слуга не настолько талантлива в планировании, а потому и дела у нас идут по-разному. Не так хорошо, как хотелось бы, но и не так плохо, как боялись. — отвечает Акира, глядя как Кика наливает чай в ее чашку. Пить чай из рук Кики не хотелось категорически, а потому она лишь пригубила напиток и насладилась ароматом, исходящим из чашки.
— Боюсь, что мне не угнаться за твоими способностями, Акира-сан. — покачал головой старый оябун: — как верны слова Лю Цзунъюаня в его книге «Сань цзе» — «гуйчжоуский осёл исчерпал свои возможности». Я словно тот осел, Акира-сан — стар, немощен и давно готов к употреблению на обед тигром. Тешу себя надеждой, что мое мясо слишком жесткое и вонючее для таких молодых хищниц…
— Прекратите, Джиро-сама. Вы в самом расцвете сил. А если эта бездельница Кика не может позаботиться о вас надлежащим образом, то я могу и сама вам помочь. Как в старые добрые времена… — Акира ставит чашку на стол, не отпив не капли. Кика смотрела в пол все время пока заваривала чай, но один взгляд, случайно брошенный на нее — Акира все же поймала. В этом взгляде было… злорадство? Торжествующая ненависть? Неет, чай из ее рук она пить точно не будет.
— Кика-тян… у нее есть свои недостатки, да. — кряхтит Джиро, откладывая трубку на край стола: — но есть и достоинства. Она — преданна нашей семье, нашему общему делу и этому бестолковому старику… в отличие от некоторых.
Акира непроизвольно сглотнула. А вот и упрек. Не прямой, не обвинение, но все же. Ты, Акира-сан, сама застелила себе постель, тебе и спать в ней. Она вздохнула.
— Но я не упрекаю тебя, Акира-сан. — тихо говорит Джиро, опуская плечи: — ты была в своем праве. Ты все сделала правильно, и я никогда не попрекну тебя твоим выбором. Ты же помнишь, как я всегда говорил, что впереди у тебя гораздо больше чем просто быть кумагасирой в гокудо? Помнишь?
— Помню, Джиро-сама. — кивает Акира: — вы еще вытащили меня из салона мастера Хигэру полуголой и затрещин надавали, чтобы я не посмела себе метку гокудо поставить.
— Ты уж извини меня… — вздыхает Джиро и закрывает глаза. Акира с удивлением видит слезу, которая катится по щеке старого оябуна и вдруг что-то пронизывает все ее существо с ног до головы, оставляя сосущее чувство пустоты и слабости внутри. Она хватается за край стола, чтобы не упасть и краем глаза видит, как вокруг них вспыхивают концентрические круги рун Абсолютной Печати.
— Что ты наделал, старик … — выдавливает из себя Акира, понимая, что происходит: — зачем?
— У меня не было другого выхода, Акира-сан. Я не прошу меня простить, ты вряд ли сможешь когда-либо сделать это. Я лишь прошу тебя понять… — Джиро замолчал и упал в догэдза, склонив голову в пол. Так он и остался, когда двери открылись и в комнату ворвались крепкие мужчины в темных комбинезонах. Акира попыталась встать, защититься от захвата, как там делает Читосе — ребром ладони в горло… но ее ноги подкосились, и она просто осела на пол, а в следующее мгновение мощный удар лишил ее сознания.
POV Юи Читосе
Читосе читала наставление по управлению вертолетом при посадке на авианосец, когда в стекло машины кто-то постучал. Она подняла голову. Возле автомобиля стояла девушка в кимоно с фиолетовыми цветами, больше всего похожими на розы. Фиолетовые розы. Читосе опустила стекло и кивнула головой.
— Что такое? — спросила она. Читосе не собиралась быть вежливой, она узнала девушку в кимоно. Это была Кика, маг-гидрокинетик, правая рука оябуна, а по совместительству — мелкая дрянь, которая всегда пыталась Акире подгадить. Сама лично Читосе ничего против Кики не имела, но и лишний раз любезничать с той, которая Акиру как-то до слез довела — тоже не собиралась.
— Акира-сан и Джиро-сама просят вас присоединиться к ним в Сливовом Павильоне. Они обсуждают… деликатные темы.
— Что? Хорошо. — Читосе поднимает стекло, выходит из машины и закрывает дверь. Что еще за деликатные темы, думает она, следуя за Кикой, что это может быть? Акиру позвал старый крокодил, что-то обсудить, Акира заодно решила у него в онсэн попроситься на выходные для всей команды. Какие такие деликатные темы? Неужели Акира все-таки проболталась насчет ее и Сина женитьбы и теперь старый крокодил хочет что-то им подарить, а чтобы это было сюрпризом — решил посоветоваться с ней? Читосе почувствовала, как ее щеки начали краснеть. Что может подарить оябун местной гокудо? Тут скорее надо задавать вопрос — что не может подарить оябун. Потому что Джиро-сама очень богат и очень влиятелен, а на свадьбу такие люди не жалеют средств, а им потом еще и отдариваться… хотя Джиро-сама уже старенький, глядишь и не доживет до своего следующего дня рождения и отдариваться не надо. Хотя думать так некрасиво, что подарит, то и подарит и вообще, с чего ты взяла, что о подарке речь? Может Акира ему наябедничала, а он сейчас будет ее отговаривать?
— Сюда. — распахивает перед ней дверь Кика и, прежде чем Читосе успевает открыть рот, чтобы сказать «спасибо» — бьет ее в спину водяным хлыстом! Читосе едва успевает уйти вперед кувырком, спасибо сестричке Нанасэ, она теперь всегда настороже, не прошли даром уроки с попыткой убийства. Она перекатывается, вскакивает на ноги и видит, как под ногами у нее вспыхивают какие-то круги из рун и символов. Вокруг нее стоят люди в темной униформе без знаков различия и с оружием в руках. Оружие направлено на нее. Читосе сразу определяет тип и вид оружия. У большинства — так называемые тазеры, пистолеты, выбрасывающие иглы с проводами, через которые идет ток. У остальных — дробовики. Тазеры и дробовики, мелькает мысль, это попытка захвата а не убийства. Дробовики наверняка заряжены либо травматическими резиновыми шариками со стальным сердечником, либо электрошоковым боеприпасом. Время привычно замедляется вокруг нее и она видит, как открывается рот одного из них, в команде, как пальцы на спусковых крючках выбирают слабину. Она уходит вниз, жалея что гравитация недостаточно быстро притягивает ее к полу, что на долю секунды она словно повисает в воздухе с поджатыми ногами, но этого достаточно, чтобы первые иглы с высоковольтными зарядами пролетели над ее головой.
— Банг! Банг! — в ее руке оказываются «восемьдесят пятые» и первые
