Я тряс шурда, словно куклу, ощерив зубы в яростном оскале. Мечущиеся над головой щупальца, злобно пылающие глаза и скрежет шипастых доспехов – я был похож на безумное чудовище.
- О-о-ох… - скособочившийся гоблин скривился от боли. Кажется, я, сам того не заметив, сломал ему пару ребер, да и шею заметно перекривило. – На этот вопрос я отвечу тебе, Нагоняющий ужас! Нас привела сюда воля Тариса и рука возглавившего нас Риза Мертвящего, вернувшегося из Темной Бездны! Ваше поселение падет! Всех ваших женщин и детей пустят на вку-у-ссное мясо, а тебя бросят к ногам Великого Тариса! И тогда ты познаешь, что такое настоящее отчаяние! Твоя клетка… твои обещанные пытки… это ничто по сравнению с деяниями моего повелителя! Тебе не сравниться даже с его тенью! Ты прах под его ногами! Жалкий червь пытающий… акх!
Я разжал руку, и к моим ногам рухнуло мертвое тело темного гоблина. Из его левой глазницы, превратившейся в окровавленную дыру, медленно вытянулось ледяное щупальце.
- Какой несговорчивый шурд, – произнес я, равнодушно отворачиваясь от трупа. – Рикар… Рикар… Рикар!
Вздрогнувший всем телом здоровяк перевел остекленевший взгляд на меня и, запинаясь, выговорил:
- Я не ослышался, господин? Он сказал «Риз Мертвящий»?
- Ты не ослышался, – кивнул я, усилием воли унимая щупальца. – Пошли. Отсюда надо уходить. Рикар, очнись ты уже! Эй! – окликнутые мною воины встрепенулись и прекратили разглядывать поверженную киртрассу. – Всех тварей оттащить вон к той куче бурелома и поджечь! И быстро! Здесь оставаться нельзя! Быстро! Все следы тщательно замести! Убрать все до последнего отпечатка!
- Да, господин!
Развернувшись, я торопливо зашагал назад по собственным глубоким следам, рядом с которыми отпечаталось две цепочки отпечатков ниргалов.
Шурд проговорился… проклятый темный гоблин сам не заметил, как сказал нечто очень и очень важное.
Он сказал: «…даже от твоих следов несет диким ужасом, заставляющим наших костяных братьев трепетать в страхе». Мои следы… глубокие следы, что я оставляю при каждом шаге. Похоже, что они источают пропитавшую меня темную энергию, которую я накапливаю при каждом убийстве. И, несмотря на исходящий от них «дикий ужас», костяные братья могут точно пройти по каждому моему следу. Возможно, даже в том случае, если все видимые обычному взгляду следы полностью убраны. Волочение веток тут не поможет, если я оставляю после себя… какие-то отметки ужаса. То есть враги сумеют выследить мой путь, и выходит, что меньше чем час назад я сам показал будущим разведывательным отрядам, где именно находится черный вход в наше поселение. Я сам указал им на дверь, что еще даже не существует…
Костяные братья… Костяные братья - это нежить. Либо пауки, либо их более крупные и старшие сородичи киртрассы. Явно не обладающие плотью обычные тупые мертвяки. В уничтоженных нами отрядах были и пауки, и киртрассы. Шурды не больше чем подкрепление и дополнительные глаза. Да, наверняка я прав, но это знание ничего мне не дает. Я не смогу перехватить каждый вражеский отряд, подкравшийся к нашему дому. Особенно если это случится темной ночью.
Мне срочно нужен Койн! Нужен немедленно!
Что еще… Риз! Риз Мертвящий во главе шурдов и нежити. Я уже слышал это имя…
- Вра-а-аг! Вра-а-аг! – громкий крик донесся до моих ушей как раз со стороны входа в бывший оловянный рудник.
Вздрогнув, я рывком перешел на бег, стремительно несясь на звук неутихающих криков. Кто там? Еще один отряд разведчиков? Или же целое войско?
Кажется, я проморгал еще один отряд как минимум – тот, что решил обойти Подкову совсем с другой стороны и тем самым оказался для нас полной неожиданностью.
Я бежал так быстро, что от меня отстали даже ниргалы, говорить про остальных не приходилось – они давно остались далеко позади, не в силах выдержать такой темп движения по скользкой липкой грязи. А спереди до моих ушей доносились громкий крики и пронзительный визг нежити. Еще костяные пауки…
Появившийся впереди пригорок я преодолел в два прыжка, третий совершил уже с его вершины, оказавшись посреди беспорядочной драки, по-другому не назвать. Два человека лежали в окровавленной грязи, зажимая ладонями раны, рядом сидел скрючившийся гном, схватившись за живот, по располосованной кожаной куртке быстро расплывалось красное пятно. В шаге от гнома валялись костяные обломки и расколотый череп с всаженным в него топором. А дальше все еще шла битва пяти моих воинов против двух потрепанных пауков и двух шурдов с луками. Позади них высилась зловещая киртрасса, явно пытающаяся на скорую руку создать очередную иллюзию. Повезло – вступи она в прямой бой, все было бы уже закончено.
С силой взмахнув рукой, я бросил меч, глубоко вонзившийся в узкую грудь одного из шурдов, уже натянувшего тетиву. В этот момент бой, по сути, завершился – вся нежить, едва я только появился, круто развернулись и бросились бежать, оставив оставшегося в живых шурда и его умирающего собрата на произвол судьбы. Быстро соображают, несмотря на отсутствие мозгов, и сразу поняли, что все шансы на победу утеряны.
- Шурда брать живым! – крикнул я, бросаясь следом за тварями.
Мелькнувший рядом со мной короткий арбалетный болт ударил одного из улепетывающих пауков в затылок черепа и засел глубоко внутри. Нежить это не убило, но холодный металл внутри черепа сыграл роль огненной плетки – паук с визгом закрутился на месте, забил лапами, пытаясь достать ими до головы и вырвать приносящий страдания предмет. В этот момент его настиг я, приземлившись обеими ногами на макушку черепа, расплющив его и вбив в грязь. Костяные лезвия и крючья лап в последний раз стегнули меня по закованным в металл ногам, но я не обратил внимания на агонию изначально мертвого уродца и не оторвал взгляда от бегущей киртрассы.
Погоня завершилась только шагов через двести, когда я наконец-то сумел догнать непрерывно визжащую тварь и сокрушить ее несколькими ударами щупалец. Внутри ледяных отростков запульсировала крошечными огоньками переходящая в меня жизненная энергия, у моих ног распласталась уничтоженная тварь, а далеко-далеко впереди стремительно исчезал последний противник – неожиданно быстроногий костяной паук, двигающийся так быстро, что сумел оторваться от меня и с каждым мгновением увеличивал отрыв. Упускать его нельзя. Никак нельзя! Едва только нащупав взором последнюю тварь, я вновь сорвался с места. Последняя схватка произошла у самого входа в разрушенный рудник. Костяной паук наверняка видел зияющую в теле скалы дыру и запомнил ее местоположение.
Позади меня раздавался тяжелый топот ниргалов, изредка пролетали режущие воздух арбалетные болты, но костяной паук метался из стороны в сторону, и выстрелы проходили мимо. Он слишком быстр…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
