проталкиваясь вперед. — Враг повержен! Какие еще нужны доказательства? Мы победили!
Фергюс, искавший способ выразить свою благодарность королю, выкрикнул:
— Да здравствует Артур! Иерна свободна! Мы прогнали варваров!
Весь лагерь разразился ликующими воплями. Празднование, которое долго откладывалось, началось тут же; ирландские короли потребовали от своих бардов победных песен; распечатали бочки с элем. Немедленно развели костры, забили быков и поджарили на вертелах. Томительное ожидание закончилось: Иерна была свободна, победа состоялась.
Напряженное ожидание последних дней превратилось в безудержное веселье. Казалось, весь лагерь долго не смел дышать, зато теперь вздохнул полной грудью. Пока жарилось мясо и эль разливали по чашам, барды восхваляли достоинства собравшихся отрядов и их предводителей. В конце каждой декламации воины шумно выражали восторг. Лорды одаривали лучших исполнителей серебром и золотом, вдохновляя на создание еще более возвышенных баллад.
Артур стоял в стороне и холодно наблюдал за всеобщим ликованием. Гвенвифар не удержалась и упрекнула мужа за угрюмый вид.
— Тебя близко к меду подпускать нельзя, а то он испортится. Иерна свободна. Это лучшая новость, которую мы ждали.
Артур хмуро взглянул на жену.
— Это худшая новость из всех возможных. Случилось то, чего я больше всего опасался. — Он махнул рукой в сторону моря. — Иерна спасена, но это означает гибель Йнис Прайдейна!
С этими словами он решительно вошел к круг пирующих, отобрал у Риса рог и протрубил громкий сигнал. Все ждали торжественную речь и раздачу даров, толпа притихла и приготовилась слушать Верховного Короля. Артур заговорил.
— Иерна свободна, король Фергюс, но праздновать тебе придется одному. Мы немедля возвращаемся в Британию. — Артур тут же начал раздавать приказы британцам готовиться к отплытию.
— Нет, Артур. Нет! — воскликнул Фергюс. — Вы столько сделали для нас! Останьтесь, отдохните хотя бы еще три дня. Это, конечно, мелочь, но хотя бы пиром мы должны вас поблагодарить!
— Я и мои лорды благодарны вам, — ответил Артур. — Может, мы все еще встретимся, и не раз, если будет угодно Богу, чтобы продолжить пир в лучшие времена. Но сейчас нам надо очень спешить. Мы и так потеряли непозволительно много времени.
— Ну, хоть на день задержитесь, — настаивал Фергюс. — Надо же воздать должное победе, которую вы для нас одержали. Ибо клянусь головой, без тебя сегодня на острове не осталось бы ни одного свободного человека.
Конэйр, стоявший неподалеку, скривился от досады.
— Лорд Артур, — продолжал Фергюс, — нельзя так обижать людей в такой радостный день!
Некоторые из ближайших британских лордов при этих словах ощетинились. Уриен сжал кулаки и пробомотал: «Что взять с грязных ирландцев!».
Геронтий решительно встал. Брастиас пытался его удержать.
— Успокойся, брат.
Оуайн рядом с Артуром тоже вскочил.
— Лорд Артур, — громко позвал он, — мы так долго ждали; еще один день ничего не изменит. Будь то пир или битва, я хочу, чтобы ирландские короли знали, что Британия всегда будет выше их! — При этом он глянул на Конэйра с холодным вызовом.
Остальные британцы поддержали Оуайна. Но Артура это не тронуло.
— Нельзя терять ни минуты, — потребовал он. — Собери своих людей, Оуайн. Братья-лорды — немедля отправляйтесь на корабли. Мы идем в Инис Прайдейн.
Решение Верховного Короля пришлось не по вкусу воинам и большинству лордов. Только те, кто знал Артура лучше других, восприняли его приказ без обсуждений, хотя и не поняли его. Кай, Бедивер, Кадор и я видели, что он поступает мудро; остальные же считали его поведение необдуманным и грубым.
И все же на корабли вскоре загрузили лошадей и провизию, а потом началась посадка войск. Как и при переходе сюда, ветер не спешил нам помогать; пришлось погрести, что для большинства воинов казалось унизительным. Кимброги отдыхали, дремали или разговаривали, скрашивая долгий летний день. Пока солнце неторопливо прокладывало борозду по небесному полю, я стоял на носу, прислушиваясь к разговорам вокруг и к ритмичному плеску весел. Горизонт тонул в жарком мареве. Я пытался вспомнить, как давно мы видели последний дождь, как давно я в последний раз видел серое от облаков небо, и чувствовал прохладный северный ветер на лице?
Глубоко задумавшись, я услышал голос, повторявший внутри меня: «У нас нет выбора. Сжечь дотла. Сжечь дотла».
Это неожиданное вторжение в мои собственные мысли поразило меня. Я обернулся, чтобы посмотреть, кто это сказал, но все оставалось по-прежнему: воины в расслабленных позах не обращали на меня внимания. Впрочем, я почти сразу сообразил, что голос прозвучал только во мне и только для меня. Так уже бывало раньше.
Я приготовился слушать дальше, но голос молчал. «Выбора нет, — прошептал я себе, повторяя услышанное. — Сжечь дотла».
Что это означало?
Последовал еще один долгий жаркий день, а за ним еще один, и лишь после этого в сумерках нам открылось скалистое западное побережье Британии. В залив Мор-Хафрен мы входили уже в темноте, преодолевая отливное течение. Мы не стали ночью высаживаться на скалистый берег. Наш небольшой флот бросил якоря, ожидая прилива, чтобы подняться по каналу к месту высадки под Каэр Легионис.
На рассвете мы продолжили путь. Наш корабль шел первым и мы раньше других ощутили запах дыма в утреннем воздухе и первыми увидели темную дымку, размазанную по восточному небу. Первыми мы увидели и самое страшное зрелище, которое только могли себе представить: берег почернел от парусов вражеских кораблей.
Все они сидели на мели. Кроме того, их связали между собой и подожгли! Там были сотни кораблей, и все они горели уже не первый день — но даже сейчас дым поднимался к небу от тлеющих мачт и бортов.
Их было очень много! Во много раз больше, чем мы видели в Иерне, — и все они горели. Мы с ужасом смотрели на это отвратительное пожарище и понимали: Черный Вепрь на Острове Могущественного. И, Господи помилуй, он намерен здесь остаться.
Глава 3
Я давно не видел Артура в такой ярости. Он приказал Баринту причалить выше по берегу и отправил Бедивера, Лленллеуга и кимброгов на разведку. Он стоял по колено в воде, командуя своими вождями, пока они высаживались. Последние корабли не успели коснуться берега, а первые воины уже свели коней, оседлали и разошлись в разные стороны. Вандалы оставили множество следов: траву в долине втоптали в сухую грязь тысячи ног.
Дорога вела к Крепости Легионов. Город стоял заброшенным еще
