ноздрями воздух и плюхнулся на диван рядом со своей помощницей. – Ты, как всегда, была права!
– В чем именно, сиятельный? – мягко улыбнулась женщина и грациозно соскользнула с дивана. – Ты слишком возбужден. Стоит успокоиться. Сейчас принесут коньяк. Благотворно влияет на нервную систему.
Елена Владленовна сделала незаметный жест своему протеже на кухне и присела на ковер рядом с Анатолием Григорьевичем.
– Я слушаю. Что стряслось? – мурлыкнула она, накрыв дрожащую мужскую руку ладонью с длинными холеными ногтями, покрытыми темным матовым лаком.
– Ты была права по поводу девчонки.
– Так это она была в подземелье? – насторожилась Елена Владленовна. Из ее голоса исчезла томность, а из жестов – расслабленность.
– Не знаю. Об этом я до сих пор ничего не знаю. Кто-то из опрошенных врет, но я не уверен, что она. Все еще не представляю ее шныряющей по подземелью, но…
– В чем же тогда дело?
– Я видел ее с Владом.
– Насколько все серьезно? – холодно уточнила женщина, закусив от волнения губу.
– Сказать сложно. Молодая кровь, повышенная любвеобильность… Возможно, это мимолетное увлечение.
– Так сделай, чтобы это оказалось именно так, а не иначе! – Елена Владленовна покачала головой. – Я тебе говорю: держи парня подальше от этой девчонки и поближе к Веронике. Поговори с ним. Возможно, все не так страшно. Он по-настоящему любил Веронику, ситуация не могла измениться так быстро. Разлюбить в одночасье нельзя. Главное – не упустить момент и не дать ситуации развиться по плохому сценарию.
– А если его чувства были не так глубоки, как нам казалось?
– Вот и узнай это у него самого. Влад хоть и ветреный, но неглупый мальчик. Он поймет сложность ситуации и не будет врать. Займись им, а я займусь Вероникой.
– Что ты хочешь сделать? – насторожился Анатолий Григорьевич.
– Дам несколько незаменимых советов. Согласись, и в ее интересах удержать парня. Даже если серьезных чувств нет и не было, можно попытаться их разжечь.
– Действуй на свое усмотрение, – махнул рукой Катурин-старший. – И еще. Не спускай глаз с Алины. Я хочу знать об этой девчонке все. Она темная лошадка. Теперь я это понимаю. Ее сил недостаточно, чтобы стать лучшей, а значит, она не должна быть рядом с Владом.
– В том и опасность девушек-ванилек. Ее сил не хватит, чтобы выполнить предначертанное, но достаточно, чтобы все разрушить. Мы не должны этого допустить.
– Вот и действуй.
– Как скажешь, – томно пожала плечами Елена и отвернулась.
Анатолий Григорьевич достал телефон из кармана и направился к двери.
– Влад! – рявкнул он в трубку, захлопнув за собой дверь. – Жду завтра с утра на нижнем уровне. У меня к тебе очень серьезный разговор. Кажется, ты начал забывать великую цель, ради которой затеяна вся эта игра.
Глава 27
Попытка бегства
Туманный рассвет заглядывал в окна, а я даже не задремала. Вернулась поздно и всю ночь лежала с открытыми глазами. Думала и разглядывала сквозь прозрачные тюлевые занавески звездное небо за окном. Сейчас в моей жизни все было слишком сложно. Я не любила подобные ситуации и чувствовала себя сумасшедшей. Тайны, мистические происшествия, недомолвки, ложь – все это сплелось в один тугой клубок, в центре которого оказалась я.
Непонятно, чему верить. Бабушкиному письму? Словам Влада? Своим чувствам и голосу разума? Единственным верным решением было уйти от сложностей и проблем туда, где они не достанут. Как там говорят? «Береженого Бог бережет»? Вот и буду действовать по этому принципу. Нечего испытывать судьбу. Можно, конечно, постараться докопаться до истины, но кто знает, чем закончатся эти попытки.
Несмотря на то что поцелуи Влада сводили с ума и расставаться с парнем было невыносимо больно, я понимала: он врет мне. Знает намного больше, чем говорит. Я была почти на сто процентов уверена, что он один из нагов и скрывает это. Он не тот, кем пытается казаться. И если я хочу уцелеть, нужно бежать как можно быстрее. Не только из лицея, но и от него.
Ночью я видела в глазах Влада желание и нежность, но не могла себе позволить на них купиться. Поэтому утром, когда Ксюха ушла на завтрак, запихнула в небольшой заплечный рюкзак все необходимое и выскользнула из комнаты, молясь, чтобы никто не встретился на пути.
Лицеисты спешили на завтрак, и в коридорах на меня никто не обратил внимания. Я сбежала по лестнице мимо выползших на сентябрьское солнышко ребят и устремилась по аллее к воротам.
– Алин, ты куда? – услышала я сзади крик кого-то из однокурсников.
Не оборачиваясь, ответила:
– Прогуляюсь. Люблю утренние пробежки.
– Только на пары не опоздай! – жизнерадостно донеслось вслед.
– Хорошо! – соврала я и ускорила шаг, надеясь, что меня не остановят на проходной охранники.
«Здесь же не тюрьма, в конце концов?» – убеждала я себя по дороге, пиная носком розовой кроссовки шуршащие ярко-желтые листья, которые усыпали узкую аллею, ведущую к массивным воротам.
В свежем утреннем воздухе уже отчетливо ощущалась осень. Было прохладно, пахло пожухлой травой и опавшими листьями. По краям дорожки вспыхивали золотом березы, алели каштаны и клены. Под ногами изредка хрустели шляпки желудей. Наверное, я бы влюбилась в это место, если бы за стенами старинного особняка не притаилось множество мрачных секретов и тайн. И почему мы так мало гуляли с Ксюшей, пока была возможность? Тут даже воздух не такой, как в городе. Густой, насыщенный, пьянящий…
Я уже не бежала, а лениво брела в сторону проходной. Как ни хотелось поскорее сбежать, все же частичка моего сердца осталась здесь, в усадьбе. На тенистых аллеях, в мрачных подземельях, за толстыми старинными стенами и в черных, словно деготь, глазах Влада.
– Не положено выпускать студентов без разрешения директора лицея, – остановил меня на проходной охранник и примирительно улыбнулся, словно извиняясь за дурацкое распоряжение начальства.
– Но как? – не поверила я. – Мне нужно уехать. Очень нужно.
– К сожалению, сначала придется взять у руководства письменное разрешение. Не мы придумывали это правило, и не нам его отменять. И рады бы помочь, но с этим очень строго.
– Но в прошлый раз меня выпустили без проблем! – заканючила я, чувствуя, как разбиваются вдребезги мечты. Неужели не получится слинять из этого проклятого места?
– Одну и без письменного разрешения? – не поверил охранник. – Не может такого быть! Мы отвечаем за вас головой. Никто не взял бы на себя такую ответственность.
– Не совсем одну, – нехотя призналась я и покраснела. – Со мной был Влад Катурин…
– А-а-а! – усмехнулся охранник. – Так
