пар. На него натыкались и удивлённо поглядывали. Он встряхнулся, нашёл взглядом Даринку. Та смотрела на него с откровенным изумлением, приподняв одну бровь. Рядом с ди-джеем стоял Вадим. На его лице тоже читалось удивление, но больше было злости.
Крис развернулся и, растолкав толпу нетанцующих наблюдателей, покинул площадку. Он хотел уйти в «казарму» и немного побыть в одиночестве, но на середине пути его догнал Вадим и дёрнул за руку.
— Это чё блин такое было?
— В смысле?
— Я сам Славку собирался пригласить.
Крис шумно вздохнул.
— Не знаю. Просто захотелось.
— Не знаешь? Захотелось? Я ведь тебе не просто так сказал, что у меня на неё планы. А это как-то не по-дружески.
— Не я первый начал.
Крис обошёл Вадима, но тот догнал и снова схватил за руку.
— Это ты мне Алину, что ли, припомнил?
— Забудь, — Крис устало махнул рукой. Его сейчас и без претензий Вадима раздирали противоречивые чувства. Он сам не мог сказать, зачем пригласил Славку. Какой-то дурацкий порыв.
— Ага, щаз, забудь. Я её не уводил, она сама меня выбрала.
Крис развернулся.
— Ты знал, что она мне нравится, и всё равно влез, Вадик.
— Ну ни хрена себе ты припомнил. Решил мне отомстить? Хороший друг, лучший прямо.
Вадим развернулся и ушёл. Крис смотрел ему вслед, ощущая странную растерянность и обиду. А ещё злость на Славку. Она его оттолкнула. При всех, просто взяла и оттолкнула. Почему-то отказа он не ожидал, хотя сейчас, прокручивая в голове свой нелепый поступок, понял, что это как раз было предсказуемо.
Утром их снова отправили на линию. А после обеда Крис переоделся и перенёс вещи в машину. Вадим весь день с ним не разговаривал, но, услышав рычание мотора, приблизился к «Ниве» и заглянул в салон.
— Так не пойдёт. Нельзя тебе в таком настроении лезть на слэк. Расхреначишься ещё чего доброго. А я буду виноват.
— Из-за тебя, что ли, мой дорогой? — усмехнулся Крис.
Как только он увидел, что Вадим идёт к машине, сразу догадался, что тот хочет помириться.
— В общем, мы с тобой уже как-то договаривались, что ни одна девка не стоит нашей дружбы. Я до сих пор так думаю.
Крис заглушил мотор и вышел из машины.
— Вообще, смешно сейчас делить Славку, которой наплевать на нас обоих. Тем более у меня Аня есть.
Вадим кивнул.
— Вот-вот.
— Это ты про «наплевать» или про Аню?
— И про то и про другое. Ладно. Хорошей тебе дороги и нормально отдохнуть. Приедешь, я с тебя на слэке три шкуры спущу. — Он выставил кулак, дождался, когда Крис ударит в ответ по его костяшкам, и улыбнулся. — Пока. И это, за Вадика я тебе по жопе дам. Собаку свою Вадиком называй. Чтобы больше не слышал. Договорились?
— Договорились. Пока.
Около Новороссийска телефон Криса засветился очередным звонком с неизвестного номера. Крис нажал кнопку громкой связи, без приветствия и алёканий перешёл к делу:
— Я не знаю, кто ты и зачем звонишь. Но, если это не прекратится, я выясню, чей это номер.
Молчаливый собеседник тут же сбросил звонок. Крис только усмехнулся. Подобное уже случалось, когда Даринка дала его номер нескольким своим подружкам. Одна молчала, другая слала смайлы и картинки, а третья пошла дальше всех — устроила сеанс неуклюжего секса по телефону.
В районе Туапсе Крис раньше не был, всё казалось новым и незнакомым, будто он попал в другую страну. Навигатор привёл его к базе МЧС, там его встретил Тимофей. «Ниву» пришлось оставить среди машин других хайлайнеров, к месту лагеря вела пешеходная тропа. Загрузившись оборудованием Криса, они побрели по широкой, извилистой дорожке до самой Родниковой поляны. Едва нашли потухшее кострище, как сумерки превратились в непроглядную ночь. Пока Крис ставил палатку, Тим подсвечивал ему фонариком, то и дело широко зевая. Крис поблагодарил его и отпустил спать.
— Утром разбужу тебя, познакомишься с другими ребятами. Отдыхай, а то весь день в дороге, а на завтра нужен свежий и бодрый. Голодный?
— Нет. Ужинал перед Джубгой. Спокойной ночи.
Крис сложил вещи, раскрутил спальный мешок и почти сразу же погрузился в сон, точно с разбега прыгнул в чёрную вязкую смолу. Спал без снов и проснулся с ощущением, что не прошло и минуты. Как ни странно, чувствовал себя отдохнувшим и заряженным, словно искрящаяся батарейка, полная энергии. До краёв наполнился предощущением счастья, будто именинник, ожидающий подарков. Так оно и было на самом деле. Во всяком случае, для Криса. Только здесь он ощущал себя живым и абсолютно свободным.
Завтракали в спешке, Крис познакомился ещё с тремя ребятами, опытными скалолазами, они обсуждали предстоящий подъём и сами горы. Оказывается, Индюк необычный не только из-за названия, он вроде как лакколит — несостоявшийся вулкан, когда-то выросший на дне океана. Именно поэтому вокруг самого Индюка скучилось столько причудливых останцев, некоторые даже имели собственные не менее странные названия: Индюшка, Телевизор, Тритон.
Поверхность скал сформировалась настолько затейливо, что это место давно стало популярным у альпинистов, а теперь и у хайлайнеров. Костя сразу выбрал один из скалолазных секторов — Корону, там уже была навешена линия от камня Подкова к зубцу в Короне Индюка, но он планировал разбить ещё парочку новых. Одну — в шестьдесят метров, а другую — короткую, но очень зрелищную, прямо над глубоким разломом.
После недавнего фестиваля в скалах остались шлямбуры, но их хорошенько проверили, вбили ещё парочку анкеров. Солнце выглядывало из-за облаков, но не припекало, скорее, ласкало. Ветер налетал порывами, будто играл и проверял их настроение. Тёплый, немного солоноватый из-за близости моря. Крис рассматривал кудрявые макушки деревьев, пористые камни, местами затянутые плотным мхом, и словно прислушивался. У каждой горы была своя энергетика, свой характер, и, перед тем как встать на стропу, он словно синхронизировался с окружающей атмосферой, вписывался в неё, а не пытался покорить. Он никому об этом не говорил, но ощущал очень ярко и совершенно отчётливо. Пожалуй, Славка хорошо бы поняла это состояние и не посмеялась над его воображением.
Продевая стропу в лайнлок, Крис заметил, что его руки немного подрагивают от напряжения и лихорадочного возбуждения. Тим тоже это заметил и ухмыльнулся:
— Офигеть, ты высотный наркоман. Ладно, пойдёшь первым.
— Спасибо.
Наконец линии соединили зубья Короны и звенели на ветру, петли трепетали, как кружева. Крис надел беседку, вцепился страховочным усом и разулся. Перед тем как встать на слэк, он глубоко вдохнул и раскинул руки в стороны. Под ним плыли облака, белые, как взбитая молочная пена, над ним до самого космоса выгнулось синее
