Начала движение, сверяясь со внутренней картой и маячком, на ходу вытаскивая злополучную пуговицу. По моим представлениям Бог должен быть на высоком зеленом холме, окруженном лесами и цветущими садами, в величественной замке из прозрачного хрусталя. Такого чистого, прочного, как моя линза на оптической плате.
Поэтому я долго смотрела на заброшенную многоэтажку, не понимая, почему в моей голове не состыковываются образы конечной остановки. Картинка не накладывалась! Где хрустальный замок? Заброшенный человеческий дом пугал дырами, открывая проемы в квартиры, и показывая зубья перил и лестниц. Уныние и запустение. Комки свалявшейся пыли и обрывки выцветших штор в разбитых окнах. Обреченность и безнадежность. Забытый плюшевый мишка в ветвях обломанного дерева, одиноко растущего у парадного входа с оторванной дверью. Безжизненность и запустение. Всё это обрушилось тонной информации на мой обновленный мозг. Я не понимала, как в сотнях метрах могла находиться развитая цивилизация: с миллионом ярких огней, оживленными улицами, обрушительной пять д рекламой — мимо, которой не пройдешь. И сразу, за фасадом гиперурбанизации места запустения. Так похожие на скрытые гнойники в здоровом организме.
Бог жил ...скромно. Даже по сравнению с домом Харрисонов. Да, что там. Моя кладовка для инструмента теперь казалась апартаментами. А заброшенный школа, где размещался наш тайный орден, как раз и походила на подвал представляемого замка в розовых лучах заката. Может, перетащить туда Бога? Все равно теперь в школе никто не учится — знания никому не нужны — всё есть в интернете. Для начала выкинуть оттуда тайный орден, но это уже другой шаг.
Пока я сделала первый шаг к разбитому подъезду. На козырьке колосилась непроходимыми зарослями зеленая трава. Мишка, в ветвях деревья приветливо закачался. Точка маркера, перестала светится красным, погаснув.
Барби, где ты? Я иду.
Иду спасать Бога.
Глава 29. Детектив Фокс
Лейтенант Браво не спускал глаз с удаляющейся фигуры био. Машина буравила толпу, шла вперед ледоколом, не видя препятствий. Цивилизованные люди в паники расступались перед ретивым киборгом, изумленно бранясь, и снова продолжая меланхолические неторопливые движения никуда неспешащих людей. Массы жили своей привычной жизнью, а вот био настораживала своим поведением. Полицейский глубоко засунул руки в карманы и сжал губы, напряженно думая. Всё ли в порядке? Ситуация точно не выходит из-под контроля? Потерять десяток био —это одно. Но потерять молодого сотрудника привыполнении пустякового задания — это другое. И не так страшна кара внутрененнего расследования. Больше задевает удар по самолюбию. Лейтенант Браво снова послал запрос на симбиоз со старой био, желая сделать привязку машины к себе И снова получил отказ. Оставалось лишь пожать плечами и надеяться, что у Фокса получилось и киборг доставит их к цели.
— Получишь ты, малец, на орехи, когда всё закончится — пробормотал полицейский и тихо скомандовал. — Напарник?
Над головой загудела мощная турбина. Бридж лихача сделал мертвую петлю, пугая остальных водителей. И лейтенанта Браво снова осуждающе покачал головой: никак не мог его друг без полицейского куража, надо было обязательно нанести панику среди гражданских.
С неба спустилась бронированная плоская бэха. Черный корпус блестел от нового полироли. Лазурные окна ловили блики разноцветной рекламы. Машина замерла над асфальтом, как когда-то пойманный киборг, в метре от поверхности. Дверь, щелкнув замком, с шипением отошла вверх. Бридж радостно улыбаясь, посмотрел на старшего следователя, и тот медленно кивнул, подтверждая, что все сделано: контакт установлен, задача выполнена.
— А, как петля? Тебе понравилась?
— Баловство. Бросал бы ты свои армейские привычки.
— Десантников, бывших не бывает. Садись! Погнали! — нетерпеливо отозвался лысый напарник. Надо было держать марку до конца и Бридж невзмутимо стал рассматривать острые носки своих светло-коричневых ботинках. Он явно не торопился, провожая взглядом стремительно удаляющуюся био. С каждым шагом псевдочеловек набирал скорость. Можно было только позавидовать. Олимпийские спринтеры отдыхали в сторонке, завистливо вздыхая. Прогресс, будь он не ладен. Скоро люди на соревнованиях не нужны будут. А, может, и совсем не нужны.
Мысль позабавила. Бридж величественно сел, заполняя объем белоснежного салона. Кресло под ним быстро подстроилось, улавливая все скрытые желания пассажира. Бэха не могла ни радовать комфортом. Полицейский подмигнул своему зеркальному отражению, весьма довольный собой и днем.
— У тебя получилось?! — не выдержал напарник, дергаясь, и отстукивая по полумесяцу руля ритм.
— Конечно, — меланхолично ответил старший следователь. — Ничего сложного. Рутина, а не работа. Хоть бы что-нибудь по острее, что б нервы пощекотало!
— И она приведет нас к постовому? — водитель в нетерпении, закрутил шеей.
— Парень до сих пор считает себя следователем, — сказал бесстрастным голосом пассажир и посмотрел на напарника. Они переглянулись. Не выдержали, засмеялись. Лысины покраснели и покрылись испаринами. Бэха автоматический включила кондей. Свежие струи, обогащённые запахом соснового бора, привели в чувства.
— Да ты чего?! Правда?
— Малец меня расстроил. Некоторым лучше не выбираться из постовых. Махал бы на перекрестке палочкой до пенсии, нет же: я — следователь! Откуда у людей столько амбиций?
— Да, пускай хоть Богом! Завалить такое простое дело! Это надо постараться!
— Надо уметь! — подсказал со своего места Бридж. Полицейский негодовал.
— Родиться особенным! — бодро подтвердил Браво. Они снова посмеялись. Выдохнули, успокаиваясь. Каждый уставился в свою точку. Отпустило.
— Как думаешь, — начал Бридж, поглаживая ухо, что выдавало в нем крайнюю озабоченность, — не слишком жестоко мы с ним? Все-таки молодой.
— Это в тебе совесть заговорила? Все такими были! Зато быстро заматереет! — тут же отозвался напарник. Лейтенанты переглянулись.
—
