люди.
— Они меняют орбиту! — негромко доложил Крунху офицер обнаружения и вывел параметры на монитор.
— А мы не расставались врагами, — сказал Варх, глядя в темные глаза Саолири. — Заметьте, герцог, я был честен с вами и указал точное место, где находились последние из живых экипажа «Хорф-6». Вы бы не добрались до них без моей помощи. Однако вы меня немножко обманули. Вам были нужны не архивы маркиза Леглуса, и вас заботило не только, вернее не столько спасение звездолетчиков с разбившегося корабля, сколько одна весьма занятная вещь. «О-ко»… «О-ко», господин Саолири. Вы же понимаете, о чем я говорю?
— Я понимаю, что мы столкнулись с проявлением милькорианского коварства, — герцог сплел пальцы на груди и подумал, что Роэйрин или кто-нибудь из отряда Элескрин должен успеть уничтожить управляющий блок «Ока Арсиды» раньше, чем до него доберутся милькорианцы. Он опустил отяжелевшие веки, и представил, что горстка Серебряных Птиц, капитан Роэйрин и Быстров через несколько минут погибнут под выстрелами масс-импульсных винтовок, в огне плазмометов. Чуть раньше драгоценная для Союза Эдоро вещь распадется на молекулы, и от этого безумства не выиграет никто — ни Милько, присутствующие как болезнетворный вирус везде, ни имперские колонии, сплотившиеся вокруг Мрилиона.
— Герцог, а мы ведь в состоянии не делать глупостей и сохранить добрые отношения, — вдруг сказал координатор. — Нам нужно всего лишь быть взаимно честными, сделать друг другу небольшие уступки. Я могу даже простить тот маленький обман и отпустить ваших людей с «Оком». Не могли бы вы присоединить к нашему разговору капитана Быстрова? У меня к нему всего несколько слов.
— Миссия на Присте? — не отворачиваясь от Орноха, Саолири подал знак Кэорлану.
— Во-первых, мне хотелось бы знать его настоящее настроение. А во-вторых… — Варх облокотился на выступ климатической централи. — Почему бы нет? Мне нравится ваша идея. Почему бы ему действительно не отправиться на Присту с миссией, полезной для нас всех. Я уверен, что вы поддержите меня, теплейший герцог Саолири.
Ответив на вызов с «Тирату», Быстров никак не ожидал увидеть Орноха Варха. Лицо милькорианца, через крошечные голодисплеи, встроенные в шлем, казалось столь близким, осязаемым, что Глеб сжал кулак свободной руки и с удовольствием бы пустил его в ход, если бы не осознавал, что координатор находится за тысячи километров от маленькой точки в Южной Якутии.
— Рад видеть в здравии и полным сил, капитан, — произнес Орнох и отпустил легкий поклон. — Как я понимаю, ваше вторжение на базу «Каракурт» прошло успешно, вы освободили из плена двоих звездолетчиков. Один из них — капитан Роэйрин, преследовавший вас от звезды к звезде чтобы убить. Теперь он обязан вам жизнью и свободой. Все перевернулось в одночасье, как обычно бывает в финальных сценках древних пристианских спектаклей. Когда-то я мечтал посетить ста тысячелетний театр в Арсиде, а оказалось, он пожаловал на Землю и милостиво развернул действие предо мной. И вы, капитан Быстров, главный герой в этой блестящей постановке.
— К чему эти речи? — Глеб передвинулся ближе к Шурыгину и перевел взгляд с физиономии координатора на прицел винтовки — ближайшая группа милькорианского десанта, залегшая в лощине, пока никаких действий не предпринимала.
— Речи эти к тому, Глеб Васильевич, что я хотел бы напомнить: ваш успех под Новосибирском был бы невозможен без моей помощи. Как вы убедились, предоставленная мной информация оказалась верна на сто процентов. Надеюсь, вашего друга Александра Шурыгина тоже удалось вытащить из неприятного места? — поинтересовался Варх.
— Здесь он. Как и я, слюной исходит от благодарности вам, — зло отозвался Быстров.
— Вот и хорошо. Незачем такому талантливому человеку, большому ученому страдать на Земле от жизненной несправедливости. Я думаю, с вами он найдет более достойное применение своим способностям, чем разработка оружия для «Каракурт», — Орнох на миг замолчал, раздумывая, не совершает ли он сейчас ошибку. Ему предстояло решиться на один из двух взаимоисключающих сценариев: либо попытаться взять «Око Арсиды», поставив ультиматум Саолири, либо отдать эту, несомненно полезную для Милько машину, взамен реализации более серьезного замысла.
— Глеб Васильевич, — продолжил координатор. — Мы посовещались с герцогом и решили обратиться к вам с просьбой о небольшой, но чрезвычайно важной миссии на главной имперской планете. Может быть вам этот разговор покажется несвоевременным, и вы заподозрите, что здесь имеет место давление на вас, но убедительно заявляю: это не так. Никакого давления, никакого нажима: все будет решать исключительно ваша добрая воля.
— Что вы хотите? Снова разговор об Ариетте? Каилине? — стиснув зубы, Быстров подумал, что Орнох Варх великолепно разыграл свою партию, и имеет сейчас гораздо больше козырей, чем день назад, когда Глеб был пленником в резиденции «Холодной звезды». Тогда, требуя от Быстрова вояжа на Присту с целью захвата Ариетты, координатор имел бы в заложниках только Ивалу Ваалу и Лиэри, теперь же под прицелом милькорианской космопехоты находился отряд Серебряных Птиц, капитан Роэйрин, Сашка Шурыгин, та же Ивала, а главное Варх мог завладеть «Оком Арсиды».
— О Каилине? Нет, о Каилине мы поговорим потом, если соизволите, — координатор мило улыбнулся, покосившись на Саолири. — Мы посовещались с герцогом и решили просить вас отправиться на Присту с исключительно дипломатической миссией. В самом деле, Глеб Васильевич, ни у кого в обозримом пространстве нет таких доверительных отношений с Ариеттой, как у вас. По нашим сведеньям империя очень недовольна мрилионским мятежом и готовится решить конфликт силами военного флота. Союз Эдоро пока слишком слаб, чтобы противостоять вторжению имперских эскадр. А Милько, как я уже не раз подчеркивал, выступают за укрепление Союза Эдоро в противовес экспансии Детей Алоны. Вот мы с герцогом и подумали, почему бы вам хотя бы не попытаться ослабить агрессивный настрой Ариетты? Почему бы вам не попробовать себя в роли миротворца? Если вы не сможете облагоразумить императрицу, то по крайней мере выиграете время и прощупаете истинные настроения во дворце и Имперской Ложе.
— Только и всего? — чувствуя какой-то подвох, Быстров коснулся сенсора и посмотрел на Саолири.
Герцог будто пребывал в растерянности, как и Кэорлан, угрюмо нависший над ходовой консолью «Тирату».
— А вы ожидали, что я снова буду склонять к тому, что так было неприятно вам прошлый раз? — усмехнулся Орнох Варх. — Забудем, Глеб Васильевич, о нашем вчерашнем разговоре и всем том, в чем мы не нашли понимания.
— То есть, вы хотите сказать, что мне достаточно согласиться на миссию, как вы выразились, миротворца, попытаться сгладить противоречия между Союзом Эдоро и империей, и, получив это согласие, вы не станете препятствовать нашему возвращению на «Тирату»? — Быстров пытался понять, что за хитрую игру затеял координатор, но не мог найти даже намека на ответ.
— А разве я препятствую? Позвольте, господин Быстров, кто вам мешает погрузиться со всей командой на катер и лететь куда заблагорассудится⁈ —
