Впереди, шумя мотором, готовился стартовать самолет Шефа.
– Разложить крыло!
Истребитель, похожий на огромную птицу, раскинул могучие крылья, показывая всем своим видом готовность взлететь по желанию человека, который сейчас сидел в кабине и дрожал. Дрожь возникала от одной мысли о возможности умереть. Техники ещу раз проверили агрегаты самолута, подвесили под брюхо два дополнительных топливных бака. С помощью пиропатрона завелся двигатель и, громыхая всеми своими лошадиными силами, быстро разгонял вращающийся винт.
Билл оглянулся по сторонам и увидел потрясающую картину. Авианосцы напоминали огромные плавучие ульи. Большие железные пчелы вылезали из недр своих жилищ, как пару минут вылез назад «Корсар» Дарта; приведя себя в порядок, они поднимались в воздух, где собирались в большой рой. В такие минуты даже самый последний штабной писарь понимает, что он что-то значит, что он является неотъемлемой частью отлаженного, как швейцарские часы, механизма – могучего флота. Не говоря уже о пилоте истребителя, которому предстоит много пережить в этот день. Пережить, прочувствовать и передумать, хотя решение в бою всегда будет только одно – нажать гашетку в нужный момент.
Главный техник поднял большой палец правой руки вверх, показывая, что все в порядке и можно взлетать. Вот стартовал самолет Шефа. Билл дернулся с места в следующую же секунду. Короткий пробег по взлетной палубе – и, мгновенно потеряв опору, «Корсар» уже летит над водой. Кажется, сейчас истребитель заденет волны; но вот он выравнивается и поднимается вслед за ведущим. Шасси с характерным звуком убираются в крылья. Билл закрывает фонарь кабины. Голос Шефа в наушниках, словно успокоительное, дарует уверенность в себе.
– Дарт, не отставай.
– На крыле.
– Третье звено на взлет!
Словно огромная туча москитов, приближалась к берегу японского острова Кюсю первая волна истребителей-бомбардировщиков. В передовом отряде шло 124 «Корсара» с бомбами и ракетами под крыльями, над ними грозно реяли 86 «Хэллкэтов» прикрытия. Америка могла торжествовать: похоже, это будет последний месяц войны с Японией, вторжения уже не остановить.
Их ударная группа должна первой сбросить свой смертоносный груз на побережье «Бродвей». Внизу, рассекая воду на полном ходу мчались несколько сотен десантных кораблей. За ними в отделении двигались эсминцы, крейсера и большие десантные корабли. Их время еще не пришло. Пока надо дать дорогу первой волне морских пехотинцев.
Еще с утра флот вторжения был атакован несколькими японскими субмаринами, но ущерб, нанесенный врагом, оказался незначителен. Так что вперед и только вперед!
Правда, японцам удалось ослепить американские корабельные радары. Еще ночью скоростные одиночные бомбардировщики принялись разбрасывать ленты фольги, которые буквально сводили с ума радиолокационную технику. Было трудно определить, где японцы кинут в бой свои основные силы, однако все понимали одно – драка начнется именно сегодня. Многие молодые пилоты приготовились открыть свои «счета смерти».
– Что же может быть лучше, чем поджарить какого-нибудь япошку в его бумажном «Зеро»…[127]
– Косоглазые сами лезут в прицел…
– Пару очередей – и «бум»…
Каждый пилот слышал такие речи от бывалых летунов ВМФ. «Сейчас не сорок второй, японцы уже не те…» «Если кто-то смог, значит, смогу и я…»
Это были последние мысли нескольких парней, сидевших в «Хэллкэтах» и «Корсарах». В том числе и ведущего ударной группы полковника Бэкли. Очередь двадцатимиллиметровых снарядов разворотила его самолут. Под сотню истребителей на большой скорости пронзили общий боевой порядок американцев. «Хэллкэты» не успели ничего предпринять, так как были сами атакованы.
Первая атака длилась всего несколько секунд – а с неба, изрыгая из разорванных корпусов пламя и клубы дыма, уже падало два десятка американских самолутов. Остальные бросились в разные стороны.
Одно из звеньев «Хэллкэтов» свечками ушло вверх, набирая жизненно необходимую высоту. Но смерть оказалась быстрее. Седая старуха осыпала пилотов с их крылатыми машинами веером снарядов. Японцы уже кружили вверху, словно стервятники, бросаясь на смельчаков, пытавшихся выбраться из этого ада и дать отпор. Но инициатива была уже потеряна. Американцы из охотничьих псов превратились в избиваемых щенков. Такого сопротивления со стороны японцев они не ожидали. Новые самолеты врага ничем не уступали самым последним модификациям «Корсаров» и «Хэллкэтов», а в некоторых отношениях даже превосходили их.
Вскоре у большинства уцелевших американских пилотов не осталось на уме ничего, кроме бегства.
– Лети, детка, лети!!!
Но противник был быстр. Тут и там он успевал догнать и расстрелять удирающие американские самолеты. От полного уничтожения первую волну спасло лишь то, что к месту сражения подошла вторая волна – из еще трехсот «Корсаров». Бой развернулся с новой силой: американцы успели набрать высоту и уравняли шансы с японцами. Но, к сожалению пилотов палубной авиации, их построение из трех сотен самолетов оказалось слишком уж заметно, и японцы успели оттянуть бой в сторону берега.
– Скоро у них закончится топливо!
Это было не бегство, а вынужденная мера. Японцы стали выходить из боя с набором высоты.
– Преследовать этих ублюдков и перестрелять всех! – хрипя горлом, прорычал в эфир полковник Буш, ведущий второй волны «Корсаров».
– Справа и выше нас еще одна группа вражеских истребителей!
– Черт побери!
– Нас атакуют…
– Мэйдэй![128] Мэйдэй! Я подбит!..
– Не так быстро! Уходим на боевой!..
– Том! Прикрой меня!..
– «Фокстрот три», ты дымишь!..
Все это, находясь в радиорубке линкора «Миссури», прекрасно слышал командующий высадкой генерал Дуглас Макартур.
– Черт побери! – Он схватился за микрофон. – Приказываю поднять в воздух дополнительные истребители! И согнать к чертям с неба этих япошек! Не хватало, чтобы высадку на «Бродвей» сорвала пара сотен японских истребителей!
– Есть, сэр!
– Генерал! – дежурный радист, совсем молодой парень, привлек к себе внимание командующего. – Генерал, ударные группы, направляющиеся к «Манхэттену» и к «Уолл-стрит», тоже атакованы крупными группами истребителей противника!
– Матерь божья! Поднимайте в воздух все исправные самолеты!
– Но, сэр, если мы кинем в бой все свои самолеты, то как отразим атаку японских летчиков-смертников?
Макартур быстро прокрутил в голове различные варианты развития событий. Японцы уже не раз пытались выманивать основные силы американцев под удар своих смертников – и всегда их особенно интересовали авианосцы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
