в отдельное жилье. А пока мы все равно одна семья, и делить нам нечего.
— Орис пришел! — в дверь с той стороны заколотили кулаком, по всей видимости, кто-то из мальчишек, — Сканд велел найти Лекса и Бэла и передать, что их ждут в атриуме.
— Орис пришел договариваться о стекле для гильдии оружейников, — Лекс перехватил Бэла и посадил на соседний сундук, — им потребуется стекло для нового металла. Мэл, скорее всего, уже начал варить новую партию речного песка для оружейников. Пока сварит, пока закалит, к утру будет готово. Завтра я покажу вам, как резать стекло бриллиантом. Ты назначишь Орису цену по одному золотому за кусок специального стекла. Он, скорее всего, попробует торговаться, но ты можешь смело кивать на меня. Это будет мой налог гильдии оружейников с каждого сделанного клинка. И не спорь, гильдия заплатит мне за рецепт, а потом по золотому с каждого выплавленного клинка. Нам надо детей поднимать, а у них там все взрослые и с руками. И потом, они же будут продавать свои мечи не за горсть медяков! Докинут к цене по золотому и не заметят!
— А они точно будут покупать у нас стекло? — усомнился Бэл.
— Будут, — кивнул головой рыжик и решил пояснить, — оно им надо и для самого металла, чтобы облегчить плавку, и как температурный маркер. Поэтому стекло им будет очень важно.
— Но они могут варить свой металл с одним стеклом на несколько тиглей… — задумался Бэл.
— Нет… — отмахнулся Лекс, и поморщился в раздумьях, — стекло нужно для самого металла в самом начале, и хотя его можно заменить шпатом… но только сами они до этого не додумаются, а мы им об этом не скажем. Мы же не идиоты, чтобы терять такой доход! Ладно, пошли, — Лекс похлопал Бэла по плечу, — держись поуверенней, все будет хорошо, за твоей спиной и твои друзья, и дети, они верят в твою силу. А я всегда буду рядом и прикрою в случае чего…
— Я пару раз изображал торговца, когда надо было втереться в доверие и подобраться к цели ближе, я не переживаю. Торговаться не сложнее, чем вырезать жадное сердце негодяю, — Бэл безмятежно улыбнулся, — я уверен, у меня все получится.
Лекс едва не сбился с шага. Он уже и позабыл, что его милашки-ученики были доверенными головорезами Киреля. И, судя по тому, как они вели себя во время похода, «головорезы» — это явно была не фигура речи… Как-то за всеми последними событиями он стал воспринимать их почти, как Зюзю. А что? Тоже младшие, тоже хлебнули в жизни. Бэл вон замуж выскочил, а Мэл после линьки похорошел и дрожит ресницами, когда воины отпускают ему комплименты. Раньше только зло глазами зыркал, аж страшно, чтоб не бросился, но после линьки ведет себя, как нежный младший, глазками стреляет, плечиками пожимает, хихикает над солдафонскими остротами, ну прям милашка-симпатяжка. Правда, с крепкими руками и не менее крепкими нервами… Лекс задумался: красавчик Мэл после линьки точно так же, с милой улыбкой на губах, сможет прирезать хоть ножом (с которым не расстается), хоть ложкой, а потом этой же ложкой спокойно есть кашу с нежным румянцем на щеках. М-да…
Так, за всеми этими мыслями, Лекс добрел до атриума, где их уже дожидались Сканд и Орис с сыном. Тем самым, который вместе с ним ковал новые мечи в имении Сканда. У его ног лежал внушительный мешок, и когда его случайно задели ногой, он глухо звякнул. По всей видимости, умница Орис и сам понял, что так просто ему рецепт не отдадут, и подготовился заранее. Лекс довольно улыбнулся и, убедившись, что Бэл сел на предоставленное место, остался стоять за спиной Сканда, внимательно прислушиваясь к разговору. Официально он был просто мужем хозяина дома и не имел отношения ни к одной из гильдий.
После обычных приветствий и пожеланий здоровья и благоденствия этому дому, разговор сместился в практическое русло. Орис сообщил Бэлу, что ему необходимо стекло, при этом он не отрывал горящего взора от Лекса. Но когда Бэл кивнул головой и озвучил сумму за небольшой кусок стекла, Орис крякнул и впервые внимательно посмотрел на невозмутимого Бэла. Отец с сыном переглянулись и недовольно поджали губы. Золотой в этом мире — это была внушительная сумма. За нее можно было купить ездового ящера или взрослого раба. Но прежде чем они решили начать торговаться, Лекс сделал шаг в сторону и, оказавшись за спиной Ориса, тихо произнес:
— Считай эту цену моим налогом с каждого сделанного меча, — Лекс хлопнул главу гильдии оружейников по плечу и продолжил, — за первый рецепт ты заплатишь мне двести золотых монет, за второй пятьсот, а третий и четвертый обойдутся по тысяче каждый. Так что, теперь ты сам решишь, когда именно ты соберешься купить у меня очередной рецепт стали. И я это делаю не из жадности, а исключительно для того, чтобы ты понял стоимость новых знаний и не задумал что-либо в них менять. То, что дешево достается, как правило, мало ценится.
Третья и четвертая сталь нужны исключительно для твердости режущих кромок и стойкости самих клинков. Они тебе понадобятся не скоро. Для того, чтобы поднять гильдию, тебе будет достаточно и первого рецепта. А когда появится второй, то я научу вас сваривать два металла и делать многослойные клинки. Третий и четвертый рецепты тебе понадобятся не скоро, поэтому и цена на них такая высокая. К тому времени ваша гильдия будет уже очень-очень богата, и тысяча золотых для вас не будет такой неподъемной суммой, как сейчас. Но ты должен знать заранее, на что тебе надо рассчитывать в будущем.
— Благодарю, — Орис, похоже, только сейчас понял, что все происходящее не случайно и взглянул на Лекса с почтением, как на ожившее божество, — мы надеемся на твои помощь и руководство в дальнейшем, Избранный.
— Я всегда буду рядом, — Лекс похлопал Ориса по плечу, — если возникнут вопросы или сомнения, вы всегда сможете спросить у меня совета, и, более того, я хочу научить вас… — Лекс споткнулся в мыслях, металловедение** здесь звучало несколько… м-м… страшно, — тайному знанию ведовства металла. Эта наука долгая и сложная, потребует времени и дополнительных записей. У вас есть свитки с описанием ваших знаний? — ответом был полный удивления взгляд, — ну, я так и подумал… ну что ж, теперь вам придется вести запись новых знаний, а иначе передать все в точности не получится. Объем знаний слишком большой, чтобы человек смог удержать его в голове и ничего не перепутать. Поэтому
