отбрасывали назад, погружая еще глубже в эту массу. В этом хаосе он ощущал себя потерянным, словно капля в океане. Руки и локти толкали его с разных сторон, а ноги постоянно натыкались на чужие стопы. Вокруг мелькали незнакомые, напуганные лица. Гилл видел слёзы на щеках женщин и детей, слышал крики отчаяния и тревожные призывы. И вдруг, как по волшебству, поток начал ослабевать. Люди перед ним начали размыкаться, и он увидел узкий переулок, словно внезапно открывшуюся тропинку в густом лесу.
Собрав последние силы, Гилл рванул туда. Он пробирался сквозь людей, пытаясь удержать равновесие, когда кто-то сильно толкнул его в бок. Потеряв опору, Гилл вывалился из толпы и упал на асфальт, словно выброшенная на берег рыба. Он лежал, тяжело дыша, и смотрел в ночное небо, рассекаемое лучами лазеров и снарядами. Казалось, что этот момент длится целую вечность. Гул толпы все еще звучал в его ушах, но теперь он был чем-то далеким, словно шум прибоя на горизонте.
Гилл поднялся на ноги и огляделся. Переулок был узким и темным, но в нем было тихо и спокойно по сравнению с тем хаосом, из которого он только что выбрался. Стены переулка были покрыты граффити и трещинами, а мусор и разбитые бутылки хрустели под ногами. Он ощутил легкий ветерок, прохладный и освежающий после давящей жары толпы. В этом мрачном месте он почувствовал, как напряжение постепенно уходит, давая ему передышку и возможность осмыслить происходящее.
Его тело ныло от усталости, ноги дрожали. Гилл глубоко вдохнул и медленно выдохнул, чувствуя, как возвращается контроль над собственным телом и мыслями. Теперь, когда он был в относительной безопасности, нужно было решить, что делать дальше.
Он подумал об отце. Где он? Смог ли он выбраться из толпы? Эти мысли вновь вызвали волну беспокойства. Гилл понял, что должен найти его. Нельзя оставлять отца одного в этом хаосе. Стараясь не поддаваться панике, он начал двигаться вдоль переулка, прислушиваясь к каждому звуку.
Внезапно перед ним села черная птица, такая же, как та, что садилась на уиип. Гилл остановился, удивленно смотря на необычную птицу. Она посмотрела на него, слегка наклонив голову, каркнула и взмыла ввысь. Его сердце забилось быстрее. Птица казалась зловещим предзнаменованием, и Гилл почувствовал, как дрожь скользнула по его спине.
Потом он услышал шум позади себя. Медленно обернувшись, он увидел стоящую чуть дальше валькирию, сложившую черные крылья за спиной. Она оперлась на копье и сняла шлем, выпуская длинные пряди черных волос, которые каскадом упали на плечи. Её разогретые битвой глаза уставились на Гилла как на дичь на охоте. Её лицо было раскрашено боевой краской, придавая ей еще более устрашающий вид.
— Беги! — с жуткой ухмылкой на лице сказала она.
Гилл почувствовал, как адреналин взрывается в его жилах. Не успев осознать, он уже мчался вперед, ноги сами несли его прочь от валькирии. Он слышал, как она рассмеялась позади него, и этот смех эхом разносился в его ушах, подстегивая его бежать еще быстрее. Он мчался по узкому переулку, петляя между мусорными баками и кучами хлама, стараясь не оглядываться назад. Но каждый раз, когда он украдкой бросал взгляд через плечо, он видел валькирию, неумолимо приближающуюся к нему. Ее черные крылья, сложенные за спиной, внушали ужас. Она двигалась с грацией хищной кошки, с легкостью преодолевая препятствия. Ее копье светилось зловещим светом, будто поглощая остатки света вокруг.
Переулок становился все уже, и, наконец, привел его к разветвлению. Гилл на мгновение замешкался, не зная, куда свернуть. В этот момент он услышал свист крыльев и обернулся, увидев валькирию, которая уже была совсем близко. Она взмыла в воздух, используя крылья, чтобы сократить расстояние между ними, и снова опустилась на землю, не теряя скорости.
Гилл свернул налево, надеясь, что узкий проход замедлит её. Он несся вперед, перепрыгивая через препятствия и огибая углы. Валькирия, казалось, чувствовала его страх и наслаждалась погоней. Она легко перемещалась за ним, словно она сама была частью темноты.
Он выскочил на небольшую площадку, окруженную высокими зданиями. Он почувствовал, как его силы иссякают, и знал, что не сможет бежать вечно. Он остановился на миг, оглядываясь в поисках пути к спасению. Вдруг его взгляд упал на пожарную лестницу, ведущую вверх по стене одного из зданий. Не теряя времени, он рванул к ней, карабкаясь вверх с последними остатками сил.
Он слышал, как валькирия приблизилась к подножию лестницы. Она не стала следовать за ним по ступеням, вместо этого взмахнула крыльями и поднялась в воздух. Достигнув крыши, он оглянулся и увидел, как она парит в небе, готовая нанести удар сверху.
Гилл метнулся к краю крыши и, не раздумывая, спрыгнул на соседнее здание. Ему удалось приземлиться на ноги, но удар от падения отозвался острой болью в лодыжке. Он заскрипел зубами, но продолжил бежать, перепрыгивая с крыши на крышу. Валькирия следовала за ним, легко маневрируя в воздухе, её тень скользила по стенам и крышам.
Внезапно перед ним развернулась пустая площадка, слишком широкая, чтобы перепрыгнуть. Гилл остановился на краю, в отчаянии оглядываясь. Валькирия, не упуская момент, сделала резкий рывок вниз, направляя свое копье прямо на него. В отчаянной попытке спастись, Гилл резко повернулся, но не смог полностью избежать удара. Копье вскользь задело его бок, оставляя неглубокий порез. Боль обожгла его, но он не позволил себе остановиться.
Сквозь пелену боли и усталости, он заметил узкий проход между двумя зданиями. Собрав последние силы, Гилл нырнул в проход, надеясь, что валькирия не сможет маневрировать в таком ограниченном пространстве. Он слышал, как её крылья с треском ударились о стены, и это давало ему небольшое преимущество.
Проход вывел его к выходу на узкую улочку. Он бежал изо всех сил, пытаясь найти спасение среди лабиринта узких улиц и переулков. Пробегая мимо какого-то поворота, он внезапно наткнулся на группу местных, стоящей в полутени. Эти люди выглядели грозно, их лица были скрыты под капюшонами, а в руках поблескивали холодные клинки, металлические прутья и пистолеты с винтовками. На мгновение Гилл испугался еще больше, думая, что сейчас его ждет новая опасность.
Но, к его удивлению, они не тронули его. Вместо этого, с холодной решимостью, они расступились, давая ему возможность пробежать мимо них. Гилл, не веря своему счастью, устремился дальше, но не смог не оглянуться через плечо. Группа, как один, обратила свои взгляды на валькирию. Воительница замедлила свой ход, настороженно оглядывая незнакомцев. Гилл, пробежав немного вперед, остановился за углом, прячась в тени и
