над правами общества. Большей частью воздействие идет на молодые, неокрепшие умы, которым чаще всего не нравится окружающее — бунт в юности присущ всем мало-мальски мыслящим людям. Монархическому подполью за последние сорок лет удалось обратить ситуацию вспять благодаря взвешенной политике и умному воздействию на массы. В Империи начал возрождаться морально-этический стержень общества. Но дело в том, что принявшие идеи чести и служения большей частью ушли в армию и на флот. Подавать пример гражданской молодежи стало некому, и пустоту заполнили либералы. Очень страшно то, что множество разделяющих либеральные идеи людей работают учителями в школах. В итоге сложилась парадоксальная ситуация — военные являются носителями высших идеалов, не разделяемых остальным населением. А это явный раскол общества. Пока он не виден, но тенденции очень тревожные. Посмотрите на этот график.
С этими словами аналитик вывел на экран трехмерный график и принялся при помощи лазерной указки пояснять, что к чему, сыпя при этом массой цифр. Алесий и Смолин задавали множество вопросов, на которые Джип обстоятельно отвечал.
— А вот на этом графике, — вывел он следующий, — мы видим, что произойдет с моральным обликом росского народа через пять, десять, пятнадцать и двадцать лет. Если, конечно, мы не сумеем этому противостоять.
— Гнусная человеческая природа дает о себе знать… — насмешливый голос искина заставил присутствующих вздрогнуть. — И что вы с этим намерены делать?
— А ты знал об этом раньше? — подозрительно спросил император.
— Подозревал, но столь точных выводов не имел. Снимаю шляпу перед гением!
— Спасибо… — отчаянно покраснел довольный признанием его заслуг Джип. — Я не гений, я просто думать умею…
— Ладно, все это лирика! — махнул рукой Алесий. — Я рад, что нашелся человек, обративший мое внимание на эту проблему. Ясно, что нужно срочно принимать меры. Но какие именно?
— Я не рискну предполагать, — понурился Смолин. — Нужно как следует все обдумать и во всем разобраться. Спешить здесь нельзя.
— Пожалуй, — согласился император. — А что вы, Джип, сделали бы на моем месте? Попробуйте разработать методику противодействия. Справитесь?
— Постараюсь… — растерянно протянул тот. — Но одному будет трудновато…
— Почему же одному? Штат выделим. Составьте список профессионалов, которые вам потребуются. Принца, конечно, я вам не отдам, но, если понадобится его помощь, ненадолго откомандирую. С этого момента вы уже не лейтенант, а капитан, начальник отдела спецмероприятий информационно-аналитического департамента.
— Но такого нет… — растерянно отступил назад Смолин.
— Пока нет, — усмехнулся Алесий. — Ваша служба выводится из-под юрисдикции ДИБ и разворачивается в отдельный департамент. Возглавите его, естественно, вы. Поздравляю с новым назначением. Да, программу переселения вы проработали?
— Проработал, — подтвердил свежеиспеченный начальник департамента. — Как раз собирался докладывать, но вмешался лейт… э-э-э… капитан Сейл. Вот сам доклад, — он протянул императору пад.
— Очень хорошо, — кивнул тот. — Искин, скачай доклад, положи в мою личную папку и сделай свои выводы.
— Хорошо, — коротко ответил «железный истукан».
— В таком случае, господа, к делу, — сказал император, давая понять, что аудиенция завершена.
Смолин с Джипом поспешили откланяться и покинуть императорский кабинет. Карханец шел, не видя ничего вокруг. Случившееся слишком потрясло его. Да, дома тоже бывало хвалили за хорошо сделанную работу. Но чтобы так? Надо же — император быстро уяснил проблему, не потребовалось долго и нудно объяснять, в чем она, и без проволочек принялся действовать. Да, Джипу теперь придется нелегко, но его уже разбирал азарт. Да еще и целый отдел будет в его подчинении! Нужно срочно прикинуть, кто потребуется. И аналитик погрузился в размышления.
Глава 2
Следуя за сопровождающими ее синтарцами, Орти украдкой осматривалась. Однако ничего особо необычного не видела — бесчисленные белоснежные коридоры, залы, комнаты. Людей на удивление немного, только охранники в парадной форме на каждом углу. Для такого огромного корабля удивительно — чтобы управлять им явно нужен немалый экипаж. Но где этот экипаж? Впрочем, это же командная палуба, инженерам и техникам здесь делать явно нечего. Однако даже офицеров однозначно должно быть больше.
— Госпожа Дель Тонлай, — незаметно приблизившись, наклонился к ее уху первый секретарь посольства, — хочу сообщить вам нечто важное. Это просил передать Его величеству ваш отец.
Он вложил в руку девушки инфокристалл. Синтарцы заметили это и слегка насторожились. Орти решила не дразнить гусей и протянула руку с этим кристаллом к командующему ими офицеру. Тот взял и при помощи наручного сканера убедился, что перед ним всего лишь информационный кристалл, затем, коротко извинившись, вернул его. Внутри себя девушка недоумевала, почему отец сразу не отдал ей кристалл или хотя бы не сообщил ей о нем. От отца ли этот кристалл, или?.. И стоит ли тогда его передавать?..
Так ничего и не решив, Орти направилась дальше, подозрительно поглядывая на невозмутимого секретаря. Если честно, назначение послом в Империю стало для нее полной неожиданностью, ведь отец никогда не воспринимал строптивую дочь всерьез. По крайней мере, ей так казалось. Однако слова князя Дель Тонлай: «Надеюсь на тебя, девочка…», говорили совсем об ином. До этого Орти жила своими интересами и учебой в элитарном колледже, где обучались только дети князей и магнатов. Иначе говоря — будущая элита общества. Девушка брезгливо поджала губы, вспомнив типичных представителей этой самой «элиты». Бесполезные ничтожества! Прожигатели отцовских состояний! Убогие мажоры! Лишь несколько представляли собой хоть что-то, остальные интересовались только вечеринками, флиртом и своими увлечениями, далеко не всегда безобидными. Орти опасались задевать только потому, что ее отец являлся главой Верховного Собрания и отличался крайне мстительным и вспыльчивым нравом, никогда и никому не прощая даже малейших обид.
До разговора с отцом перед отбытием в Империю Орти представить не могла, что дела на родине обстоят так плохо. Ведь внешне все было благополучно. Как оказалось, только внешне. На самом деле экономика планеты находилась на грани коллапса, политическая ситуация тоже была не слишком приятной. Создавалось впечатление, что кто-то умело исподтишка расшатывает сами основы государственной власти на Гервайне. И отец сумел это понять. Но все его попытки противодействовать ничего не давали — казалось, он боролся с невидимками. Большинство в Совете и слышать ничего не желало, втихомолку саботируя любое решение, которое пытался провести князь Дель Тонлай. Он терял своих сторонников одного за другим — один попал в случайную авиакатастрофу, другой неожиданно отравился и умер не приходя в сознание, третий просто бесследно исчез. На их места, как ни удивительно, избрали ранее почти неизвестных людей родом из далеких провинций. Они ничего не смыслили в государственных делах, зато хорошо разбирались в традициях, не отступая от них ни на шаг. И, конечно, отлично умели наполнять свои
