разглагольствования об овцеводстве угнетали ее с самого начала. И что же ждет ее в будущем? До конца своих дней вести беседы о разведении овец? И даже в постели?
Каждое мгновение, которое она проводила с Ромом, наполняло ее радостью, пробуждало страстные эмоции и новые идеи. С Хаверфордом ее мозг спал, не желая подключаться к скучным разговорам об овцах и фермах. Его деликатные прикосновения ограничивались теми редкими моментами, когда он помогал ей сесть на лошадь или слезть с нее. А когда она сама прикасалась к его руке, то, увы, не ощущала никакого волнения.
Будущее пугало ее, несмотря на основательность и безопасность. Деньги графа и его титул гарантировали ей комфортабельную жизнь в обмен на наследников, которых она подарит ему. Но не задохнется ли она в этой роскоши? Она любила Рома. Страстно. Безумно. Его присутствие волновало ее, заставляло кровь быстрее бежать по жилам. Но она принадлежала Хаверфорду. И он, а не Ром, ее будущее. Хороший человек, ничего не скажешь. Богатый и влиятельный. Со временем они привыкнут друг к другу, но приведет ли это к любви? Или ей суждено так и сойти в могилу с далеким и единственным воспоминанием о настоящей любви, которая могла бы сделать ее счастливой ...
И все же она поступила правильно, говорила она себе. Но в ее глазах стояли слезы. Зеркало передавало всю бурю эмоций, терзавших ее душу, и иллюзия силы и уверенности исчезла. Она поймала тревожный взгляд Лиззи и, не выдержав, опустила голову на руки и зарыдала, изливая в слезах горечь и печаль, которые накопились с того дня, когда она навсегда рас сталась со своей любовью на ступенях дома Лавинии. Лиззи осторожно дотронулась до ее плеча, надеясь успокоить, но Анна, прощаясь с романтическими мечтами, рыдала не переставая.
Ром прибыл в здание дипломатического департамента ровно в пять часов. Большинство кабинетов были закрыты и темны, но из кабинета Вона падал свет, дверь была приоткрыта. Рослого Пенниуорта нигде не было видно. Ром вошел в кабинет и закрыл за собой дверь, Вон сидел, склонившись над столом, и осторожно перебирал кипу документов; лежащих перед ним, Он резко поднял голову.
– Деверо! Что вы делаете здесь в такой час?
– Я не мог ждать назначенной аудиенции до среды. – Ром взял стул и, не дожидаясь приглашения, уселся напротив дипломата. – Предпочитаю поговорить не откладывая.
Вон удивленно вскинул брови:
– О чем вы, Деверо? Вас загнали в угол?
Ром хрипло рассмеялся:
– Едва ли, хотя ваше замечание небезосновательно, должен согласиться.
– У меня нет времени на подобные дискуссии, мой друг. Масса неотложной работы, вы сами видите.
– Я думаю, вам придется выделить время для разговора, Вон. Я хочу поговорить с вами об обществе «Черная роза».
– Ах вот оно что. – Холодная улыбка тронула губы Вона. – Я понял, что вы, будучи здесь в первый раз, заметили кольцо.
– Да, я узнал его. – Ром небрежно вытянул ноги, готовый вскочить в любую минуту.
– Вы хотите знать, что оно означает? – спросил Вон.
– Я знаю, но хотел бы услышать от вас.
Вон склонил голову набок.
– О чем вы, Деверо? Почему вы пришли ко мне сегодня, когда видели это кольцо несколько дней назад?
– У меня были на то причины.
Эдгар Вон вздохнул и поднялся со стула. Ром напрягся, но Вон обошел стол, озабоченно потирая шею одной рукой.
– Друг мой, если мы будем продолжать в том же духе обмениваться загадками, то боюсь, ни о чем не договоримся.
– Я пришел сюда, чтобы задать вам вопрос, Вон, а не для чего-то еще.
Он всегда подозревал, что Вон своей внешностью производит обманчивое впечатление и на самом деле гораздо старше. Дипломат быстрым движением схватил со стены шпагу и встал в стойку. Ожидая такого поворота событий, Ром выхватил пистолет. Вон взглянул на дуло пистолета, направленное на него.
