они слышали, что Веремуд объявил поединок чистым. Так что, даже если бы Варт убил его племянника, Веремуд не может требовать виру. Так по Правде.
– Так-то так…
– Ты мне не веришь? – удивился Ререх.
– Ты лучше меня знаешь Хельгу, – проворчал Трувор. – Для него правда – то, что ему выгодно. А ссора с Веремудом ему не нужна. Ему нужна дружина Веремуда.
– Как и наша, – напомнил Ререх.
– Ты готов отказаться от похода на ромеев только потому, что мальчишка повздорил с племянником Веремуда и убил его?
– Этот мальчишка – наш родич, – напомнил Ререх.
– По браку, – фыркнул Трувор. – И еще только станет. Может быть.
– Брат… Ты на чьей стороне? – нахмурился Ререх.
– На нашей! – жестко бросил Трувор. – От твоего любимчика слишком много беспокойства. Пусть заплатит виру. Это научит его сдержанности.
– Ты так полагаешь?
– Я так решил!
– Брат!
– Я так решил! – рыкнул Трувор. – И будет так, как я сказал! – и тоном ниже: – Я – старший, Ререх. Нравится тебе или нет, но я – твой будущий князь.
– А не рано ли ты отца похоронил… князь? – процедил Ререх.
– Я здесь говорю его голосом, – не повелся старший брат. – Вартислав заплатит виру.
– Не слышу, – ухмыльнулся Ререх.
– Что? – не понял Трувор.
– Я тебя не слышу. Верно, у тебя что-то с голосом, брат. Какой-то он чужой.
– Ты надо мной смеешься? – Трувор встал. – Ты готов пойти против брата ради какого-то…
– Ни слова больше!
Ререх тоже поднялся. Он был чуть пониже ростом и не такой мощный, как старший. Но похожи они были, как… братья. Даже выражения лиц… Словно в зеркало гляделись.
Пара минут тишины. Потом Ререх негромко спросил:
– Что сказал тебе Веремуд?
– Он сказал: поединок не был чистым, – помедлив, признался Трувор. – Поединка вообще не было. Но поскольку его племянник сам напал на Вартислава, то вира будет небольшой. Две гривны серебром. И не ему. Лютичской родне.
– Я там был, – напомнил Ререх. – И я предложил решить дело миром. И Вартислав был готов. Но этот дурачок очень хотел подраться. И Веремуд сам объявил поединок чистым. Сказал, что не станет мстить. Мне показалось… – Ререх помедлил. – Он хотел, чтобы его племянника убили. Говорили о подменном бойце. И встать в круг должен был Дерруд Убийца. Вартислав решил драться сам, когда племянник уже полез рубиться.
– Зачем Веремуду нужна была смерть племянника? – удивился Трувор. – Мне говорили, тот чуть не угробил боевую лодью, но убивать за это сына сестры…
– Веремуд мутный, как вода в Ольховой[14], – сказал Ререх. – Я думаю… Мне кажется, Веремуд хотел, чтобы его племянника убил варяг. – Он снова опустился на лавку. Трувор сделал то же самое.
– Если это был честный и чистый поединок, то виры не положено, – задумчиво проговорил старший брат.
– А если будет вира, значит, это было убийство, – подхватил Ререх.
Стемидычи синхронно кивнули.
– Я меняю решение, – сказал Трувор. – Виры не будет. Но твой Вартислав… От него все равно слишком много беспокойства.
– Поверь, когда дойдет до настоящего дела, ты порадуешься, что этот малыш с нами. Его ум сравним разве что с его удачей.
– Раз ты в этом так уверен, пусть тогда он сам говорит за себя на Олеговом суде, – предложил Трувор. – А мы послушаем.
– Пусть говорит, – согласился Ререх. – А мы с тобой будем стоять рядом. А еще я поищу видаков. Многие из тех, кто был там, на волоке, сейчас здесь, в Киеве. Пусть скажут свое слово.
Сергей узнал о грядущем судилище от Машега. Случайно. Ночь Сергей провел вне Киева и с утра не отправился в Детинец, потому что решил воспользоваться оказией и обзавестись недвижимостью. Ему нужна база в Киеве. Место, где будет жить он сам и его люди, своя территория, где можно хранить товары и вести дела. Конечно, хотелось бы прикупить какое-нибудь просторное подворье внутри городских стен, но этот вклад Сергею пока что не по деньгам и не по уровню. Он даже за городом ничего покупать не собирался. Сейчас ему достаточно простой аренды, и не обязательно в пределах только что возведенной городской стены. Для начала годился хороший двор за ее пределами. Главное, чтобы имелся выход к воде. Да, в случае нападения на Киев все предместья оказывались под ударом, равно как и имущество тех, кто жил вне стен. Однако вероятность такого нападения, на взгляд Сергея, была невелика. Во всяком случае, до тех пор, пока в Киеве княжит Олег. Ни печенеги, ни хузары не рискнут напасть на берлогу такого мишки. Даже если ее хозяин временно отсутствует.
Вчера Сергей изучил несколько вариантов, выбрал наиболее подходящий и, прихватив для солидности Милоша и здоровяка Ярпи, приехал торговаться.
Время для аренды недвижимости было не самое лучшее. Киев и окрестности заполонили будущие участники великого похода. Цены на постой выросли в разы. Настолько, что большинство пришлых предпочитало ночевать в шатрах или на палубах.
Однако через пару недель большая часть их отправится вниз по Днепру, и ажиотаж спадет. Вот эту простую истину Сергей уже битый час втолковывал хозяину приглянувшейся недвижимости: просторного двора с полным комплектом нужных строений, в число которых входили не только жилье, конюшня и склады, но и вполне добротный корабельный сарай, в который при желании можно было поместить пару небольших лодий или один драккар вроде «Хродгейра».
Они уже практически пришли к соглашению, когда к воротам подъехал разряженный как павлин Машег бар Захариах.
– Варт, ты так на суд опоздаешь! – крикнул Машег, въезжая во двор.
– Какой еще суд? – недовольно проговорил Сергей, готовившийся вот-вот отпраздновать маленькую победу. Не то чтобы полсотни дирхемов имели для него большое значение, но это же как игра – кто кого!
– Ты не знаешь? – изумился Машег. – Да ладно!
Оказалось, не очень-то и ладно.
Веремуд не соизволил сообщить Сергею о претензии, обратившись прямо к великому князю.
А Олег, в свою очередь, сообщил об «иске» полоцкого князя не ответчику, а главе белозерской дружины. То есть Трувору.
Трувор же поделился информацией с Ререхом… который был уверен, что Вартислав уже в курсе.
Машег узнал о грядущем судилище от соплеменника, которому рассказал один из купцов, свидетель поединка на волоке. Тот перенес встречу с хузарским перекупщиком. Мол, буду занят сегодня на княжьем судилище. А судить будут некоего варяга Вартислава, который убил полоцкого княжича.
Имя Вартислав в хузарском представительстве известно и уважаемо. Так что обращенный к Машегу вопрос, не нужна ли какая помощь, был ожидаем.
Вот так о суде узнал Машег.
А от него и сам «подсудимый».
– Милош, закончи здесь, – бросил Сергей,
