другие интересные секретики…
Лекс улыбнулся заинтригованным мастерам и порадовался, что с утра Крин дал мальчишкам в работу простую подготовленную глину, припрятав глину с секретными смесями в глубине мастерской. Сегодня по плану было продать мастерам Чаречаши гончарный круг и секрет обработки глины. Скорее всего, глина у города Чаречаши отличается от добываемой возле столицы, но в любом случае, ее стоило промывать, отделять грубые фракции. О секрете фарфора речи не шло. Это должно было остаться в гильдии младших и храниться, как зеница ока, но улучшить качество самой глины стоило в любом случае.
Потом по плану надо было показать готовые тарелки с эмалью и рисунками и выставить мастеров на улицу, чтобы клиент «дозрел». В следующий раз им надо будет показать печь для обжига при высоких температурах. Без нее качественная керамика невозможна. И уж тем более, эмали и краски. Муравление и молочение можно было оставить как секрет имперских мастеров. Но вот секрет обжига Лекс собирался продать…
Тем временем деревянных дел мастера отчаянно торговались друг с другом. Рарх сказал, что продаст гончарный круг за одинаковую сумму и тем и другим. А потом покажет, что еще у него есть на продажу. Но если кто-либо не сможет рассчитаться, то это уже будут не его проблемы. При этом мастера стали задирать цену друг против друга, неважно, что им пришлось бы заплатить втридорога, лишь бы у конкурентов деньги закончились раньше их, и тогда, возможно, следующие секреты Рарха достанутся только им.
Лекс стоял рядом, но в стороне, наблюдая за торговлей Рарха, напряженным Лейшаном и любопытными мастерами-гончарами, которых согнали с круга, но не отгоняли и давали возможность смотреть, как работают мальчики. В воротах показался Крин, за его спиной бежали взмокшие мастера-гончары из столичных гильдий. Они принесли Лексу образцы своих кувшинов, покрытых муравлёной глазурью. Ей в прошлом мире Лекса покрывали черепицу и сточные трубы из-за её дешевизны и стойкости. Но здесь блестящая поверхность кувшина вызвала ажиотаж среди мастеров Чаречаши. Они тоже хотели такое!
Но Крин разочарованно покачал головой. Этот секрет уже продан в гильдию империи и, если они его хотят, то пусть сами договариваются с местными. Он не будет торговать чужими секретами. Одни мастера приуныли, другие приободрились. Но вместо ненужных слов о дружбе народов, Крин вынес расписную тарелку Лира. Она была в красной глазури из шпата и разрисована черно-белыми цветами. Тарелка была большой и широкой, и цветы красиво вились по бортикам. Ее обожгли сегодня ночью, и она была еще теплой.
Лекс увидел, как предвкушающе загорелись глаза у мастеров. Каждый захотел этот секрет именно для своей гильдии, но коварный Крин дал всем налюбоваться на тарелку. Посмотреть со всех сторон, пошкрябать ногтем стеклянные цветы, пощелкать по краю, вызывая нежный чистый звон хорошо обожжённой керамики, а потом забрал красавицу и заявил, что сегодня разговор будет только о гончарном круге. И если мастера захотят, то за пару золотых с человека он научит, как правильно им пользоваться. Конечно, хотели все и сразу!
Крин посадил на насест круга напротив каждого мальчика по мастеру, и выдал по свежему куску глины. Он сам так учил своих подопечных. А теперь и мальчишки стали специалистами по здешним меркам. Лекс прекрасно отдавал себе отчет, что до настоящих профессионалов, которые потребуются к тонкому фарфору, им еще расти и расти, но, как говорится, чем богаты… оставалась надежда, что мальчики набьют себе руку на простой глине, пока Крин разберется с рецептом, когда от качества самой работы будет зависеть если не все, то очень многое. Именно поэтому мальчишки и крутили сейчас простую глину. Руку набивать надо было всем: и изготовителям тарелок, и тем, кто экспериментировал с заливочной глазурью, и ученикам по разрисовке посуды. На все нужно было и время, и терпение в учебе.
Благо, что сами мальчики старались на совесть. Каждый понимал, что ему очень повезло оказаться именно здесь. Они уже прошли ужасы монастырских воспитателей, наказания, голодовку, издевательства старших, некоторые прошли через сексуальное насилие… и, оказавшись вдруг в тихом и сытом доме Лекса, они из забитых зверьков становились простыми детьми или подростками. Но страшная память детства не давала им относиться к чужой доброте, как к пустяку. Они знали этому цену и поэтому срывались по первой даже не просьбе, а намеку на пожелание учителей.
Лекс хотел подарить каждому из них счастливые воспоминания, поэтому и велел Тиро не экономить на еде, одевал и обувал в хорошие вещи и старался давать им отдыхать и играть, но сейчас время требовало напряженной работы от каждого. Все мальчики старались, как могли — кому повезло и их выбрали учителя, старательно делали все, что умели, при этом стараясь помогать и с домашними делами. Остальные бегали, выполняя поручения Оливы и девок по хозяйству.
Торг между двумя гильдиями достиг критической точки. Тиро с удивлением слушал, как люди сами взвинчивают цену, но благоразумно помалкивал. Он понимал, что каждый уплаченный золотой пойдет на благо новой гильдии стекловаров, которой помимо того, что надо было растить детей, требовалось еще и много всего и по профессии, и по хозяйству. А впереди еще стройка квартала, а это не только голые каменные стены, а еще и покупка домашней утвари, сундуков для хранения, кроватей, одежды и прочего, прочего…
Лекс не прислушивался к озвучивавшимся суммам. Деньги — это хорошо, но пока у них есть уникальные для этого мира зеркала, золото у них не закончится, но вот где взять на все время? Хотя, у них еще есть время до строительства кварталов и набора взрослых учеников…
Лекс, совсем как Тиро, засунул пальцы за пояс и благодушно улыбнулся. Не следует торопиться, пусть все идет, как идет…
Стоило Лексу только успокоиться, как он услышал со стороны кухни грохот перевернутой посуды, визг перепуганных женщин и злобное повизгивание ящера. Все, кто стоял во дворе, перепуганно развернулись к источнику шума и в панике бросились в разные стороны.
Из кухни вылетел злой Аши, на нем верхом восседал голый Ламиль, который держал на палке перед носом Аши привязанную сандалию Лекса. Эта палка с сандалией выполняла функцию руля. Ламиль указывал Аши, куда именно следовало бежать. Только вот разъярённый Аши, кроме сандалии, ничего не видел, и мчался, сметая всех с пути, как квотербек в регби. Зато все остальные видели ящера ростом с пони и щелкающую зубастую пасть размером с чемодан…
Примечание к части
Ликтор — особый вид госслужащих; упоминаются в истории со времени правления
