биться, но в то же время инстинкты взяли контроль.
Боец открыл рот, чтобы сказать что- то напарнику, стоящему позади. И тут же Линду будто передернуло. Всю свою силу она направила в один мысленный приказ.
В мгновение ока стена ощетинилась ледяными шипами. Меньше полусекунды, и они выросли на метр, пробив насквозь обоих солдат, стоящих чуть ли не вплотную.
Дыхание вырвалось из легких девушки. Оказывается, последние полминуты она забыла даже о том, как дышать.
А сейчас будто посмотрела на саму себя другим взглядом.
Пулемет позади все не замолкал, не отвлекался даже на перезарядку. Но угроза, исходящая от него, словно уменьшилась в размерах.
Сделав первый шаг в сторону грохота, девушка вспомнила тренировки с Брайером, и уже на следующем вернула щит, прикрывший её от внешних угроз.
Линда высунулась из- за угла. Несколько пуль с хрустом врезались в созданную ей преграду. Взгляд не сразу нашел источник вспышек — пулемет, создававший большую часть неразберихи в этом участке.
Она попыталась повторить прием с шипами, но желание покончить с этой огневой точкой перевесило концентрацию, и всю позицию накрыло полуметровым слоем льда.
И множество стремительных теней, до того сливавшихся с местностью, мигом бросились вперед.
Она потеряла из виду Нильсона. Осторожно выглядывая из- за ледяного щита, девушка тщетно пыталась найти взглядом своего защитника. От глыбы откололся кусок, и она вновь замерла в нерешительности.
Слышались крики повстанцев, командир организовывал боевой порядок, ни на секунду не замолкали выстрелы и взрывы. Они всё поняли, они идут к ней, а она стоит, потому что потеряла Нильсона.
Хватит. Нужно делать все самой, перестать оглядываться на него. Линда уверенно вышла из гаража, нарастив ледяной панцирь на уязвимых местах, оставив свободными только ноги, и метнулась к позиции врага. Она вмораживала вражеских солдат в землю, вычисляя взглядом синюю и черную форму, прикрывая своих и избавляясь от чужих. ОПЗМовцы быстро сориентировались и пошли за ней, выстрелами добивая повстанцев.
Грохнул выстрел танка, разметав солдат в броне, а затем к нему добавился град реактивной артиллерии. Линда подняла голову и увидела, как один из самолетов Организации огненным шаром несется к земле.
Девушка снова замешкалась на несколько мгновений, когда очередной выстрел сбил кусок льда с ее панциря, она побежала в сторону, на ходу строя стену, закрывая позиции для нового танкового выстрела, но тяжелая техника не оставалась в стороне и слаженным огнем выбивала куски из преграды. Линда обошла позиции, подобравшись на расстояние действия Дара и плотно закупорила танковые пушки толстым слоем льда, при очередном выстреле орудие оказалось выведено из строя.
Маленькая победа оказалась ничем, когда снова в бой ворвался артиллерийский вихрь. Орудия стояли на удалении, до них невозможно было добежать, зато их ответ настигал в любой точке поля боя. Очередной самолет упал вниз, звено стало перестраиваться.
Прогремел очередной взрыв, но на этот раз это было ответом ОПЗМовцев. От грохота заложило уши, волна взметнула потоки пыли, чуть не сбила Линду с ног, а в небо взметнулся огненный смерч. Кажется, это был склад боеприпасов, в лагере повстанцев стал распространяться пожар.
Зазвучала сирена.
Линда надела выпавший наушник, сквозь шелест помех в эфире слышались доклады, девушка присела за стену, переключая каналы, тщетно пытаясь дозваться Нильсона, но тот не отвечал, и она поняла, что сама принимает решения и отвечает за себя. Этот миг свободы многое прояснил в голове и очистил сознание.
Девушка все еще немного понимала в военном деле, но, кажется, знала, что нужно сделать, чтобы не затягивать операцию. Она вновь вышла на общий канал.
— Артиллерия сбивает наши транспортники! Нужно или уходить, или менять план! — докладывал один из командиров.
— Задача еще не выполнена, — отвечал Вензель, как называли в радиообмене оперативный центр управления, — судя по нашим данным, еще шестьдесят процентов путей сообщения вдоль транспортного пункта целы, урон недостаточен.
— Мне нужен транспорт, — включилась в разговор Линда, — думаю, если мы сможем быстро облететь периметр, я уничтожу пути.
— В зоне артиллерийского огня?! — удивленно и с раздражением спросил ОПЗМовец- командир, — да вас собьют, и мы потеряем транспорт и главную ударную силу.
— Согласен, — добавил Вензель, — это нерационально. Куда как правильнее перераспределить силы и попробовать вывести из строя артиллерию, чтобы обеспечить продвижение наших солдат, а после заняться путями сообщения. Спустите технику.
— Есть! — отрапортовал командир.
Очередной град обрушился уже на землю, разбрасывая боевые порядки солдат Организации, Линда видела, как черные силуэты разбегались в разные стороны в поисках укрытия, но выстрелы нещадно накрывали даже союзные здания, разрушая их и погребая под обломками солдат вторжения.
— Потеряны второй и четвертый взвода, — последовал незамедлительный доклад с поля.
— Техника не успеет, — уставшим голосом проговорил ОПЗМовец.
— Делаем, как говорит Линда, — твердо отрезал Брайер, как гром среди ясного неба ворвавшийся в разговор. Линда обрадовалась тому, что услышала его, и не менее — тому, что он ее поддержал, — продвижение наступление остановлено врагом, они смогли собраться и организовать оборону, момент неожиданности закончился, мы ведем неравный бой. Кроме того, на подходе подкрепление из механизированных подразделений. Такой натиск нам не сдержать без больших потерь, предлагаю нанести быстрый удар и эвакуироваться.
— Что ж…, — где- то рядом с гвардейцем снова раздался очередной взрыв, — не вижу смысла спорить.
— Говорит Вензель, всем союзным силам отступить к точке эвакуации, один транспорт выделить для Основного калибра, сообщите координаты, — наконец, прозвучал ответ, заставивший девушку улыбнуться.
Она назвала цифры, укрепила ледяную преграду и стала ждать. Стена держала рвущиеся снаряды, а Линда наблюдала за свинцовым небом, и вот спустя несколько минут в нем показался серый конвертоплан. Машину тут же окружили сполохи взрывов, но та держала удар и стремительно снижалась.
Линда подняла себя с помощью ледяного сталагмита и запрыгнула в открывшийся десантный люк, а затем развернулась, пристегнув себя ремнем. Проверив натяжение, она махнула пилоту, и транспорт двинулся.
Салон так сильно трясло, что девушке пришлось приморозить себя к полу, однако никакие вражеские атаки не мешали ей видеть перед собой цель. Она выглянула из люка и усилием воли начала выворачивать рельсы из земли наращивая ледяные конструкции, она покрывала все, что видела, толстым ледяным слоем, неумолимо останавливающим всю жизнь, что попадалась ему на пути, а конвертоплан тут же сопровождал это выстрелами орудий, раскалывающих рельсы, здания и, несомненно, превращающих в ледяную крошку попавшихся солдат. Наряду с пожаром это породило настоящий хаос в лагере противника, да такой, что даже та самая артиллерия, что грозила перевернуть исход боя в пользу повстанцев, замолчала, беспомощно наблюдая, как все гибнет в потоках мороза.
Конвертоплан с Линдой на
